Миллион за выстрел - Айрис Джоансен

Елена закончила надевать ремни на священника и занялась собой.

— Ты ими раньше пользовался?

— Черт, конечно. Я никогда не рассчитываю, что все пойдет гладко. Обычно так не бывает. — Он проверил застежки на ремнях и махнул Кармишелю. — Нам надо разделиться. Вы с Домиником поднимаетесь первыми. Мы с Форбзом воспользуемся вторым тросом. Я возьму ребенка.

— Кармишель не спустит ремни для Барри?

— У нас нет подходящих креплений, поэтому я привяжу его к себе и буду крепко держать.

— Нет, я возьму его сама.

— Ветер очень сильный. Когда сверху будет нависать вертолет, он станет еще резче. Ты сильная, но я сильнее. Уж так вышло, что у мужчин руки сильнее, чем у женщин, а ты к тому же ранена. Ему будет безопаснее со мной. — Он улыбнулся. — К тому же я хорошо знаю, что произойдет, если я уроню его. Мне тогда не добраться до вертолета.

Ей не хотелось признавать, что он прав. Не хотелось, чтобы безопасность Барри зависела от кого-то, кроме нее.

Но он действительно сильнее. Она это поняла, когда с ним боролась. Да еще эта рана. Ветер мог вырвать Барри из ее рук.

— Ты абсолютно прав.

Гален вернулся к джипу, где все еще сидел Барри, и сел перед ним на корточки.

— Здорово интересно, верно? — Он улыбнулся мальчику. — Ты не боишься?

— Нет. — Он взглянул на Елену. — Но мама волнуется.

— Это потому, что она не все понимает. Она думала, что мы просто прокатимся на самолете, но все куда интереснее. — Он понизил голос. — Мы полетим.

Глазенки Барри расширились.

— Как Питер Пэн?

— Ты про него знаешь? Ну разумеется. Но точно, как он, мы полететь не сможем. Нам придется держаться за веревку. Вертолет нас немного протащит, а потом поднимет. Твоя мама поднимется первой, потом мы с тобой вместе.

Взгляд Барри остановился на обрыве.

— Тут высоко. Ты уверен, что мы не упадем?

— Взгляни на меня. — Гален смотрел мальчику прямо в глаза. — Мы не упадем. Обещаю. Мама правильно сказала, это будет настоящее приключение. Ты полетишь со мной?

Барри внимательно посмотрел на него.

— А с мамой ничего не случится? Она не упадет?

— С твоей мамой ничего не случится, — твердо сказал Гален.

Внезапно лицо мальчика озарила сияющая улыбка.

— А когда мы полетим?

Гален рассмеялся, выпрямился и достал мальчика из джипа.

— Прямо сейчас. — Он показал на вертолет, у которого как раз в этот момент открывалась дверь. — Ты стой тут, а я помогу твоей маме и Доминику.

— Я могу помочь? — спросил Барри.

— Нет, но ты следи вместо меня за вертолетом.

«Гален просто загипнотизировал Барри, — с изумлением подумала Елена. — Откуда бы такое умение работать с детьми».

Он схватил ремни, которые сбросили с вертолета, надел их и прикрепил свои ремни и ремни Форбза к тросу на расстоянии примерно в двадцать футов от Елены.

— Черт, — выругался Форбз, который не сводил глаз с дороги. — Машины. Через несколько минут будут здесь.

— Может, мы успеем. — Гален махнул Кармишелю, затем схватил Барри и надежно привязал его к своему телу.

— Готов, парень?

Барри кивнул и обхватил руками шею Галена.

— Я буду держаться, ладно?

Гален поднял большой палец, подавая сигнал Кармишелю.

— Ты только держись. Видишь, мама уже полетела…

Елена пыталась все время смотреть на Барри, но ветер был слишком сильным. Он крутил ее, как куклу, а вертолет поднимал вверх и уносил подальше от горы.

Фигуры людей напоминали тряпичных кукол на конце веревки.

Гомез поднял автомат.

— Попытаюсь попасть в бензобак вертолета.

— Нет! — Чавез ударил его по руке. — Если упадет вертолет, с ним упадет и мой сын. — Он чувствовал, как кипит в нем гнев, грозя его задушить. — Попробуй попасть в женщину. Отстрели ей голову.

Гомез тщательно прицелился, потом опустил автомат.

— Слишком далеко. Она уже почти у двери вертолета. Если ты не хочешь сбивать вертолет, я рисковать не буду.

Они уже почти скрылись из виду. Эта сука украла у него сына, причем не единожды, а дважды. Она победила.

Нет, он не смирится. Он ее достанет.

— Выясни, кто ей помогал. Ты кого-нибудь из мужчин узнал?

— Нет, но я спрошу у ребят из другой машины. Возможно, кто-то лучше разглядел.

Чавез отвернулся, чтобы не видеть больше этого проклятого вертолета.

— Давай узнавай, кто ей помогал. Они за это поплатятся.

Когда его втаскивали в вертолет, Барри смеялся:

— Я летал, мама. — Как только Гален отвязал его, он бросился на шею Елене. — Правда, здорово? А можно еще раз?

— Когда-нибудь потом. Но по-другому. — Она прижала его к себе. — Я рада, что тебе понравилось.

— Очень. — Он повернулся к Галену. — Большое тебе спасибо.

Гален серьезно кивнул:

— Рад стараться. Мне тоже было приятно. — Он пожал руки двум мужчинам, которые стояли у лебедки. — Отличная работа. — Потом повернулся к Елене: — Тэд Пуллман и Дейв Джебб, Елена.

Она кивнула:

— Благодарю вас:

Гален повернулся к Барри.

— Хочешь познакомиться с летчиком, который нас так замечательно прокатил?

— Пожалуйста, — обрадовался мальчик. — Кар-мишель?

— Да, так его зовут. — Он взглянул на Елену. — Не возражаешь?

Она коротко кивнула. Доминик начал шевелиться, а ей не хотелось, чтобы Барри присутствовал при неизбежном и неприятном разговоре, когда Доминик очнется.

Форбз смотрел через иллюминатор вниз на землю.

— Подойдите на минутку, Елена.

Она подошла к нему.

— Что случилось? Разве…

Черный дым. Языки пламени на фоне неба.

— Дом Доминика?

— Да, — прошептала она.

Вся память о детстве Барри исчезла, сгорела в огне. Она прикрыла глаза, дожидаясь, когда боль отпустит.

— Не надо говорить Барри.

— Мне очень жаль, — сказал Форбз.

— Мне тоже. Придется сказать Доминику. Он провел шесть лет в этом доме.

Она села рядом с Домиником и прислонилась к фюзеляжу. Спиной чувствовала, как дрожит вертолет, и подвинулась, чтобы ослабить давление. Рана снова начала болеть, и немного кружилась голова.