Игра в семью - Ксения Каретникова

Утро было более чем приятным. Впрочем — как и вся прошедшая, наполовину бессонная, ночь.

Я проснулась и обнаружила себя обнаженной в крепких объятиях дорогого мне человека. Он спал, прижавшись к моей спине всем телом и уткнувшись носом мне в плечо. А я лежала, боясь пошевелиться. Потревожить. Разбудить. Расстягивая как можно дольше это время. Пока он со мной… Тело ломало, но ломало сладко и долгожданно. Я улыбалась и очень не хотела, что бы это чудесное утро заканчивалось.

Испортил все будильник на Вовочкином телефоне. Он громко заиграл ритмичную мелодию и крепкие руки тут же прекратили меня обнимать. Я повернулась к любимому лицом, демонстрируя что тоже проснулась, а Вовочка чмокнул меня в шею, пробормотал на ушко "Доброе утро" и поднялся с постели.

— Не хочу, чтобы ты уходил, — капризно сказала я ему, когда Вовочка открыл шкаф в поисках своего полотенца. — Мне ночи мало.

Он повернулся ко мне с улыбкой, а я скинула одеяло и поманила его к себе пальчиком.

— Не дразни, котенок, — сказал Вовочка с нежностью. — У меня важная встреча сегодня.

Я надула губки, но прекрасно зная Вовочку, не стала настаивать. Тоже поднялась с постели и накинув халат, пошла на кухню, чтобы приготовить завтрак. Вовочка же направился в ванную.

Когда он вышел из душа, завтрак уже был на столе: омлет, бутерброды с сыром и две дымящиеся чашки: одна с ароматным кофе, для него, другая с черным чаем для меня. Вовочка присел на стул и неспешно принялся за еду. А я села напротив, придвинула к себе чашку чая и с трепетом посмотрела на мужчину, которого я так давно люблю.

Он точно такой же, как и двенадцать лет назад. Возраст никак не сказался ни на его лице, ни на его теле, ни на его характере. Хотя — какой возраст? Ему всего лишь тридцать семь. Всего лишь. Между нами тринадцать лет… Чертово число…

Он сидел за столом, держа спину неестественно прямо. Голый торс, на котором остались и блистели не вытертые после душа капельки воды. Широкая грудь, широкие плечи. Сильные руки. Темные влажные волосы, они, как обычно, падали ему на лоб. И серо-зеленые глаза с медовой поволокой. Я, как и раньше, смотрю на него и млею. Восхищаюсь… Возбуждаюсь…

По телу пробежалась волна, словно кто-то коснулся моего самого сокровенного и я, пребывая в романтичной эйфории, решила поделиться с Вовочкой своими ощущениями:

— Мне было хорошо.

Он улыбнулся:

— А мне как было хорошо, — я улыбнулась ему в ответ.

— Правда, не хочу уходить, но надо.

— Я понимаю, — кивнула. — И не удерживаю. Я просто хочу, что бы ты знал… Что мне было безумно хорошо и что я сильно по тебе соскучилась.

— Я это знаю, котенок, у меня точно так же, — сказал он тихо. Ненадолго повисла пауза, а потом Вовочка решил поинтересоваться:

— Какие у тебя планы на сегодняшний день?

— Никаких глобальных, — пожала я плечами. — Разберу чемодан с вещами, потом повспоминаю о нашей ночи… — произнесла я мечтательно. — А вечером меня хотела видеть Ксюха… А у тебя какие?

Вовочка взял в руки чашку с кофе и, держа ее так, будто согревая ладони, подумал несколько секунд и ответил:

— Сейчас, как я тебе и говорил, у меня важная встреча. Вечером иду на юбилей одной высокопоставленной морды. Очень неприятной морды, но весьма влиятельной. Приглашения от таких людей игнорировать нельзя… А днем я обедаю с Вадимом.

Напоминание про Вадима резко опустило меня с небес на землю и безжалостно смыло все остатки мечтательности и романтизма.

— Надолго приехал твой братец? — спросила я.

— Пока не знаю, — попивая кофе, ответил Вовочка. — Но я хочу его уговорить остаться. В родительской квартире заканчивается ремонт и он вскоре сможет заселиться туда… Да и с работой у него проблем не возникнет. С его-то опытом, да и с моими связями.

Я нахмурилась:

— А он сам этого хочет?

— Чего?

— Оставаться здесь.

— Он не хочет возвращаться туда, откуда приехал. Там вышла неприятная история… — произнес Вовочка и вдруг остановился, посмотрев на меня с сомнением.

— Какая? — спросила я. Вовочка в этот момент закончил завтракать и я тут же поднялась, чтобы собрать со стола посуду.

— Его бросила жена, — ответил мне Вова. — Ничего толком не объяснив. Просто — ушла, собрав все свои вещи, к другому мужику… И тут же подала на развод.

Я хмыкнула, вымыла посуду и не покидая пределов раковины, повернувшись, сказала:

— Всякое бывает. Это не трагедия. Детей, как я понимаю, у них нет?

— Нет.

— Ну, тогда ничего страшного. Люди часто расходятся.

— Возможно, — согласился Вовочка. — Но Вадим, после развода, был сам не свой. Поэтому, долго не раздумывая, оставил жене квартиру, продал все, что у него оставалось, уволился из части и уехал в поисках лучшей жизни.

— Не вынесла душа поэта? — усмехнулась я, а Вовочка резко на меня обернувшись, нахмурился и спросил:

— Чем он тебе не угодил?

— Кто?

— Кто-кто, Вадим.

— Почему не угодил? — удивилась я.

— Потому, — ответил он. — Ты ерничаешь. И еще за столом я заметил, что он тебе чем-то не приглянулся.

— Это я так флиртую, — попробовала я отшутиться, затем подошла к Вовочке сзади и обняла его. — Не обращай внимания. На меня так действует твой предстоящий уход. Ты же знаешь, как я не люблю тебя отпускать.

Вовочка улыбнулся, усадил меня к себе на колени и с чувством поцеловал.

Как только Вовочка ушел, я сразу позвонила Ксюхе. Мы поболтали минут пять и договорились, что она, прихватив с собой что-нибудь сладенькое, приедет ко мне часа в четыре.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ До четырех времени было предостаточно. Я разобрала багаж: что-то повесила в шкаф, а что-то определила в стиральную машинку и заставила ее немного поработать.