Невеста миллиардера - Кэрол Маринелли

- Я в этом не сомневаюсь. Но она, Завье, не только твоя мать, она еще и женщина, а женщин такие вещи интересуют.

- Весы.

- О! - в голосе Табиты явственно прозвучало удивление. Обычно Весы добрые, любящие и нежные люди. - Ты родился раньше положенного срока?

- Я родился в срок. С точностью до одного дня, - прибавил Завье. - Так какой же знак у тебя?

- Дева.

Завье разразился гомерическим хохотом.

- Это подтверждает мои слова: гороскопы несусветная чушь.

Страницы контракта закончились. Все было выверено до мелочей, расставлены все точки над "i", оставалось лишь расписаться и поставить дату в нужном месте.

Она должна любить Завье, обожать его, по крайней мере на публике, не создавать ему затруднений и не подвергать опасности его положение в обществе, ни на шаг не отступать от намеченной для нее в контракте линии поведения.

Она может заполучить все сразу - богатство, почет, его постель, - но одно контрактом предусмотрено не было. Одну малюсенькую детальку безымянные юристы, составившие данный документ, не приняли в расчет.

Любовь.

Не хватало только любви, - не поддающейся определению, не имеющей рационального объяснения и не подчиняющейся букве закона.

- Табита, мы заключаем деловое соглашение. - По-видимому, Завье почувствовал ее нерешительность.

- Я отдаю в залог свое сердце, а ты платишь по моим счетам?

- Ну, что-то вроде того. - Голос Завье стал на удивление мягким. Протянув руку, он ладонью провел по щеке Табиты, смахнув непрошеную слезу. Этот неожиданный жест смутил Табиту не меньше самого контракта. - Но сделка-то действительно выгодная. Никто не внакладе.

Никто не внакладе. Завье увидел, как по лицу Табиты пробежала тень. Как он посмел сказать такое? Как осмелился он, глядя ей в глаза, сказать, что никто не останется внакладе, тогда как через шесть месяцев она должна будет уйти?

- Нам нужен свидетель? - поинтересовалась Табита, оттягивая решающий момент.

- Нет, - медленно произнес Завье. - Нам нужно время.

В "нем снова заговорил деловой человек. Готовый действовать, он бодро поднялся на ноги, сложил два контракта вместе и бросил их в портфель. Табиту охватило странное разочарование. Она вздрогнула, и сердце ее отдалось глухим стуком. Завье не торопил с ответом, а она, Табита, с поразившей ее решимостью уже была готова подписать документ.

- Давай дождемся завтра. Утро вечера мудренее, - сказал Завье. - Не хочу, чтобы создалось впечатление, будто тебя кто-то принуждает.

Табита взяла чек и подрагивавшей рукой протянула его Завье.

- Лучше забери его, - она тоненько засмеялась. - Ведь я могу и сбежать, прихватив с собой твои денежки.

Но Завье лишь отрицательно покачал головой.

- Не думаю, что в этом есть необходимость. Завье в задумчивости прищурился, и, хотя голос его был все еще мягким, Табита расслышала в нем предостережение. - Ты же не будешь делать глупости, верно? - Табита вдруг разом почувствовала, что пути назад нет, и снова услышала, как зазвучал набат. Но тут напряженные черты лица Завье смягчились улыбкой. Ну ладно, собирайся, я умираю с голоду. Одевайся, и пойдем ужинать.

- Но я одета. - Табита пожала плечами, бросая взгляд на свои длинные голые ноги и на розовую ложбинку между грудей, выглядывающую из-под жакета. - А что, собственно, такого? Разве я плохая невеста?

Завье рассмеялся. Рассмеялся от всей души и в первый раз по-настоящему весело.

- Напротив. Ты великолепная невеста. Я просто не знаю, как выдержу три смены блюд, сидя напротив: вид у тебя весьма соблазнительный.