Офисный тиран - Юлия Бузакина

Воровский подошел к окну. Втянул грудью воздух. Лиза выбила его из колеи, и теперь ему было необходимо собраться. Ее образ в спортзале был настолько ярким и запоминающимся, что он чуть не уронил штангу. А там вес, между прочим, довольно приличный. Грудную клетку запросто проломить можно. И его товарищи, чтоб их! Рты пораскрывали и слюни начали пускать. Сразу же, как только она, наплевав на шпильки, плавно поплыла по матам наперерез прямо к станку в этом чертовом платье, которое хотелось сорвать. Но самое страшное – аромат. Духи, которые Воровский дарил пять лет назад только самым дорогим женщинам. Жене Ладе на пятую годовщину свадьбы и маме на юбилей. Откуда такие духи у этой девчонки?! Почему именно эти, а не какие-нибудь другие?! И она шла к нему не просто так. В глазах горела холодная ярость, помешанная на ненависти. Он грубо выгнал ее из зала, чтобы продумать тактику. Кто знает, что у нее в сумочке? Может, разрывная граната.

Если не продумать свое поведение до мелочей, она сорвется в самый неподходящий момент. Азуле прилетает послезавтра, и он откажется подписывать контракт, если Лиза взбрыкнет.

Втянув грудью воздух, Воровский попытался расслабиться. Надо сменить тактику. Срочно. Больше никаких угроз. Женщины делятся на две категории – на тех, которые понимают и боятся, и на тех, которые упрямо отказываются выполнять требования. Лиза оказалась из вторых.

«Видимо, наследственность выстрелила по-разному», — потирал у окна подбородок он. — Потому что сестрица понимает все с первого слова».

Дверь отворилась, и Анна внесла поднос с чашечкой кофе и сахарницей.

— Позови Лизу, — вернувшись к своему столу, приказал секретарше он.

— Да, босс, — улыбнулась та.

Почему-то сейчас ее приветливая улыбка его раздражала.

Лиза вошла следом. Все также, с достоинством проплыла королевской походкой к его столу и пренебрежительным движением руки отодвинула стул для посетителей.

— Зачем вы приходили в спортзал? — сложив руки домиком, спокойно поинтересовался Воровский.

— Я хочу закрыть вопрос с долгом моей сестры.

Пылающий холодной ненавистью взгляд впился в него.

—Серьезно? — приподнял густую бровь Воровский.

— Серьезней некуда.

Некоторое время они молча изучали друг друга. Соперники, которые сошлись на ринге и замерли в ожидании, прежде чем сделать следующий шаг.

В воздухе повисло напряжение.

Не отрывая взгляда от Воровского, Лиза медленно открыла сумочку. Одну за другой доставала аккуратно заклеенные пачки пятитысячных купюр и выкладывала перед ним.

Воровского бросило в жар. Сердце бешено заколотилось в горле. Ярость заполняла горячей темной волной. Быстрая, ничего не скажешь. Интересно, где она взяла деньги за такой короткий срок?

— Зачем вы выкладываете передо мной деньги? — отстраненно поинтересовался он.

Она не выдержала. Резко поднялась из-за стола и подошла к нему. Подошла слишком близко,  почти вплотную, намеренно нарушая границы и заставляя сердце разрываться на части – аромат духов снова ударил ему  в нос.

— Я. Хочу. Чтобы. Вы. Навсегда. Исчезли. Из. Моей. Жизни.

Громко и четко. Останавливаясь на каждом слове.

Воровский задохнулся. Он даже не понял, от чего больше – от происходящего безобразия, или от слов, которые задевали, приказывая убраться.

— Мне жаль, Лиза. Я не могу взять у вас деньги, — откинувшись на спинку кресла, чтобы окончательно не потерять лидерство в их поединке, как можно спокойнее произнес он.