Офисный тиран - Юлия Бузакина

— Спуститесь за почтой на девятый этаж, Аня, — пропустив приветствие мимо ушей, кивнул секретарю он. — Нам должны были прислать письма из банка.

— Да, Михаил Викторович.

— Лиза, бросайте мусорить в приемной. Лучше сделайте мне чай, — глядя на ворох обрезков бумаги на столе, поморщился он.

Анна выскочила за дверь. Лиза грациозно поднялась со своего места и одернула платье. Королева, мать ее. Под его тяжелым взглядом медленно смела мусор в ведро и подошла к чайнику.

Воровский не удержался. Едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее прямо в приемной, настиг ее сзади.

— Почему я не получил отчет, Лиза? — вжимая девушку в стол, хрипло выдохнул совсем рядом он.

— Какой…отчет? — с гулко бьющимся сердцем от его внезапной атаки близостью зависла она.

— Не стройте из себя невинную овечку. Мне не прислали отчет о том, какое на вас белье, — вжимая ее в стол еще сильнее, он опалил горячим дыханием нежную шею.

Она обернулась. В светло-зеленых глазах против воли мелькнуло желание. Дрожь в теле. Лиза в игре. Волнительное сглатывание – да, она определенно в игре.

— Я люблю, когда мои подчиненные выполняют обещания, Лиза, — его губы едва касаются ее шеи, дыхание обжигает, и она, опустив голову, прикрывает глаза от наслаждения.

— Вы получите свой отчет через десять минут. — Голос срывается, выдавая ее.

Ослабив  хватку, Воровский отступил. Вожделение захватило его без остатка, и он скрылся за дверью своего кабинета, чтобы хоть как-то охладить пыл. Это покорное согласие начинает сводить с ума. Она тоже горит. Не горит – искрит желанием. Они встали на опасный путь. Еще немного – и обратной дороги не будет.

Дверь распахнулась, и Лиза внесла поднос с чаем.

Он проследил за ней тяжелым взглядом, но ничего не сказал.

Она поставила перед ним любимый чайник с зеленым чаем, чашку и тростниковый сахар. Томно вздохнула совсем рядом. Застенчиво опустив ресницы, подарила покорную улыбку, от которой его бросило в жар, и быстро вышла.

Телефон щелкнул сообщением через три минуты.

«Сегодня я выбрала лиловый комплект из шелка. Нежные шелковые трусики с красивым бантиком сзади и бюстгальтер на косточках с ажурными вставками, который расстегивается спереди. И да, на мне чулки, Михаил Викторович.  Жаль, но вам никогда не расстегнуть спереди мой бюстгальтер».

Он налил себе чай и потер подбородок. Фантазия уже рисовала все подробности того, как он расстегивает нарисованный в воображении лиловый бюстгальтер.

Воровский попытался стряхнуть наваждение, но у него плохо получалось. В элегантных брюках роскошного костюма стало до одури тесно – хоть папкой прикрывайся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Невинные сообщения грозят перерасти в нечто большее. Особенно сейчас, накануне новогодних каникул, когда стресс на пределе, и безумно хочется сбросить напряжение.

А еще хочется растрепать эту холодную королеву Лизу, чтобы она стонала под ним, кусалась и царапалась, как дикая кошка, умоляя о сексе.

«Посмотрим, как растворится твое «никогда»», — усмехнулся он.

Придвинул к себе телефон и отправил сообщение.

«Не провоцируйте меня, Лиза. Для вас это может плохо закончиться»

«И что вы мне сделаете?»

«Я украду вас из офиса. Запру в своем загородном доме на все зимние каникулы, и поверьте, на вас не будет ни трусиков, ни лилового лифчика. Вам просто нечего будет застегивать спереди. Потому что я пристегну ваши красивые ручки к спинке кровати наручниками, и буду делать с вами все, что подразумевается под вашим емким словом «никогда»».

Она собиралась что-то напечатать в ответ, но зависла. Видимо, его угроза сбила ее с толка. Снова попыталась напечатать. Нет. Пустота.

«Трусиха», — усмехнувшись, отправил новое сообщение он. Вышел из интернета и с довольным видом принялся пить чай. Один – ноль, Лиза.