Любовь в аварийном режиме - Катя Саммер

Странно, но утром я проснулась рано и без помощи будильника. В номере было темно, и лишь размеренное дыхание на соседней кровати нарушало тишину. Я аккуратно выбралась из-под одеяла и прокралась к занавескам. Только слегка заглянула за них, как не сдержала восторг.

— Вау! — вырвалось, и я тотчас прикрыла рот ладонью, но Митя уже зашевелился и громко зевнул.

Я постепенно, чтобы не ослепнуть от яркой белизны на улице, отодвинула штору. Вид из панорамных окон был невероятным: легкий снег падал на покатые трассы, по которым уже носились лыжники и сноубордисты в пестрых костюмах, небо нежно-голубого цвета укрывало куполом. Такой идеальной зимы я и не помнила: дома едва опустившийся на город снег к утру превращался в грязную кашу и таял.

Митя подошел сзади и по-свойски обнял меня, положил подбородок на макушку.

— Здесь волшебно, — прошептала я, будто боялась спугнуть магию.

— И не говори, — подтвердил друг.

Уже скоро мы спустились в прокат оборудования недалеко от подъемников. Митя-то приехал со своим, а вот мне нужно было взять в аренду борд. Там и встретили Инну. Блондинка пыталась совладать с лыжными ботинками, но выходило у нее невероятно плохо. Я оглянулась по сторонам, но не заметила поблизости Влада.

Митя подоспел на помощь, растянул ботинок девушке, подставил плечо. Я же перебирала борды, когда передо мной, спустившись с горы на полной скорости, резко затормозил Волконский. И чего это он сверкал белоснежной улыбкой, поднимая защитные очки?

— Лыжи для старперов, — буркнула я и продолжила поиск.

А Влад и бровью не повел. Отцепил и поставил лыжи с палками к деревянной стойке и подошел к ребятам.

— Я же сказал, чтобы меня дождалась, — обратился к блондинке.

— Да мне несложно помочь, — Митя влез.

Волконский похлопал моего друга по плечу и сел перед невестой на колени. Я не хотела больше смотреть на эту киношную парочку, схватила первый подходящий по размеру борд и направилась внутрь, чтобы заплатить.

— Мить, пойдем катать! — позвала я спустя пять минут, натянув капюшон и перчатки.

Видела брошенный мне вслед взгляд ультрамариновых глаз. Хорошо, что мои очки были с зеркальным стеклом и никто не заметил реакции.

Мы катались без остановки уже третий час, пока Волконский учил подружку стоять на лыжах в лягушатнике. Искала их каждый раз, как проносились мимо, и каждый раз старалась ехать особенно ровно и быстро. Как будто Влад мог выделить меня из бурного потока сноубордистов. Наивная душа.

Еще через полчаса я устала. Но окончательно растеряла весь запал, не найдя на спуске ни Инну, ни Влада. Притормозила около кафе, гадая, где они могли быть. Обедали? Отдыхали? Или ушли в номер?

Дьявол, я так сойду с ума!

— По глинтвейну? — ворвался в мои мысли Митя.

— Это же алкоголь, — с удивлением заметила.

— Это, Сонька, напиток богов. Так что повторю еще раз: по глинтвейну?

— Давай.

Но вышло по два. Зато я захмелела и наконец расслабилась.

Мы еще перекусили бутербродами. А когда подошли к подъемнику, Митя встретил друзей. Парни выглядели серьезно — со специальными камерами, закрепленными на шлемах, одинаковыми нашивками. Они направлялись на черные трассы, собирались поснимать всякие трюки.

— Присоединимся, может?

Митя явно переоценивал мои способности. Каталась я хорошо, но он сам рассказывал мне про почти вертикальные спуски и трамплины на сложных трассах. Я точно не потянула бы их.

— Езжай, я подожду, — предложила.

Но друг никак не хотел оставлять меня одну. И когда я в третий раз и на повышенных тонах пыталась объяснить, что со мной за полчаса ничего не случится, к нам подъехал Влад. Его тут еще не хватало!

Но, боже, какое же я облегчение испытала, что он здесь, а не…

— Где подружку потерял?

— С инструктором катается.

— О, Влад! Спустишься с Сонькой? — вмешался Митя в диалог.

— Без проблем.

А меня кто-нибудь спросил?

— Я не маленькая, справлюсь.

— Вот я об этом и говорю, — недовольно пробурчал Митя. — За ней глаз да глаз нужен, здесь опасно, люди ломаются на раз-два. Не бросай ее, окей?

— Так точно, — подтвердил Влад.

Да он же откровенно смеялся, а Митя даже не замечал!

Парни только сели в кабинку, что повезла их выше в горы, а я развернулась и почти побежала к канатке, которая доставляла народ вниз, к гостинице — вместе с Владом кататься точно не имела никакого желания.

Я спешила, то и дело проваливаясь в снег, тащила под боком тяжелую доску, поправляла съезжающую на глаза шапку. А Влад без усилий догнал меня и спокойно ехал рядом, подталкивая себя палками вперед — вот и преимущество лыж на пологой земле.

Он молчал. И когда следовал в ногу за мной, и когда садился в то же кресло, а я водрузила на него борд. Определенно до нижнего уровня мне было никуда не деться от Влада, но, если он будет молчать, я потреплю.

— Твой загар на фоне снега смотрится удивительно контрастно.

Видимо, о тишине я размечталась.

— Не заливай, — грубо ответила и отвернулась.

— Это правда.

Я не хотела его слушать и слышать. Не умела я принимать комплименты. Никогда. Все время считала себя обязанной сказать что-то в ответ.