Превращение в бабочку - Кристин Лестер

— Джейн, успокойся… Ну хорошо, если ты так хочешь, я схожу…

Джейн вытянула шею и заговорила, четко разделяя каждое слово:

— Никуда. Не надо. Ходить! Мне просто надоело слушать твою наглую ложь!

— Ты чего? Какую ложь? — Алиса не на шутку испугалась и пятилась к двери.

Джейн наступала:

— Мне противно слушать, как ты учишь меня жизни, а сама ведешь себя, как капризная кошка, у которой мозгов — с кулачок!

— Какая… кошка? Ты о чем?

— Такая! Которая сегодня гуляет с одним котом, а завтра — с другим! А послезавтра вернется к хозяйке и будет вести себя словно сама невинность! Только глаза у нее так и ищут, перед кем еще задрать хвост!

— Джейн! Одумайся! Что ты говоришь?

Но Джейн уже не контролировала себя:

— А я уверена, что ты и с Полом уже давно… провернула все дела, не дожидаясь Италии! Иначе ты будешь не ты. Я просто… Если бы раньше мне знать, как вы все ко мне относитесь!

Алиса смотрела на нее во все глаза. Она не ожидала столь мощного выступления от тихони-подруги. Джейн тяжело дышала, стоя напротив нее, в коридоре, куда совсем оттеснила бедняжку. Несколько секунд они молча изучали друг друга: одна зло, другая с возрастающей обидой.

— Это вот… то, что ты на самом деле обо мне думаешь? — наконец тихо спросила Алиса.

Джейн немного смягчилась:

— Не совсем. Просто, как выяснилось, я тебя абсолютно не знаю.

В глазах Алисы мелькнуло виноватое выражение, и она тут же их опустила. Успела! — с досадой подумала Джейн. Не соврал Кристиан!

— По моему, мне пора.

— Да, тебе пора.

— Пока.

— Пока!!!

Дверь захлопнулась с такой силой, что с потолка посыпалась штукатурка. Некоторое время Джейн стояла прислонившись к стене, слушая удаляющееся цоканье каблучков по коридору и громкое биение собственного сердца.

Она впервые в жизни была настолько взбешена, что даже не могла плакать. Господи, неужели это все происходит с ней?! Измены, предательства друзей… Не в кино, не в книжке, а в настоящей жизни! Пять лет назад она тоже не могла поверить, что такие события могут завертеться на самом деле, а вовсе не благодаря извращенной фантазии глупых сценаристов…

Пол, Алиса, Кристиан, куча его любовниц, и даже Георг — все едут в Италию! А она… как он сказал?.. монашенка?.. да, монашенка — останется в Калифорнии. Тоже, кстати, неплохо. Там — юг Европы, тут — юг Америки. Ну чем не рай? Джейн скрипнула зубами.

Интересно, а как же подружка Пола? Она-то приедет сюда, а не в Италию. Где же они с Алисой собираются в таком случае изображать бурный и страстный роман? Или это был просто предлог, чтобы сойтись с Алисой? А потом, в Италии, их уже ничто не остановит, все будет происходить каждый день и без всякого предлога…

Она снова скрипнула зубами так, что, казалось, они сейчас раскрошатся. Впрочем, не стоит ревновать. Пол все-таки для нее скорее брат, чем мужчина. Хотя…

Джейн расхаживала по комнате, не замечая, что бессмысленно и раздраженно переставляет предметы, перекладывает книги. Наконец все поверхности стали напоминать одну большую свалку.

Работа над книгой была забыта. Компьютер стоял включенный и уже второй час ждал, когда за него сядут. Джейн душили ревность, обида и разочарование. Разочарование в себе. Серая мышь, монашенка, вечно печальная, на всех обиженная бледная тень, вот она кто!

А ведь Кристиан прав: она «вечно печальная». В этот момент Джейн словно увидела себя со стороны: длинный бесформенный сарафан, на носу очки в толстой оправе… Джейн в отчаянии повалилась на диван. Нельзя же, право слово, так саму себя унижать!

Даже мать, приехав к ней как-то повидаться, сказала:

— Я, конечно, рада, что ты так серьезно занимаешься учебой, но… Ты что же, совсем не встречаешься с мальчиками и не ходишь гулять?

— Нет, мама. Мне некогда: я готовлюсь в магистратуру, кроме того, мне предлагают остаться на кафедре…

— Лето на дворе, а ты думаешь о магистратуре?

Джейн посмотрела на нее и ничего не сказала. Пол знает, а мама нет. Мама не знает, что случилось с ее дочерью, и не должна знать. Не стоит беспокоить маму…

Воспоминания проносились в ее голове, словно длинный видеоряд, она увидела все целиком и каждый день в отдельности: то в Штатах, то в Италии… И последний день. День, который перевернул всю ее жизнь.

До нее доносились голоса из прошлого, и с каждой фразой Джейн все крепче сжимала зубы, чтобы не заплакать.

Сначала Пол: «Да ни одна девушка не поверит, что я смог променять Миранду на тебя!»

Потом Кристиан: «Я подумал — а и правда, зачем такому пугалу Италия?»

И, наконец, Алиса: «Пола я никому не уступлю, даже тебе, так что можешь на него больше не рассчитывать!»

Алиса предала ее больнее всех. Джейн сделала ей шикарный подарок, а та, получив Пола, мгновенно превратилась в хищницу, которая не хочет делиться добычей. Кстати, ворованной добычей. Впрочем, что с нее взять, если она давно переспала с Кристианом и лгала, что между ними ничего не было?

Как обидно! И эти люди называли себя ее друзьями? Как же она в таком случае одинока!

А с другой стороны — не стоит обижаться на судьбу. Все случившееся необходимо пережить. Это прозрение поможет ей понять, что за чудовище она собой представляет. Пугало, как выразился Кристиан.

Джейн резко встала с дивана и подошла к зеркалу. Там она увидела себя и всю убогую обстановку комнатушки. Восемь лет она живет тут и даже не обращает внимания на аскетизм и бедность всего, что ее окружает. А студентка Алиса вытрясла из родителей деньги, арендовала квартиру, выкрасила стены в малиновый цвет («Он возбуждает!») и теперь водит туда мальчиков всех мастей и национальностей.

А она — серая мышь. И стены у нее серые. И купальник. И волосы. И даже лицо от всего этого, а может, от пережитого за день кажется серым. Джейн сбросила серый (!) сарафан и осталась в трусиках и в лифчике. Надо посмотреть правде в глаза и наконец-то оценить себя по достоинству.

Правда оказалась невеселой. Острые колени, тощие бедра, никакой талии, никакой груди… Волосы какого-то невеселого мышиного оттенка. Лицо… Когда-то у нее были большие голубые глаза. Но теперь из-за очков в уродливой оправе кажутся маленькими, а нос и рот вообще потерялись рядом с огромными окулярами.

Джейн помотала головой, еще раз посмотрела на все это и отвернулась от зеркала. Как же так? Она что, раньше была совсем слепа? Получается — да.

Да, она пугало, и не на что тут обижаться. Да, ни одна девчонка не поверит, что Пол выбрал ее, а не какую-то загадочную Миранду. Да, Алиса не должна возвращать ей Пола. Полу нравится Алиса, вот и хорошо. А она… А она будет…