Чёрное. Белое - Елена Сергеева

Подруга, подмигнув мне, тоже отходит и, приземлившись на кресло, расположенное рядом с моим, начинает колдовать над своим лицом, а я, не желая остаться один на один с бушующими в сознание и пугающими мыслями о предстоящей работе, вернувшись на свое место, развесив уши, начинаю слушать веселый рассказ Матильды о ее сегодняшнем приключении на дороге.

Разговоры девушек прерываются как по команде, лишь только в гримерку входит Мегеровна. Растянув на губах фальшивую улыбку, она здоровается со всеми и утыкается взглядом в мои глаза. После чего не менее скрупулезно, чем Злата, исследует меня от кончиков пальцев до макушки и не сделав никаких замечаний по поводу макияжа, прически, одежды, состояния моих ногтей и кожи, заключает:

– Годится.

Кинув беглый взгляд на других девочек и отметив, что они еще не собраны, она бросает «зайду попозже» и направляется к выходу, но в дверях оборачивается и, снова поймав мой взгляд, произносит:

– Твое сценическое имя – Асаль. Запомни! Ты выступаешь в последней паре и выходишь после того, как диджей тебя объявит. Потом пойдешь в зал, соберешь «благодарность» от гостей, сходишь переоденешься и выйдешь на сцену после нового объявления.

– Мы, как таксисты, отвезли клиента и снова встали в конец очереди, – раздается рядом негромкий возглас Нади.

Я киваю Мегеровне, не спрашивая, почему для меня она выбрала такое необычное имя. Не хочу нарваться на тираду возмущения типа того, что это меня не касается, да и в принципе мне все равно, как меня будут здесь звать, но за меня этим интересуется Матильда.

– Марго, что за имя такое странное?!

– С арабского «сладкая» переводится, – объясняет женщина.

– Сладенькая ты наша, – подмигивает подруга.

– Хватит трепаться, девочки! Поторопитесь! – гремит Мегеровна и снова собирается уйти, но останавливается, услышав новые слова Златы:

– Не сладкая, а мед.

В доказательство своей правоты девушка показывает всем светящийся экран мобильного, как будто в мелком шрифте кто-то что-то может разобрать.

– Мед?! – тихо удивляется Лилу из своего угла.

– Вам не все равно?! Мед – значит мед! Марк Сергеевич выбрал это имя для нее.

Чувствую обращенные на меня удивленные и вопросительные взгляды.

– Ну раз Маркушка!

– Злата! – одергивает Маргарита и кидает на девушку испепеляющий взгляд, без слов говорящий, чтобы она не смела так фривольно называть хозяина заведения.

Девушка бесстрашно улыбается ей, а женщина закатывает глаза и выходит.

Лишь только дверь за нашим менеджером и по совместительству стрип-коучем закрывается, на меня снова летят с разных сторон новые разные взгляды.

– С таким покровителем начинать, конечно, проще, но учти, на одних покровителях не вырулишь, – поучительно вставляет Матильда, а я пищу:

– Никаких покровителей у меня нет.

– Да ладно. Чего стесняешься! – отзывается со своего места Надя. – Сама рассказывала, что Маркуша отстоял тебя у Мегеровны, да и твои медовые глазки как видно уже заценил.

Чувствую, как к щекам приливает краска и автоматически всплывает картинка украденного мной взгляда Марка после прокатки номера, но я упрямо твержу себе «это неправда!»

– Марк на работе ни с кем не путается! – вставляет Злата, не отрывая взгляда от своего отражения и продолжая интенсивно водить кисточкой по лицу.

– Это ты по своему опыту знаешь?

– Может, ты не в его вкусе?!

Летят обращенные к ней реплики.

– А она в его?! – огрызается девушка.

– Клео, ты про штрафы ей сказала?! – подает голос Лилу, отвлекая всех от неприятной для меня темы, и я посылаю ей благодарный взгляд и тут же с удивлением смотрю на подругу, которая отзывается на прозвучавшее обращение.

– Не аплодируешь – штраф. Грубишь клиенту – штраф. Плохо выглядишь – штраф. Не пришла на работу…

– Большой штраф, – практически хором произносят девушки и смеются.

– Ася, все помнишь?!

Я киваю.

– Да.

– А к расходам приплюсуй сценические костюмы, стрипы практически каждый месяц, – добавляет Матильда, смотря на меня в отражении своего зеркала, и её подхватывает Злата:

– Маникюр, педикюр, парикмахер, косметолог…

– Все равно намного больше получается, чем за любую среднестатистическую должность! – повторяет озвученные мне ранее свои слова Надя.

– И выглядишь всегда на сто процентов!

– Это все так, но я девочки сильно устаю и употребляю много алкоголя! – признаётся молчаливая брюнетка, собирая насмешливые взгляды, а я озвучиваю свои страхи:

– А как насчет безопасности?

– В некоторые вечера охрана буквально не успевает оттаскивать перевозбужденных клиентов от девочек.

– Злата! – накидываются на нее девушки.

– Зачем ты ее пугаешь?!

– ЧП бывают, но редко, – успокаивает меня Надя, а Матильда продолжает:

– Пока ты находишься в клубе – гости нестрашны. Повсюду охрана, которая в случае чего всегда подойдет и объяснит, как вести себя с девушкой.

– Кроме того, с любой можно договориться – в клубе есть отдельная комната, в которой за обговоренную сумму девушки исполняют приватные танцы.

– Злата, давай про приват потом.

В гримерку снова заходит Маргарита.

– Готовы?! Встаем, подходим и на выход.

Артистки поднимаются и, демонстрируя ей по очереди свою готовность, исчезают за дверью. Я выхожу из комнаты последней и на одеревеневших ногах иду за Надей в зал навстречу своим страхам, неся как на плаху свою уже порядком потрепанную нравственность.

– Расслабься, ты должна быть максимально сексуальной, твоя задача – заинтересовать мужчин. Ходи, смотри и улыбайся! Если позовут, садись и поддерживай беседу.

– Хорошо.

Я пытаюсь заставить себя расслабиться, чтобы меня покинула нервная дрожь, пробирающая тело, но у меня плохо это получается. Через какое-то время музыка приглушается, и звучит призывное объявление первых артисток.

На сцене появляются две эффектные девушки, которых не было в нашей гримерке, и, улыбаясь, начинают сексуально двигаться.

– Красиво! – невольно вырывается из меня похвала, которой я делюсь с подошедшей Надей, когда ближняя к нам танцовщица завершает свое выступление. Ее уровень общения с пилоном – космос. Мне до такого расти и расти.

– Да. А теперь ты сама знаешь, как непросто сделать, чтобы было также легко и красиво.

– Да, – выдыхаю я, вспоминая, чего мне стоило освоить азы прокруток, а подруга продолжает: