А в мечтах ты моя - Юлия Резник

– Черт. Это у меня. Телефон…

– Так ответь же! – взмолилась Дуня, не понимая толком, радует ли ее то, что небо вмешалось в происходящее, или все-таки огорчает. На самом деле вообще ничего не понимая.

– Краснов! – рявкнул Семен, приняв вызов. – Что? Хорошо… Иду. Говорю же, буду через минуту!

– Ничего-ничего, – Дуня подняла руки вверх, – не обращай на меня внимания.

– Мы продолжим, когда я вернусь.

Дуня задрожала. Одно только это обещание заставило ее дрожать, да. А едва за Красновым закрылась дверь, как она, спрятав лицо в ладонях, со стоном повалилась на бок. Господи, что за черт? Как такое оказалось возможным? Она ведь замуж выходит. За… муж. И что теперь делать? Бежать! Вот, что первым пришло на ум. Видит бог, справиться с собой на его территории совершенно невозможно. Дуня была уверена, что наваждение спадет, когда она вернется в свою привычную жизнь. К тем людям, в которых эта самая жизнь для нее теперь и заключается.

Дуня вскочила. Подбежала к окну. Метель прекратилась. Но редкие мохнатые снежинки все еще потерянно порхали в воздухе. Такие же потерянные, как она… А на востоке в прорехе туч проглядывало по-зимнему холодное белое солнце.

Нервы Дуни были на пределе, поэтому, когда у нее зазвонил телефон, она даже вздрогнула. Юлька. Господи, да это же то, что ей сейчас нужно!

– Да, Юль, привет! – чуть громче, чем следовало, прокричала в трубку.

– Дуня?! Ну, слава богу! Ты куда пропала? У нас встреча в обед, а тебя нет. И в гостинице говорят, тебя уже пару дней не видели. Я уж было решила, что с тобой что-то случилось, погодка-то у нас – еще та. Все дороги позаметало. А назавтра обещают плюс.

Выпалив все это на одном дыхании, Юлька замолчала.

– Вот, что позаметало – я в курсе. Мою машину тоже замело. Точнее не так. Ее привалило грудой камней и снега.

– Дуня… Дунечка, с тобой же все хорошо? Ты где сейчас? Давай, я приеду.

– Так ведь дороги замело, – усмехнулась Дуня.

– Тю! Да мне трактор найти – раз плюнуть. Знаешь ли, в положении главы района есть и свои плюсы.

– Трактору буду рада. Я… В общем, я тут на одной базе.

– В Шишкином бору, что ли? Или в Эдельвейсе? – Юля по-своему поняла сказанные Дуней слова.

– Эм… Нет. Я не на базе отдыха. Я тут в одном учебном центре… Сил специального назначения. Это ж, наверное, можно назвать военной базой, да?

– Наверное. И как ты там очутилась?

– Да говорю же – меня привалило в горах. Хорошо, что машину обнаружили, не то бы…

– Стоп! Ты точно не пострадала?

– Да точно-точно. Но если бы не Семен…

– Так ты у Краснова?! Это ребята Краснова тебя выручили? Слушай, и как вы?! После стольких-то лет.

Как? Как… Дуня и сама бы хотела знать, как они. По всему выходит – не очень. Они натуральным образом спятили. Иначе как еще объяснить то, что между ними случилось? Господи, да еще чуть-чуть, и они бы переспали. Причинив боль любящим их людям. Предав их. И предав себя.

– С переменным успехом, – неопределенно пробормотала Дуня.

– Хочешь сказать, у вас возникли какие-то трения?

С губ Дуни слетел испуганный смешок. Да, трения, блин! Лучше и не скажешь. У нее до сих пор ныло в том местечке, где он об нее терся. И была повышенной влажность.

– Не то чтобы.

– Погоди-ка. Кажется, я начинаю понимать. Трения были, но в хорошем смысле? – Быкова зрела не в бровь, а, что называется, в глаз.

– Юль!

– Что?

– Душу не трави, а?

– Даже не думала. А что, все так серьезно?

– Серьезней некуда. Мне нужно отсюда свалить. Как можно раньше. Ты про трактор шутила, или правда можешь напрячь коммунальные службы? И не будет ли это злоупотреблением служебным положением?

– Конечно, будет. Но мы никому об этом не скажем. А что касается непогоды и ее последствий, то тебе следовало обратиться напрямую к Краснову.

– И чем бы он мне помог? Развеял руками тучи?

– Вот видишь? Все ты про него знаешь. И тучи бы руками развеял, и ветер бы унял, и температуру бы заставил подняться. Судя по легендам, что о нем ходят, сам Господь бог выполняет его команды.

– Что ж, как видишь, эти сплетни преувеличены, – заметила Дуня, впрочем, не то чтобы сама в это веря.

– А может, ему была на руку эта метель? – Юлька вдруг посерьёзнела.

– Не понимаю, каким образом.

– Все ты понимаешь, Дунька. Потому и дрожишь, как перепуганный заяц, и вызволить тебя просишь. Что, чуть не съел тебя волк, да?

– Прекрати. Глупости это все. У меня работы полно, ты же знаешь.

– Не понимаю, куда ты торопишься. У нас такая красота! И если наши планы выгорят – работы тебе хватит на десять лет вперед.

– Мне предлагают партнерство в одном крутом архитектурном бюро, – была вынуждена признать Дуня раньше, чем планировала. Юля замолчала, засопела в трубку. – Главный офис находится в Гамбурге, но мне предлагают возглавить берлинский.

Юлька присвистнула.

– Если ты согласишься, тебе ничего не светит с Красновым. Он – невыездной. Сама понимаешь.

– Мне с ним и так ничего не светит! Если помнишь, я выхожу замуж за другого.

– Ах да. Знаешь, я не люблю раздавать советы, но мне кажется, вы столько лет вместе и настолько похожи, что очень скоро ваш брак превратится в тягомотную рутину, – голос Юльки наполнила грусть. Как будто она говорила о своем опыте. Хотя, конечно, такое предположение довольно глупо, учитывая, что вот уже пятнадцать лет она счастливо замужем за влюбленным в нее до одури еще со школы Быковым. И все у них хорошо.

– А меня, наоборот, очень привлекает, что у нас Черновым общие ценности. И то, что мы давно вместе, по-моему, говорит как раз о том, что наши отношения проверены.

– Или просто удобны.

– Не хочу с тобой спорить. Тем более что мы вообще о другом говорили.

– Да-да, о том, что ты жаждешь сбежать от Краснова.

– Ну, и? Будет мне трактор?

– Конечно. Спецтехника уже работает, насколько я знаю. Глядишь, завтра и откопают вас. Если снег не растает раньше. На побережье-то плюс. Но его и в горах обещают. Как бы не подтопило город. Кстати, а Краснов, насколько мне известно, на своей базе каких-то Рэмбо растит?

– Без понятия. Я дальше его комнаты не ходила.

– Нет, ну, вы только посмотрите на нее! Все интереснее и интереснее!

– Юля! – в который раз взвыла Дуня, уже пожалев, что вообще все рассказала подруге. Та взялась их с Красновым шипперить, будто им снова по восемнадцать. Дурдом!