Ничего, кроме правды - Екатерина Береславцева

– Разве мы похожи на разбойников с большой дороги? – он обиделся.

– Временами да. Особенно ты, Шурик.

– Мы о тебе ни словом не обмолвились! Это правда, одна только правда и ничего, кроме правды!

– Звучит убедительно.

– Потому что так оно и есть.

– Тогда чего ещё ты от меня хочешь?

– Мне нужно знать, каким боком я оказался в это дело замешан?

– Ну, дорогой мой, – рассмеялась я и потянулась к сыру. – Я бы тоже не отказалась это узнать.

– Ведь тебе был сделан заказ только на Оскара? Ну, чтобы ты приснилась только ему… Боже, послушал бы меня сейчас кто-нибудь со стороны, какой я бред несу!

– Тебя никто не заставляет… – вспылила было я, но он меня прервал.

– Прости, Соня, просто трудно к такому привыкнуть… без ста граммов.

– Я по утрам не пью.

– Я тоже, но не об этом сейчас речь. Так о чём это я, тьфу ты… Почему я тоже попал в твой спектакль, а? Ведь ты обо мне раньше не знала, никогда не видела?

– Нет, никогда. Даже когда мне передавали все данные на Оскара, про тебя не было сказано ни слова.

– Но почему тогда в ваш сон угодил и я? С какого перепугу, Соня? И вообще – было ли у тебя раньше такое, чтобы заказанный сон снился сразу нескольким людям?

– Не было, – твёрдо заявила я, и сама мучившаяся этим вопросом.

– Но почему тогда?..

– Понятия не имею.

– Хоть какое-то предположение есть?

– Ну… – я помолчала. – Возможно, в ту ночь ты очень сосредоточенно думал о ваших с Оскаром делах. Возможно, ваши мысли пересекались… или вообще между вами какая-то есть связь. Родственная, например.

– Ни разу.

– Значит, это просто дикое совпадение. В одну и ту же секунду у вас обоих началась фаза быстрого сна, когда и бывают самые яркие сновидения, ваши общие проблемы как-то вас объединили, накрыв общим одеялом, и тут я…

– Странное объяснение, ты не находишь?

– Какое событие, такое и объяснение, – сухо сказала я.

– Ты права. Вообще всё это звучит… бредово как-то. Никак до меня не доходит, как это возможно – влезть в чужой сон… Ты сама можешь это объяснить?

– Нет.

– А давно это с тобой? С рождения?

– Нет.

– А после чего началось? Или просто так, ни с того ни с сего? Просто бах – и Соня угодила в чужое сновидение…

– Ты допил?

– Хочешь сказать – вали отсюда, гость дорогой?

– Мне не нравится этот допрос.

– Я просто понять хочу, Соня! – он встряхнул белой чёлкой. – Ведь что-то нас с тобой связывает! Не меня с Оскаром, а нас с тобой! Ты ведь сама к этому выводу пришла, признайся! Потому и юлишь теперь, всё на Оскара и наши общие дела валишь, а на самом деле…

– А на самом деле у меня нет ответа.

Я встала, захватила обе чашки и направилась к раковине. Шурик остался сидеть, только жёстко буравил меня своим взглядом в спину.

– Ты ведь мне даже не нравишься!

– Ты мне тоже, – бодро заявила я, открывая кран. Руки погрузились в холодную воду, так необходимую мне сейчас, чтобы прийти в себя.

– Почему тогда у меня такое ощущение, что…

Он не успел закончить. Из кармана моих штанов раздалась трель телефона. Я с сожалением промокнула руки полотенцем и вытащила трубку.

– Привет, Юра!

Шурик за моей спиной зашевелился, но и только – удаляться из кухни он не собирался. Тогда это сделала я и, выйдя в спальню, громко захлопнула за собой дверь.

– Доброе утро, Соня! Я тебя не разбудил ненароком? У тебя странный голос…

– Я давно встала. Просто ещё не до конца проснулась.

– Одеться-то хоть успела?

– В смысле?

– В том смысле, что теперь мы идём к вам! – весело протрубил Юра. – Встречай гостей, подруга!

Мой удивлённый возглас совпал с оглушительным звонком во входную дверь. Я бросилась из комнаты, но Шурик оказался проворнее – только я влетела в прихожую, как он уже звенел ключами, открывая дверь.

На пороге стоял Юра. И не один…

– Я говорила, что это плохая затея… – медленно произнесла Лидушка, увидев в открывшемся пространстве моего гостя и меня, растерянную, за его плечом. – Привет, Сонь. Мы не вовремя, да? Извините нас… – Она близоруко сфокусировала взгляд (наша Лидочка почему-то стесняется носить очки!) и тут до неё дошло. – Это вы, Шахов Александр Михайлович?!

Да, на Лидкину память можно положиться, я всегда это знала!

– Доброе утро, э-м-м…

А вот Шурик подкачал. И обернулся ко мне за поддержкой.

– Доброе утро, Лидия Владимировна, – тоном въедливой училки подсказала я.

– Доброе утро, Лидия Владимировна! – повторил Шурик, даже не покраснев. – Мы с Софьей не ожидали вас увидеть, но для нас это радостный сюрприз. Правда, дорогая? – он схватил меня за руку, и мне ничего не оставалось, как ослепительно улыбнуться.

– Да, мы очень рады вас видеть! – сказала я и незаметно ущипнула Шурика в бок. – Проходите!

Юрка всё это время молчал, заметно побледнев. Ещё бы, я бы тоже приуныла на его месте.

– Просим вас! – Шурик сделал шаг назад, потянув и меня за собой, и ребята прошли в прихожую. Дверь захлопнулась.

– И всё-таки мы не вовремя… – Лида оглянулась на Тарханова. Тот нехотя выдавил из себя:

– Соня, нам лучше уйти?

– Ну что вы, дорогие мои! – я наконец отцепилась от Шуркиной руки и потащила друзей в комнату. – Вы просто молодцы, что пришли! Обожаю такие сюрпризы!

В гостиной все сразу заговорили, засуетились, Лидка всунула мне в руки пакет с чем-то холодным, Шурик кинулся за тапочками, а Юра помолчал-помолчал, и вдруг выдал нелюбезно:

– Я вспомнил. Это ты за нами в «Молочных реках» шпионил!

– Ой, я же вас не познакомила! – громко воскликнула я, торопясь смягчить Юркину грубость – от Шурика с его взрывным характером всего можно ожидать. – Александр, это мои самые близкие друзья. Лидию ты уже знаешь, а вот этот невежливый тип – Юрий Тарханов, светило мировой психиатрии. Юра, а это Александр Шахов, мы с Александром разбираемся с одним делом, очень важным для нас обоих.

Они пожали друг другу руки – Шурик с нарочито счастливой улыбкой, а Юра сухо и словно нехотя. Ладно, хотя бы на время мир восстановлен, а дальше поглядим.

– А чем это таким вкусным пахнет, Сонь? – прощебетала Лида. – Кофе?

– Кофе, да не простой. По рецепту Александра. Шу… Саша, тебя не затруднит сварить