Больше, чем танец - Алла Биглова

Профессионалам неприязнь – ни по чём. Сейчас для меня должен существовать лишь вальс.

Виктор взял меня за талию после очередного па, прижал к себе и закружил по залу. Моё сердце бешено колотилось, и я испытала то, что никогда не ощущала ранее: чувство, что остального мира нет, и мы в нём только вдвоём.

Благо, тело помнило каждый шаг и действовало машинально. Я больше не задумывалась над тем, как избежать столкновения с другой парой, как уберечь ноги от неловких ног партнера и прочих подстав, что мешали спокойно танцевать. Партнёр не пропускал ничего. Его движения, если и были не идеальны, то стремились к этому. Дьявольская улыбка застыла на его губах, а я всё чаще ловила себя на том, что смотрю на эти манящие губы. Я пыталась себя одёрнуть, но у меня не получалось.

Медленно, но верно мы подошли к поддержке, которая не выходила с первого раза: запрыгнуть на руки. Я всё боялась, что Алексей не удержит, уронит, и я с грохотом свалюсь на пол, сильно ударюсь или, что хуже, сломаю спину. Но! Выбора не осталось, ладонь к ладони, поворот и… прыжок! Я очутилась в крепких и тёплых объятьях Виктора, а сердце застучало в горле.

Это было невыносимо.

Виктор спокойно пронёс меня на руках, также спокойно опустил.

Поддержка удалась на «ура».

– Надя, Виктор, превосходно! – услышала я голос Максимыча откуда-то издалека. Интересно, это он залез в трубу или мой воспалённый мозг дорисовывает то, чего нет?

А мы вновь закружились в вальсе, глядя друг другу в глаза. А я всё никак не могла успокоиться.

Но вот наступил момент, после которого движения были не разучены, поэтому пришлось остановиться.

– А сейчас нужно открутить девушку назад. Я покажу. Одолжу у тебя Надежду?

– Только Любовь не забирайте, – усмехнулся он, нагло продолжив играть с звучанием наших имен. Это мгновенно отрезвило меня. Волшебство короткого момента разрушилось, когда я вспомнила о существовании третьей. Чертыхнулась про себя. А ведь считала, что ничего к нему не чувствую!

Оказавшись в руках тренера, я облегчённо вздохнула, сердцебиение постепенно пришло в норму.

Вальсирование, пройтись под рукой, сделать пару кругов назад. Ничего сложного. А появившееся расстояние? На секунду новое движение слишком увлекло меня, и я забылась.

– Три мягких, плавных шага. Уважаемые девушки, пощадите партнёра, не разбегайтесь, пожалуйста. Иначе он вас не словит. Надя, подходи ко мне, ухватись за плечи и прыгай. Я подхвачу.

Что ж, я сделала то, о чём он просил. Вадим Максимыч действительно поймал меня, обняв за ноги. Я была над ним.

– Руки подними вверх. Парни тем временем делают поворот вокруг своей оси, а затем медленно опускают партнёршу вниз.

Что ж, лёгкая поддержка.

С Виктором это движение неудобств тоже не доставило: он легко поймал меня, мы покружились, я оказалась на земле. Я не боялась, что он уронит. Доверие в танцах – самое важное.

Остаток репетиции мы провели, повторяя ранее изученное. Вадим Максимыч был доволен нашей парой. Он надеялся, что нам удастся повторить успех с нашими партнёрами.

Я не разделяла его пустых надежд.

Глава 8

Мартовское солнце оповещало, что наконец-то пришла весна. Снег слегка подтаял, образовав ручейки, которые постепенно превращались в реки. Вместе с этим на дорогах появилась грязь, но я старалась её не замечать.

Я вышла из здания, вдохнула свежий воздух и зажмурилась от света, позволив солнышку немного согреть мой нос.

Радужный настрой испортил окрик:

– Эй! Тебя проводить? – Виктор догнал меня. Похоже, он не хотел отстать, что дико раздражало. Ну, право, не банный лист же!

– Я живу в паре кварталов отсюда. Спокойно дойду одна – ничего страшного, – отрезала я.

– Ну, зачем гулять в одиночестве в такую чудесную погоду? – улыбка чеширского кота нарисовалась на хитром лице. Я отвернулась, чтобы не пялиться на его губы. Где моё прежнее равнодушие?

А ещё этот Алексей, с которым я так и не поговорила!

– Я думала, ты на машине, – я пыталась сопротивляться, но, зная характер мужчины, понимала, насколько бесполезная затея. В конце концов, если он что-то решил, то его не переубедить.

– На вальс я стараюсь приезжать без авто. К тому же, после танцев хочется пройтись. Люба всегда ругается, что я её не подвожу.

Я закатила глаза, предвкушая, что ближайшие пару минут покажутся вечностью: мне придётся слушать о чужой невесте. Сомнительное удовольствие. Впрочем, я справлюсь.

Справлюсь же?

Неожиданно, но эти полчаса пролетели незаметно. Он ни разу не обмолвился о своей благоверной, мы говорили друг о друге: кто и как устроился после университета. Мы общались как старые друзья, словно не было той преграды, которая образовалась между нами пару лет назад, когда между нами встала Люба.

Я напомнила себе, что это его выбор.

Когда мы дошли до моего дома, он удивился, что баскетбольная площадка абсолютно пуста. Обычно здесь всегда бегали ребятишки.

Сегодня всё было против меня.

– Как насчёт того, чтобы повторить изученный материал? – вдруг спросил хитрец.

– Ты приглашаешь меня на танец? – моя левая бровь взлетела вверх.

– Почему бы и нет? – парень флегматично пожал плечами.

Вот так просто?!

Подумать мне не дали. Виктор схватил меня за руку, затащил на поле, включил песню на телефоне. Когда заиграла знакомая мелодия, я поняла, что не смогу отказать себе в таком удовольствии: танцором он, всё же, был неплохим.

Снова весь фронт раскалён от огня,Лупят зенитки три ночи, три дня,А в гимнастёрке на снимкеТы обнимаешь меня.

Ах, эти тучи в голубом…

На последней фразе мы закружились в вальсе, и я перестала слушать музыку, отдавшись мелодии, ритму, движениям. Танцы – это мой воздух, моя жизнь. Чудесно, что часть её я разделю с Виктором, с человеком, которого некогда любила.

С человеком, который разбил мне сердце.

Первая поддержка: я в его руках. Мне показалось, что он слегка замешкался: продержав меня на руках на секунду дольше, чем было нужно. Я списала это на то, что он не профессионал. Я по-прежнему глядела то в его глаза, то на губы. Улыбки на них не было. Лицо застыло в напряжении.

Мы немного повальсировали, пришло время второй поддержки. Я спокойно подпрыгнула, мои ноги зажали его руки. Я подняла свои вверх. Он не торопился кружиться вокруг своей оси. Всё пошло далеко не по намеченному плану.

– Ты не