Содержанка. Книга 2 - Ольга Вечная

Я кладу телефон на стол. Маленькие ножки шлепают по полу, Демьян подбегает, залазит на колени.

— Ты проснулся? — ошарашенно шепчу я, целуя его в лоб. — Солнышко мое проснулось! Сейчас будем смотреть, что у нас на полдник. Хочешь банан?

Встаю за банкой пюре. Пьяный в стельку Борис вновь орет на повторе. Я режусь об его эмоции, поспешно закрываю вкладку и смотрю на сына.

Тот устремляется в спальню за подарком отца. А я... хочу ему помочь, но никак не выйду из ступора. Верчу в руках банку, кручу, не могу открыть.

Потом от отчаяния впечатываю ее в стол. Да так, что остается вмятина.

Глава 11

Я просыпаюсь, но глаза не спешу открывать. Цепляюсь за забытье, за воспоминания.

— Что-то мне не нравится эта идея. — Неуверенный голос Алекса прокатывается по коже.

Он родом из прошлого, но губы мои растягивает улыбка в настоящем.

Алекс смеется, и в его глазах столько света, что я упиваюсь им даже через зеркало.

— Все будет хорошо. Вот увидишь, — обещаю, настраивая машинку. — Я тренировалась на манекене. Пару раз.

Мы сидим в номере гостиницы перед зеркалом. На комоде разложены парикмахерские принадлежности, на плечах Алекса — платок. Медовый месяц в самом разгаре, из нашего окна — чудеснейший вид. Простыни смяты после близости и валяются на полу.

Алекс смотрит на меня в отражении, барабанит пальцами по колену. Следит за тем, как покачивается моя грудь в лифчике. Такой смех берет, что пополам сгибаюсь.

— Раф, боже, ну что ты как маленький! — Принимаюсь его расчесывать. — Ты мне не доверяешь?

— У меня онлайн-переговоры важные завтра. Малыш, хорошо бы выглядеть солидно.

— К ним мы и готовимся.

— В последний раз я брился налысо лет пять назад, когда зависал в лаборатории. В то время мне не давали. Ни денег, ни чего-то другого. Возможно, это было связано с прической.

Хохочу! Налысо — это крайний случай.

— Что-то другое тебе сегодня уже дали. Не дергайся, а то получится криво. — Веду машинкой по его затылку. — Я абсолютно в себе уверена! Закончила двухнедельные курсы. Капец, какие у тебя густые волосы. Мне бы такие.

Алекс улыбается, глядя в зеркало. Слушается, терпит. Я так сильно его обожаю, что выразить не могу.

На комоде лежит его мобильный, на экране — тонкая трещинка. Дефект появился в тот день, когда мне отказали в визе. Алекс прочитал новость и с психу швырнул телефон на стол, да так, что экран треснул. Равский никому не доверял свои гаджеты, о ремонте речь идти не могла в принципе. Поэтому с каждой встречей я наблюдала за тем, как трещинка становилась больше, росла, превращаясь в паутину.

— Если не получится, ты ведь не будешь ругаться? — спрашиваю быстро, шепотом.

Он глухо смеется.

— Ива-а-а, — тянет. — Ива, я не хочу ходить в кепке.

— Я стараюсь, не видишь, что ли!

Демьян тычет пальцами в глаза, приходится их открыть.

— Ну что, встаем менять подгузник и завтракать? — предлагаю я живо, беру своего мальчика на руки и поднимаюсь с кровати.

Развод — событие неимоверно болезненное, когда вас двое. И многократно усложненное наличием общих детей. Красивых, славных, ни в чем не виноватых. Детей, которые появились по большой любви. Той самой, что когда-то пламенем горела, а потом взяла и закончилась.

Наша любовь выжгла меня домертва. Оставила после себя бескрайнее пепелище, устланное колючей ненавистью.

При разводе никто не вручил брошюры, что теперь делать с хорошими воспоминаниями. Куда их помещать, как от самой себя прятаться? Никто не пояснил мне, как выживать в одиночестве.

Я чувствовала опустошение. Которое нужно было заполнять чем получится.

— Как насчет маленького сладкого утенка? Не представляю, как бы без тебя справилась, — произношу вслух и смачно целую сына в щеку.

Он не реагирует, занят. Сосредоточенно катит машину, умудряясь тормозить на поворотах.

Ого, вот это успехи!

Утро проходит в безумном кипише. Я вишу на телефоне с мамой талантливой девочки с Дальнего Востока, которой мы даем грант на обучение в столице. Одеваю и кормлю Демьяна. Пытаюсь собраться сама.

Мне нравится участвовать в жизни спортсменок, помогать не словами, а конкретными действиями. Мечта о тренерской карьере также не брошена, диплом лежит в шкафу. Вот только до дела пока руки не доходят. Может, как Демьян станет старше?

Пока едем в машине к Равскому, нервничаю. И когда звонит Руслан, выпаливаю ему «привет» слишком эмоционально.

— О. Добрый день, Ива. Не отвлекаю?

— Нет. То есть я за рулем, ты на громкой. Везу Демьяна к Алексу, повидаться.

— Всё в порядке? Помощь нужна?

— В плане?

— У меня есть дочь и кое-какой опыт общения с ребенком после развода. Могу дать пару советов тебе или Равскому. Из личного опыта.

— А. Буду иметь в виду! Это очень круто, Руслан. Спасибо огромное, правда.

— Не за что совершенно. Ты точно в порядке?

— Сумасшедшее время, работа в декрете, я как обычно пытаюсь успеть все, а в итоге не успеваю ничего. Но сегодня я расчесалась!

Он смеется.

— Надолго будешь свободна? Я могу подъехать, выпьем кофе. Не терпится заценить твои локоны.

Я и правда редко хожу с распущенными. Беспечный голос рождает улыбку. Руслан может быть исключительно обходительным, а мне пора жить дальше.

— У меня есть пара новых баек о хоккеистах. Кстати, и про Никиту Корнева, твоего старого приятеля, кое-что.

— Неужели разводится? — мрачно бубню.

— Тепло.

— Хах, неожиданно. Умеешь заманить! Прости, я бы с радостью, но пока не могу оставить Демьяна с отцом так надолго. Он еще слишком мал.

— Не извиняйся, я понимаю. Буду в фонде вечером, если сможешь, приезжай. Потом поужинаем. Видишь, как я упорствую?

— Вижу. Попробую договориться с мамой. Сегодня или на неделе.

— Уже пятница. В выходные я в Европе, вернусь только в четверг. Если не сегодня, то встретимся на тусовке Андреевой. Встретимся же?

— Точно. Пятница! Да, я постараюсь приехать. И да, я постараюсь выбраться на праздник. Напишу позже, подъезжаю. Целую!

— И я тебя, Ивушка.

***

Парковочное место свободно, меня ждут.

Достаю Демьяна из автокресла, прижимаю к себе. Шучу мрачно:

— Предложить твоему папе попросить