Содержанка. Книга 2 - Ольга Вечная

— Разве? — иронизирует он. Направляется к выходу. — Идем. Джемма психует, когда завтракает одна.

— Алекс, — окликаю я.

Он оборачивается.

— Если бы ты мог, ты бы прилетел после рождения? Не ко мне. К сыну. Скажи, прилетел бы? Я все время мучилась. Мне надо знать.

Он криво улыбается:

— Я и прилетел. Где я сейчас, по-твоему?

Алекс несет Демьяна в кухню-гостиную, а у меня кожу покалывает так сильно, что не могу с собой справиться пару вдохов — иду нарочито медленно.

В комнате светло, красиво, и у Дема разбегаются глаза. Он не знает, какие шкафчики выдвигать первыми, поэтому, помешкав, просто плюхается на пол и играет с тюбиком зубной пасты, которую прихватил с собой.

Пытка продолжается. Я присаживаюсь рядом, Алекс, напротив, отходит к окну.

— Всё в порядке? Не понимаю, русские ругаются или обсуждают корм для кота? — шутит Джемма. Протягивает Демьяну мягкую упаковку фруктового пюре.

Я улыбаюсь в ответ, быстро вытирая щеки. С раздражением понимаю, что она мне симпатична. Помогаю Дему справиться с крышкой.

— В порядке, детка. Я накосячил, как и думал, — отвечает Алекс. — Двухлетка в розовых босоножках оказалась проворнее.

— Ива, дай ему еще один шанс. Мы с Алексом очень ждали знакомства с Демьяном. Он не признается, но ужасно нервничает.

— Не пали. — Алекс натянуто улыбается, выходит на террасу и закуривает.

Демьян тем временем встает на ноги и несет выкидывать пустую упаковку. Джемма подсказывает, где мусорное ведро.

— Фу! — объясняет Демьян и выбрасывает упаковку от пюре. Потом хватает с пола едва начатую зубную пасту и заявляет: — Фу!

— Дем, это не мусор. Демьян, погоди, давай отнесем обратно, туда, где ты взял. — Поясняю Алексу: — В последние дни это его самый любимый момент перекуса — выбросить упаковку.

Демьян возмущается, выкручивается.

— Пусть, — разрешает Алекс.

Я пожимаю плечами. Сын врывается в роль мусорщика. Расправившись с пастой, он открывает первый попавшийся шкафчик и находит там стопки салфеток и одноразовой посуды. Изрекает с восторгом:

— Фу!

— Алекс, он всё выбросит, что найдет, если не остановить.

Развожу руками.

— Пусть делает что хочет, — говорит Алекс, вновь затягивается и выпускает дым через рот и нос.

Меня потряхивает.

Джемма смеется. Я перевожу глаза на мусорное ведро и вижу в глубине упаковку от презервативов. Боже.

Боль такая острая, что приходится призвать всю выдержку, чтобы ее скрыть.

И правда «фу». Быстро отворачиваюсь и отхожу.

— Ну все, хватит. Дем, нам пора домой.

— Пусть играет, это же салфетки! — гостеприимно успокаивает Джемма. — Ива, я читала, что ты в прошлом занималась гимнастикой. Это мечта! Сколько лет ты посвятила спорту?

— Семнадцать, — улыбаюсь. — Каждый день по восемь часов в зале.

— Сколько? — поражается она. — Когда же ты веселилась? Тусовалась с парнями? Путешествовала?

— Я занималась спортом семнадцать лет, каждый день своей жизни, а потом встретила Алекса.

Глава 13

Иван Зиновьев мне никогда особенно не нравился, хотя по всем параметрам должен был. В то время мой брак длился уже год, и я была настолько ослеплена мужем, что всерьез и подумать о другом мужчине не получалось.

У меня был Алекс, учеба сразу на двух факультетах, тренировки, к которым я вернулась, пусть и в лайтовом режиме. Фонд и настоящая студенческая жизнь с друзьями и вечеринками.

Но самое главное, у меня был мой Алекс. Сложный, невероятный, ослепительный. Мужчина, по которому я сходила с ума и которого ревновала до изматывающего, тошнотворного безумия. Вокруг него вились десятки женщин, журналисты строили теории, проводили расследования. Я не понимала, где реальные фото, а где фотошоп. Заедала отчаяние конфетами.

Алекс говорил, что верен, и я надеялась на это всем сердцем, иначе бы не смогла продолжать быть с ним. Бороться за брак на расстоянии.

Когда накрывало в очередной раз, мы ссорились. Ругались. Он обычно уходил от выяснений отношений, отключал телефон, дабы не наломать дров. Последнее злило неимоверно сильно, и я провоцировала с особым остервенением. Потому что пауза воспринималась не иначе как игнор.

Мы поссорились в очередной раз из-за переноса отпуска на следующий месяц. В пух и прах разругались! Я не могла больше сидеть в квартире и ждать, пока Алекс остынет и что-то сделает, — пошла на свидание.

Ваня учился в нашем университете тоже на тренера, работал в фитнес-центре и безумно смешно рассказывал байки с соревнований. А еще его совсем не смущало, что я замужем. Тогда мне показалось, что он смелый и дерзкий, в действительности — Зиновьев просто не догонял. Как позже выяснилось.

Мы пару раз пообедали, сходили в театр, а потом, в одну из пятниц — в кино на вечерний сеанс. После решили прогуляться. Фильм был довольно откровенный и зажигательный. Мое брошенное на произвол судьбы либидо требовало приключений.

Я не отвечала на сообщения Алекса три дня. Мокрый после дождя асфальт пах летом и какой-то неведомой романтикой, Ваня обнял за талию и спросил, какая сцена в фильме понравилась мне больше всего.

Именно в тот момент, когда мои щеки загорелись, к нам подошли трое мужчин. Это был Борис Воеводин и, судя по всему, два его охранника. Я отпрянула от Вани, но было поздно.

— Ты что, блин, здесь делаешь? — дернулась сразу, когда Борис попытался под локоть взять. — Ты за мной следишь?!

— На минуту, Ива.

— Чудесно! Это Раф заставил или собственная инициатива?

Борис только отмахнулся.

— Пройдемся, Ив.

— Не трогай меня! Вечер пятницы, я отдыхаю с друзьями и отчитываться не намерена. Тем более перед тобой.

— Машина вон там. Ты сейчас пойдешь и спокойно сядешь на заднее сиденье.

— А Ваня? — нахмурилась я.

— Что происходит, мужики? — встрял Иван. — Мне уже пора, я девушку до метро провожал.

Рядом с ним стояли два профи, и Зиновьев не спешил рваться в драку. Борис повел меня к машине, краем уха услышала:

— Ты в курсе, что девушка замужем? Колечко на пальце ни о чем не говорит? Кого ты, еблан, лапаешь?

— Она сказала, что свободна. Какое еще колечко? Она его снимала!

Я округлила глаза и аж воздухом подавилась от такой наглости. Встала как вкопанная, обернулась. Ваня утверждал, что его не смущает мой