Сбежавшая невеста - Анна Март

из них ложкой по лбу.Время шло, а веселая компания все не хотела расходиться. Кроме них в зале уже практически никого не было. Пират тоже отлучился. Тоша подлетела ко мне и начала жестами объяснять, что ей нужно идти мыть посуду, а клиенты остаются на мне. Не иначе как решила устроить мне пакость. Я попробовала возразить, но та прикрикнула на меня так, что я лишь подавилась собственным возмущением. Ну что ж, у меня имеется даже опыт общения с разбойниками, а тут всего лишь подвыпившие мужики… ну ладно, сильно выпившие мужики.— Хей, — услышала я со стороны злополучного столика. Главный заводила подзывал меня жестом.— Желаете повторить? – спросила я заученной фразой, когда подошла поближе.После моих слов в помещении воцарилась мертвая тишина, лишь кто-то из посетителей закашлялся, а в следующий миг компания разразилась диким хохотом.— Простите. Я знаю, вы не очень меня понимаете… — попыталась оправдаться я.И снова тишина, но только мужчинам уже было не до смеха. Заводила выхватил длинный кинжал и направился ко мне с далеко не дружелюбными намерениями.— Простите. Я не знаю, что сказала, но могу вас уверить, что имела ввиду совсем другое, — пыталась я исправить ситуацию, используя в своей речи уже слова обоих языков.При этом я медленно пятилась назад, не сводя глаз с мужчины, который с каждым моим словом разъярялся все больше. Он уже стал весь красным и, казалось, сейчас из его ушей и ноздрей повалит дым. Компания его дружков тоже не сидела молча. Резкие выкрики явно имели цель поддержать своего товарища. Я продолжала двигаться, пока не почувствовала, как мои бедра уперлись в соседний стол. Я нервно сглотнула, когда кинжал сверкнул совсем рядом. И тут я решила, что клин клином вышибают, и вспомнив как перевел мою давешнюю фразу Пират, резко выкрикнула «Доброго вечера!», указывая пальцем в сторону окна. Все присутствующие как завороженные повернулись туда в надежде увидеть дохлую ворону, а я воспользовалась моментом и метнулась к стойке, за которой находилась спасительная дверь в хозяйственные помещения.Но не успела я ворваться в кухню, как следом, рыча от негодования, появился и мой потенциальный убийца. Он оглядел комнату, в которой кроме меня, находилась только ошарашенная Тошка, и пробулькал что-то грозно. Видимо это было «всех зарежу» или что-то вроде того, потому как уши сразу заложило от истошного визга девицы. Я снова воспользовалась замешательством противника и, нащупав под рукой ящик с овощами, принялась ловко метать ими, стараясь попасть в перекошенное яростью лицо. Огурцы легко насаживались на выставленное вперед острое лезвие, и изумленному мужчине понадобилось время, чтобы избавиться от импровизированного шашлыка. Он с размаху ударил им по деревянной столешнице, так что ровные зеленые половинки полетели в сторону. Эх, подставить бы салатник, да можно сразу подавать. В столе, кстати, осталась глубокая щель, да уж, Пират по головке не погладит. В этот момент подключилась переставшая наконец-то орать Тошка, у которой под рукой оказались более весомые снаряды. Нет, она не собиралась получать выговор за убытки в виде разбитой посуды, но вот увесистые кабачки были как нельзя кстати. Одним из них она даже попала в голову обидчику, сбив его с ног. Мужчина не сразу пришел в себя после удара, а когда снова сфокусировал свой взгляд, получил подарочек в виде сотейника по лбу уже от меня. Тот не был пуст, и вскоре по лицу и одежде расползался густой томатный соус, создавая страшную картину. Брр, со стороны могло показаться, что бедного пьяницу до крови избили хулиганы. Я бы даже пожалела его, если бы сама не была причиной такого вида. Казалось бы, полученный отпор должен был охладить пыл задиры, но правду говорят, что пьяного ничего не берет, так и наш вредитель лишь потряс головой, словно стряхивая наваждение, а может, и соус тоже, и снова ринулся в бой. В его безумных глазах горел огонь ненависти.К слову об огне. За моей спиной оказалась большая каменная печь, которая в данный момент не использовалась, но зато очень к месту пришелся увесистый ухват, заботливо оставленный здесь кухаркой. Я вовремя успела схватить теперь уже предмет самообороны, так как в следующий миг надо мной был снова занесен кинжал.— Мамочки… — взвыла я, отбивая удар.Интуитивно я решила обезопасить себя, уткнувши рогатиной ухвата в шею мужчины. Тот так же продолжал размахивать кинжалом, стремясь достать до меня, но длинный черенок обеспечивал мне необходимое расстояние, чтобы остаться в целости и невредимости. Затуманенному алкоголем разуму не приходила идея, что совсем несложно вывернуться из этой ловушки, и, признаться честно, выглядело это со стороны весьма забавно. Однако в силе я уступала здоровенному детине и долго удерживать бы его не смогла, поэтому не долго думая я сама пошла в наступление. Резко толкнув мужчину, я сразу же выбила оружие из рук и для верности нехило приложила его по голове. Тело, распластавшееся на полу, прекрасно дополняло вид художественного овоще-соусного беспорядка. Только глядя на эту картину я смогла наконец-то перевести дух. Правда ненадолго, так как следом пришла жуткая мысль: «О нет, кажется, я сама его прикончила. Отлично, теперь мне светит тюрьма в чужой стране. Интересно, сколько тут дают за неумышленное убийство?» Но протяжный стон поверженного позволил мне вздохнуть с облегчением. Значит, живой.И вдруг откуда-то сзади послышались скромные аплодисменты, точнее даже одиночные хлопки.— Браво, леди Кэтрин. Вижу, мои уроки не прошли впустую, — о, этот голос был мне хорошо знаком. И вот уж точно никогда не думала, что буду так рада его услышать.

12

— Господин Тарсон?! Вы?! – я больше не успела ничего сказать, так как мой учитель перебил меня, грубо обращаясь к дружкам дебошира на их языке. Оказывается, те все время тихо наблюдали за разборками в дверной проем. В следующий миг, видимо исполняя указания учителя, они подхватили своего раненого друга и поспешили покинуть кухню. Тошка тоже скрылась, скорее всего, поспешила за хозяином, или, на худой конец, за Вениамундом. Теперь в разгромленном помещении я и господин Тарсон остались один на один.— Однако, было очень смело с вашей стороны назвать шестерых здоровенных пьяных мужиков вонючими помоями, — одарил меня своей ехидной улыбочкой господин учитель.— Что?! Гадский аниаркский язык. Я вовсе не это хотела сказать. О, пресветлый! Я правда так их назвала? А когда спросила, не желают ли повторить…— Не желают ли они пошалить, — перевел мою же фразу Айден. – Признаться, я сначала было подумал, что вы