Дар взаймы - Маргарита Ардо

– Белый волк – это кто-то из хэндарских князей, – вдруг сказал доктор Керн, скача рядом. – Странно, что он лежал так запросто на тропе.

– Разве у волков не вожаки? – спросила Агнешка.

– Они не совсем волки, – ответил я.

– Но всё же звериного у них много. Может, тот здоровый после брачной охоты заснул как попало, – проговорил доктор. – У хэндаров сейчас период такой – ищут пару.

– Скорее имели место брачные бои, я отчётливо уловил эманации магического удара, и мисс Ковальски видела потасовку. Девиц в деревне, значит, стоит держать по домам? – усмехнулся я, оборачиваясь на Агнешку.

– Да нет, они редко на людей реагируют. Такого почти не бывает. В основном на своих, на оборотней. Запахи там, феромоны и прочее…

И тут я закашлялся – сзади на меня обрушилась лавина животного страха. Ядовитыми парами меня накрыли чужие ужас и смущение. Я притормозил оленя и обернулся на Агнешку. Она была бледна, как снег, и дрожала.

– Прекратить панику! – приказал я, распуская на неё ментальное облако спокойствия. – Тебя никто не тронет! Ты со мной, поняла? Со мной нечего бояться! Тем более что ты не оборотень!

Глава 6

Агнес

Магии я обрадовалась, дурочка… Говорила мне няня: «За кусочком дармового сахара всегда припрятан пуд соли». И была права. Как и Лили Пелье, моя бывшая однокурсница из академии, которая утверждала, что невинных девиц не бывает, искренних – тем более. Они либо глупы, либо продуманы так, что нам и не снилось. Я ей возражала. Зря!

Как выяснилось, беспомощная мисс Свеборг хитро сбросила опасность на меня и выдохнула с облегчением. Как вам это нравится? Сомнений быть не могло: породистого волка привлёк не человеческий запах, а феромон оборотня. Потому что вчера он вёл себя вполне в рамках приличий, а сегодня готов был наброситься без приглашения и даже имя не спросить. Каково, а?

Меня превратили в приманку! Вот вам и невинность милой жертвы. Отвратительно!

Ректор – не природник, и ему вряд ли известно, что оборотень способен унюхать меня чуть ли не за километр. А я снова без магии. И что же, мне теперь не покидать замок или ходить исключительно с ректором под ручку?

Я глянула на руку сэра Алви в мягкой кожаной перчатке, придерживающую узду. Уж он точно не станет со мной носиться! А остальные с этим клыкастым князем в шубе не справятся. Демоны бы его побрали! Нет, нужно найти способ убраться отсюда, и даже не из замка Розендорф, а вообще из Северного Азантарна со всеми его странными народностями.

Сэр Алви не маленький, справится и без моей помощи, а мне нужно вернуться в академию, раз уж дома не ждут.

Как назло, варианты не придумывались. Но и правду рассказывать Алви я не буду – она выйдет мне боком.

Мы подъехали к высокому каменному нагромождению, покрытому снегом. На вершине навала из валунов красовался золочёный рунический знак – узоры, вписанные в круг. Берёзы искристым кружевом крон и белыми стволами по обе стороны росли от камней под таким углом, будто не хотели ни единой веточкой помешать громадине устремляться загадочным символом к синему небу.

– Что значит эта руна? – спросила я у доктора.

– Сила. За ней сюда и приходят.

«Вот и мне не помешает», – хмуро подумала я.

Мы завернули за каменную глыбу, похожую на великана у развилки. Открывшийся взгляду пейзаж вызывал любопытство. Круг ритуалов, как и ожидалось, квадратным не был. Со всех сторон его обступали не слишком высокие скалы. Казалось, будто узколицые щербатые тролли с отвисшими по грудь подбородками, сгрудившись, смотрели озабоченно вниз – на землю. А там во всю площадку простиралась гигантская руна, высеченная в монолитной плите. Грубые каменные узоры выступали из углублений, наполненных снегом, словно дорожки закруглённого лабиринта в зимнем парке. В центре чернела площадка, на которой судя по цвету камня, жгли костры. Небо над руной казалось особенно высоким, синим до пронзительности. А деревья подступиться ближе к скалам не решались, образуя ещё один почтительный круг.

– Согласно легенде, сами боги стихий подарили руну жителям наших краёв, – сказал доктор Керн.

– Смотрите! – воскликнула я и ткнула пальцем в край руны слева. – Там что-то красное.

Алви спрыгнул с оленя и подбежал к тряпице. Поднял её.

– Это накидка мисс Свеборг! – крикнул он и, поморщившись, нюхнул воздух. – Ритуал здесь проводили. И довольно мутный – от остаточной магии даже в горле першит.

Доктор не торопился спешиться, а я сползла с оленя, как умела. Прошла к Алви, проваливаясь квадратными каблуками в снег. Проклятый блокирующий браслет не давал мне почувствовать магию, я снова была, как деревянная чурка: тупа и глуха. И обоняние тоже вернулось к привычному. Плохая ли это новость?

Я прислушалась к себе, остановилась. Нет, ничего особенного: ни звуков, ни запахов, ни ощущений. «Хм, а как с феромонами? Вдруг выветрились? – с надеждой подумала я. – Может, волчий князь очнётся, нюхнёт и скажет: «Фу, человечинка! Извини, обознался». И предпочтёт пирожки.

Мечты…

Алви тем временем осмотрелся и вперился взглядом в плиту-руну. Стянул перчатки, сунул их в карман шубы и судя по движениям пальцев начал считывать магические контуры.

И всё же красивые у него руки, пальцы аристократические, удлинённые. Но ничего нет в них женственного, наоборот, взглянешь и подумаешь: идеально мужские – в них отлично смотрелся бы меч. Хм, и зачем я об этом думаю? Мозги у меня тоже выветрились?

Алви вгляделся во что-то. Затем крикнул через плечо:

– Доктор, вы здесь бывали?

– Конечно, – вздохнул тот и будто нехотя слез с оленя.

Приблизился к нам, пока я тщетно пыталась ощутить в себе хоть что-нибудь необычное.

– Это было тут раньше? – спросил Алви у целителя.

Глаза доктора расширились, брови приподнялись. Хм, испугался и удивился?

– Этого разлома не было. Ничего не менялось веками, а тут гляньте-ка, будто кто-то топором по камню… Не к добру!

Он нервно передёрнул левым плечом. Заинтригованная, я глянула за широкую спину Алви, которая загораживала мне обзор. Трещина шла от края «дорожки» к центру руны, словно та лопнула, как переспелый арбуз.

– А какой тут магический фон… – интригующим голосом проговорил Алви.

Как издевается, я же не могу почувствовать!

От мороза румянец пошёл у господина ректора во всю щёку, волосы на солнце показались золотыми, а сам он ещё моложе. Нет, меня не обманешь его привлекательностью. И я не позавидую его избраннице, скорее отправлю соболезнования…

Алви наклонился к трещине, затем присел на корточки, чтобы рассмотреть внимательнее. Опустил ладонь к расколу. Я подошла ближе, от холода сунув одну руку в карман.

– Подержи-ка, – сказал он и протянул мне алую накидку.

Едва я коснулась её, нас с Алви тряхнуло. Волосы его вздыбились, мир вокруг потемнел, словно только собирающиеся издалека сумерки резко упали на землю. Из излома вырвалось наружу зелёное пламя с розовыми всполохами. В лицо ударил горячий ветер.

* * *

Трещина на глазах разверзлась голодной пастью. Нас с Алви втянуло внутрь. Закрутило в зелёных, розовых, оранжевых волнах энергий, как двух мошек в кипящем киселе. Пространство загудело и потянуло прочь от света над нашими макушками, словно в морскую глубь от поверхности воды. В этом «водовороте» красная накидка переплела наши руки, а я вцепилась в её край пальцами, не позволяя улететь. Алви нащупал мою ладонь, сжал крепко. Вытянул кулак свободной руки вверх – к пятну света над головой. Сделал рывок. Лицо его исказилось от напряжения, но нас, наоборот, потащило вниз. Затем рвануло отчаянно в разные стороны.

Сопротивляясь неведомой тяге, Алви с силой прижал меня к себе. И я к нему прижалась в страхе, что без магии меня может утащить в бездну. Мы с Алви почти влипли друг в друга, я вдохнула его запах, и вдруг паника отступила. Мешанина цветов обрела упорядоченность, стала красивой, словно вокруг нас парили розовые, красноватые, сиреневые туманности, усыпанные зелёными звёздами. За ними, как в далёком космосе, мерцала тёмная окружность, похожая на зрачок, окаймлённый золотым нимбом. Показалось, словно из подземных глубин на нас кто-то смотрел, раздвинув энергетические завесы. Я почувствовала идущее оттуда притяжение, обещание силы и свободы. Захотелось нырнуть в глубины без раздумий!

Но Алви пробормотал заклинание. Рывок со мной вместе против течения. Потустороннее пространство выплюнуло нас, словно кит мелких рыбок, – в снег возле вырезанной в плите руны, к подножию скал-троллей. Я шлёпнулась на Алви сверху. В голове помутилось.

– Не такая