Пешка треф атакует - Ирина Мясникова

«Наш» ослепительно улыбнулся, собрав вокруг пронзительно синих глаз тонкие лучики морщинок, крепко пожал мне руку и представился:

– Руденко Сергей Сергеевич. Ну, да вы знаете. Здравствуйте, очень рад вас видеть. Присаживайтесь.

– Здравствуйте. Петровская я, Екатерина Андреевна. Тоже рада нашей встрече, – я села в предложенное кресло.

Он сел напротив. На меня пахнуло тонким мужским парфюмом. Запах был чрезвычайно приятный и ненавязчивый. Все, что касалось нашего контракта, моментально вылетело у меня из головы. У меня вообще всё вылетело из головы. И Гадецкий, и Ковальчук, и «Теплоинжиниринг» в полном составе, и великолепный джедай, и даже собственный родной супруг Серёга Петровский. Честно говоря, Серёга вылетел всё-таки первый, еще в тот момент, когда я только вошла в кабинет. Великолепный Сергей Сергеевич Руденко чего-то рассказывал о своём заводе, но я ничего не понимала и больше всего на свете хотела убежать и спрятаться. Я уставилась на его руки: загорелые, в меру мускулистые, в меру волосатые с большими ладонями и длинными пальцами. На запястье сверкали дорогие часы, которые он периодически машинально поправлял. На пальце я заметила тонкое и элегантное обручальное кольцо. Я с трудом оторвала взгляд от этих рук и от страха стала перебирать бумаги в своей папке. Даже не перебирать, а теребить их. Наконец, взгляд мой уперся в контракт, уже согласованный со всеми заводскими службами и заботливо подсунутый мне Фаиной на входе в кабинет. Вот спасибо! Что бы я без Фаины делала?

– Вот, – вдруг ляпнула я поперек его речи. – Подпишите уже, да я поеду.

Получилось не совсем вежливо, от чего я окончательно сконфузилась и почувствовала, как сквозь загар на моем лице проступают красные пятна.

– Да, извините, я тут соловьем разливаюсь, а вы целую неделю меня дожидались, – он взял контракт. – Только у меня вот тут один вопросик небольшой имеется, поэтому до сих пор и не подписал.

– Какой такой вопросик? – я испугалась еще больше и почувствовала себя на экзамене по сопромату. Конечно, приехала я, чтобы на его вопросы, если возникнут, ответить, но, прямо скажем, оказалась совершенно не в том состоянии. Это я-то, которая за словом никогда в карман не лезет и, как любят пошутить в нашем «Теплоинжиниринге», на любой вопрос даёт любой ответ. Неужели это на меня так солнце и море подействовали? Или всё-таки не море, а синие хитрые глаза совершенно постороннего дядьки? Никогда в жизни я не дурела от мужской внешности, а тут – на тебе. Вот вам и проруха на старуху. Я попыталась взять себя в руки и сосредоточиться, для чего даже внимательно посмотрела в окно. За окном торчали заводские трубы, плыла жара, синело небо и никаких шпаргалок с правильными ответами не усматривалось.

– Про штрафные санкции, – Руденко открыл контракт в нужном месте. – Вот, поясните, пожалуйста, что это означает? – он ткнул пальцем в формулу, которой я очень гордилась.

Ну, слава богу! На этот вопрос я ответить смогу.

– Это формула для расчета. Мы её у французов позаимствовали, когда вместе с ними один из наших объектов строили, – честно доложила я. – Если мы вдруг не достигнем заявленной мощности, то с помощью этой формулы можно рассчитать сумму штрафных санкций, которые мы вам обязуемся в этом случае выплатить.

– Что значит это ваше «вдруг не достигнете»? Так вы еще можете и не достичь заявленной мощности?! – удивился Руденко. – Зачем же вы мне в таком случае нужны? И вы и ваши санкции? – тут он явно смутился, приложил руку к груди и сказал: – Не вы, конечно, лично, а ваш краснознаменный «Теплоинжиниринг».

Мне стало обидно за родной «Теплоинжиниринг». Никакой он не краснознаменный.

– Сами знаете, в процессе строительства бывает всякое. Могут и субчики подвести. А санкции в этом случае нужны, чтобы на их сумму произвести необходимые дополнительные работы для достижения требуемой мощности, – как на экзамене отрапортовала я.

– И какова же вероятность того, что вы этой мощности с первого раза не достигните? – в голосе Сергея Сергеевича Руденко сквозила обидная ирония.

– Вероятность этого события стремится к нулю, – строго сказала я и сделала честные глаза. – Тем не менее, мы берем на себя еще и штрафные санкции, чтобы заказчику, то есть вам, было спокойней. Хотите, можем вычеркнуть? – Тут я безразлично пожала плечами. Мол, баба с возу – кобыле легче. Конечно, это мое предложение было совершенно нелогичным, но уж больно я разозлилась. А чего он?

– Зачем же вычеркивать? – Руденко хитро ухмыльнулся, поставил свою подпись под контрактом и вернул мне бумаги. – Однако я все-таки надеюсь, что ничего такого экстраординарного не случится, и мы как-нибудь без штрафных санкций обойдемся.

– Я прослежу. Лично. Раз моё начальство меня направило к вам на подписание договора, значит, я буду сопровождать ваш объект от начала и до конца, – я решила всё-таки намекнуть ему, что не какая-нибудь безголовая секретарша или курьер, приехавший за его бесценной подписью, а ведущий ответственный специалист.

– Надеюсь, наш объект у вас не первый? – определенно этот трефовый туз задался целью поставить пешку-шестёрку в моем лице на её законное место. Спасибо, конечно, что хоть не съел!

– Правильно надеетесь. Не первый, – я достала из папки референц-лист родного «Теплоинжиниринга», – вот, – пометила галочкой все свои достижения. – Так получилось, что я некоторым образом выполняю еще и функции главного инженера. Вот эти объекты строились под моим непосредственным руководством. И все они достигли заявленной мощности. Безо всяких штрафных санкций.

Честно говоря, тут я малость приврала для солидности. Процентов на пятьдесят. И правильно сделала, потому что сразу увидела, как в красивых умных глазах Сергея Сергеевича Руденко промелькнуло удивление.

– Это меня вполне устраивает. А вы, оказывается, молодец! – уважительно сказал он. – Значит, будете приезжать к нам часто?

– По мере необходимости. Но, честно скажу, мне у вас очень понравилось, – стараясь не смотреть ему в глаза, я стала запихивать в папку контракт и референц-лист. Компромат со своими галочками я решила ему не оставлять. А ну как решит проверить и позвонит кому-нибудь. Гадецкому, например. Позора потом не оберешься. – У вас великолепный пансионат. Не хуже, чем в Турции.

– Так Фаина вас в пансионате поселила? Вот умница.

– Ну, да. Фаина замечательный человек. Устроила мне незапланированный отпуск. Мой шеф, как увидит загар, наверняка, меня куда-нибудь в Сургут или Уренгой сразу зашлет.

– Зачем же вас в Уренгой? Экий ваш Гадецкий сатрап. Вот я бы вас никуда засылать не стал, сам бы любовался. У вас какие планы на вечер?

– «Бабник. Вот оно что!» – мелькнуло у меня в голове. Действительно, не может же быть, чтобы мужик такой породистый, да к тому же большой начальник и совсем без недостатков? Или бабник или запойный – свидетельствовал мой жизненный опыт, приобретенный в командировках по родной стране и за её пределами. Уж если начальники, похожие на колбасно-сарделечные изделия, через одного позволяют себе кобеляж, то, что говорить про такого красавчика. Романы с бабниками в мои планы никак не входили, и я уже пожалела, что мне и моему белому костюму очень идёт черноморский загар.