Только мой… - Ольга Ивановна Маслюкова

Мать и дочь допили кофе, собрались и поехали на дачу. В доме было тихо. Включив свет в погребе, они подняли крышку и посмотрели вниз. Антон застонал и посмотрел на них.

— Вставай, — скомандовала Полина.

— Не могу, — жалобно заныл он.

Полина спустилась по лестнице вниз, развязала парню ноги и помогла подняться. Тот кое-как, со связанными руками стал взбираться по ступенькам. Полина поднялась за ним. Татьяна с пистолетом в руках, направленным на пленника, стояла возле двери.

— Дайте воды, — попросил Антон.

— У тебя же была вода в бутылке.

— Как я мог ее пить со связанными руками и ногами?

— А ты бы изловчился. Слабо? Если бы сильно хотел, нашел бы способ.

Татьяна поднесла кружку воды ко рту парня, и тот жадно ее выпил.

— Садись на стул, — приказала Полина.

Когда Антон сел, Татьяна отошла от двери и стала позади, продолжая держать пистолет, направленный ему в затылок. Полина опять связала веревкой его ноги.

— У меня занемели руки, и я хочу в туалет, — угрюмо сказал пленник.

Татьяна с Полиной переглянулись. Они слабо представляли, как это сделать, чтобы Антон не натворил глупостей.

В конце концов, Полина развязала ему только руки, Антон запрыгал к ведру, помочился и таким же образом вернулся к стулу. Сел, откинулся на спинку, стал разминать затекшие суставы, потрогал раненую ногу, где запеклась кровь.

— Сейчас ты позвонишь Максу и Косте. Будешь говорить все, что я скажу. На десять часов пригласишь сюда Макса, а на двенадцать — Костю.

— А со мной вы что сделаете?

Полина и Татьяна молчали. Полина взяла веревку и снова связала Антону руки, только уже впереди корпуса. На всякий случай обмотала туловище веревкой, притянув к спинке стула.

— Ты сейчас пригласишь своих дружков, скажешь, что здесь ваши подружки и можно повеселиться. Сам придумаешь, как это преподнести, чтобы все сработало. Учти, от этого зависит твоя жизнь. Если что-то сделаешь не так, нам терять нечего. Мы убьем тебя и здесь же похороним. А там как карта ляжет. Найдут — посадят, не найдут — будем жить. А ты будешь считаться пропавшим без вести.

— Между прочим, меня уже должны искать.

— Тем более, поторопись.

Полина вспомнила, что Антону звонила какая-то Лада, но решила ничего об этом не говорить, зная, что девица еще долго не позвонит, не будет его искать. Она набрала в телефоне Антона номер Макса и включила громкую связь.

— Привет, Макс.

— Куда пропал? На звонки не отвечаешь. Ты где? — орал в трубку Макс.

— Да загулял маленько. Приезжай, есть телки классные, не пожалеешь. Давай, к десяти подруливай.

— Предупреждать нужно заранее, — укорил дружка Макс. — Ты приедешь за мной?

— Не могу, выпил уже. Остановят — прав лишусь.

— Что, с утра опохмеляешься? Ну, ты, брат, даешь! Видно, и в самом деле хорошо тебе. Ладно, сегодня выходной, говори, куда ехать.

Антон назвал адрес дачи.

— Куда? — удивился Макс. — Ты чего туда забрался? Поближе не нашел места? Я что, такси должен брать?

— Я оплачу. Вызывай машину, не пожалеешь.

Полина отключила телефон, набрала номер Кости и снова подала трубку Антону, который точно таким же образом пригласил второго дружка, только на два часа позже.

Полина и Татьяна приказали Антону самому спуститься в погреб, проверили прочность веревок на руках и ногах и закрыли крышку. С волнением ждали появления «гостя», через каждые десять минут поглядывали в окно и на часы. И вот, наконец, услышали, как на улице напротив дома остановилась машина.

— Мама, такси!

Полина тут же побежала на улицу, где стала изображать подвыпившую девицу. Она медленно, виляя бедрами, подошла к машине.

— О, Макс, привет! — улыбалась она.

— Ты? — вновь прибывший даже открыл рот от удивления.

— А что, тебе Антоша не сказал, что мы давно здесь кувыркаемся? — развязно говорила Полина.

— Нет. Вот хитрец… А где он?

— Да там, с моей подружкой. Сказал, чтобы я за такси рассчиталась.

— Эй вы, потом кувыркаться будете, а мне ехать нужно. Так что платите быстрей! — перебил их водитель такси.

— Да, рассчитайся, он обещал.

Полина подошла к водителю, склонилась к открытому окошку в такой вызывающей позе, что Макс причмокнул губами и расплылся в улыбке, предвкушая удовольствие. Она подала деньги и игриво попрощалась с водителем. Машина развернулась и, оставив позади себя столб пыли, скрылась из виду.

— Пошли, Макс, там весело!

— Ты ничего, впечатляешь… А тогда притворялась такой цацей, недотрогой… — он ухмыльнулся и хлопнул ее рукой по ягодицам.

Полина еле сдержалась, чтобы не влепить пощечину наглецу.

Макс был все еще удивлен, шел за Полиной медленно, оглядываясь по сторонам.

— Сам понимаешь, — пыталась как-то отвлечь Макса девушка, — я же не должна была сразу открыть все карты. Но вы нехорошо со мной поступили, согласись. Ты хоть помнишь это?

— Нет, ничего не помню. Все как в тумане.

— Ну и ладно, — махнула она рукой.

Полина вошла в дом первой. Едва Макс переступил порог, как почувствовал, что в его затылок уткнулось что-то твердое, металлическое. Он попытался дернуться, отклониться в сторону, но услышал:

— Тихо, иначе твои мозги разлетятся по комнате. Не оборачивайся, медленно иди вперед и садись на стул.

Макс не ожидал ничего подобного, ноги у него подкосились, и он со всего маху шлепнулся на стул. Парень с удивлением таращился на Полину, которая быстрыми движениями привязывала его к стулу, не дожидаясь, пока тот опомнится. Он все еще не испытывал страха, считал, что это какая-то игра, поэтому не сопротивлялся.

— Что это? Ты садистка? — спросил он, когда Полина затянула последний крепкий узел у него за спиной.

— Да, — спокойно ответила Полина.

— Вот это да! Молодцы! Надо же, что придумали! Так где Антон?

— Сейчас придет. Сюрприз тебе готовит.

— А что это у меня за спиной? Пистолет? Уберите, это как-то не возбуждает.

— Сейчас возбудишься, — ответила Полина. — Игра такая, понимаешь?

— Понимаю, — хихикнул Макс и постарался расслабиться, — давно такого не ощущал.

— Это только начало.

Полина взяла нож со стола и подошла к нему.

— Ну это уже слишком, мне не нравятся твои штучки, — увидев нож, скривился Макс.

— Мне тоже не нравилось тогда, помнишь? Очень не нравилось.

Макс насторожился, на его лице уже не было улыбки. Он понял, что это не эротическая игра, что он попал в неприятную историю. Полина провела ножом по его