От винта, господин дракон! - Добрынина Владимировна Елена

Сначала он моргнул от удивления, затем нахмурился.

— Хоуп?

Картина номер два — то, что я успела заметить в проеме двери за его немаленькими, надо сказать, плечами. В глубине комнаты творилось хрущ знает что — несколько полуодетых девиц в полупрозрачных нарядах замерли, держа друг друга за талии будто прелестные купальщицы или мифические водные девы, водящие хоровод. Еще несколько их товарок разминали затекшие руки, ноги, спины и весело хихикали. А ближе к двери стоял мольберт. И на большом белом листе грифелями накидан был набросок… Я даже на цыпочки привстала, желая рассмотреть получше

Но тут ящер коварно захлопнул дверь, подпер ее для пущего эффекта плечом и уставился на меня, сложив руки на груди.

— Ты какого тут делаешь?

— Подрабатываю, — выдала тут же.

Ситуация складывалась очень странная. Дракон без положенной ему официального «доспеха» выглядел… уж слишком не по-драконьи. Мысли, без всякого спроса лезущие в голову, были весьма далеки от «держаться подальше», а взгляд, зараза, так и норовил притормозить на возмутительно расстегнутых пуговицах — трех — точнее на том, что открывалось взгляду благодаря им. Не знаю, уж почему. Может, я рассчитывала увидеть там чешую? Ничего подобного, там разумеется, не было… А был… хм… полный порядок: кожа гладкая, чуть не лоснящаяся… да и не бледная вовсе..

— Да неужели? И кем же?

— Эээ… да… по специальности, — отвлеклась я от недостойных мыслей и подняла глаза чуть выше, встретившись взглядом с ехидными светло-голубыми змеиными глазищами, пополам рассеченными вертикальной линией зрачка.

— Что-то не припомню я у нас таких специальностей, — вскинул бровь ящер — и я едва по лбу себя не хлопнула..

— Да нет, не в том смысле, — с жаром принялась я оправдываться. — Я так, по мелочам… туда-сюда… светильник там зарядить, свечу..

— Подержать? — с усмешкой подсказал Экхарт.

— …поменять в мобиле… Да что вы меня сбиваете! — рассердилась я. — Сами-то хороши, устроили тут не знамо что (" бордель в борделе» — услужливо подсказал внутренний голос)… Курите вон еще, ужас просто, — ткнула я пальцем в целехонькую сигару. — Вы чему вообще студентов учите?

— Не лезть не в свое дело, например, — ледяные буравчики чуть не проделали в моей голове две симметричные дыры.

— Экха-а-арт! Мы готовы! — раздалось с той стороны двери.

— Да сейчас придет, — ответил нетерпеливой кокотке другой голос. — За огоньком вышел, отдыхай пока.

Дракон снова посмотрел на меня, ухмыльнулся и выразительно покрутил сигару в пальцах. Ну да, далеко идти ему не пришлось — огонек его прямо у двери и поджидал.

Я вздохнула, осуждающе покачала головой, но сложила пальцы в привычном жесте — щепотью — и призвала самую маленькую толику магии. В пальцах заплясал было — и быстро вытянулся причудливым святящимся перышком — язычок пламени.

Экхарт слегка наклонился ко мне, ожидая, пока на кончике сигары займется тлеющее пламя, и пока я послушно стояла соляным столбиком, боясь шевельнуться, чтобы ненароком не поджечь ему чего-нибудь не то, совершенно бесцеремонно меня разглядывал. Взгляд его ощущался как прикосновение теплого — можно сказать, жаркого, по сравнению с общим от него впечатлением — луча к коже. Я, даже отведя глаза в сторону, могла чувствовать, как он скользит им по моей скуле, вниз, по линии нижней челюсти и подбородка, к губам — и снова вверх..

— Каждый развлекает себя как может, Ли, — произнес он слегка отрешенно и вроде как не совсем мне. Но я вздрогнула — и от непривычной серьезности тона и от этого обращения. «Ли» — так меня называла только мама и я сама иногда, мысленно. Табачный дымок, подхваченный легкими потоками воздуха закружился и повис над нами в виде парящего в небе ящера. — Тебя вывести?

— Не нужно. Я тут не одна — с приятелем, — сообщила я Алирийскому.

Тот иронично вскинул бровь, но комментировать мое высказывание не стал.

— Тогда бывай, — вернулся он к прежнему непринужденному тону и исчез за дверью своего номера.

Оттуда тут же послышались одобрительные возгласы, хихиканье, громкие хлопки мужских ладоней и «Все, дамы, по местам. Желательно по своим», — сказанное низким хрипловатым голосом.

Я тряхнула волосами, желая выкинуть из головы мысли обо всех драконах вообще и блудливых в частности и поспешила вниз.

Сойер уже был там и ждал меня, в нетерпении постукивая пяткой по полу.

— Джулс, наконец-то! Ты как, закончила?

— Все отлично, выдохлась правда, зато еще немного подзаработала, — похвасталась я. И ни слова о всяких хвостатых, вот ни единого.

Остаток вечера был прекрасен — мой карман заметно потяжелел, вечер выдался просто изумительный да и компания радовала. С Сойером было спокойно, легко и понятно. Можно было просто идти, радуясь отличной погоде, будто случайно касаться своей рукой руки другого, нести все, что в голову придет, не боясь казаться идиоткой. И никто не сверлил меня змеиными глазюками, будто прикидывая, откуда лучше начинать меня жрать, никто не давил драконьим авторитетом, не смущал гордой статью и расстегнутыми, где не надо, рубашками. Красота ж!

Пару дней я провела как у Создателей за пазухой. Единственным, что не давало совсем расслабиться и жить в свое удовольствие было собственное нетерпение. Мне хотелось поскорее продемонстрировать Гвен, Сою и всем членам летного клуба модель нашего с Джеем детища. Точнее, детище-то брата в основном, я только так, на подхвате… А ждала я, понятное дело, когда в летном клубе состоится первый в этом сезоне полет. Сразу после этого знаменательного события я и должна была показать всем плоды нашего с Соем труда.

Чтобы себя унять, я снова принялась писать письма братцу. «Джулс, хорош дергаться, — был мне ответ, — лучше займись чем-нибудь полезным». Иногда Джейсон был до ужаса зануден.

Так или иначе, в день открытия сезона я явилась в «Попутный ветер» одной из первых. В комбинезоне, как и положено. Само-то я, конечно, летать не собиралась, ни с моей фобией этим заниматься, но Гвен просила помочь дотащить крылья до рамки перехода: перекидывать в горы летунов оттуда ректор должен был самолично — только драконы с пространственной магией таких масштабов могут дело иметь. Но до рамки еще добраться надо, а по распорядку положено было крыльев иметь больше, чем летающих — мало ли, сломается там чего… так