Не держи меня - Марика Крамор

— Я жду хоть крупинки твоего уважения и честности! Но ты и сейчас не собираешься признаваться, что все это время ты просто изменял мне! Тогда женись на ней! Я-то тебе зачем?!

— Я твоему отцу рассказал обо всем, когда узнал! Сразу!

— Перестраховался? Молодец. Только ты не в ту сторону речь толкнул. Мне нужно было рассказать! Мне! Если ты со мной жить собирался, а не с ней, меня нужно было в известность ставить! Я бы поняла! Мы бы смогли прийти к какой-то договоренности! А ты все сделал по-свински! И доверять тебе я больше не могу!

— Гелена! Я готов признать вину! Готов ее загладить! Только подскажи как. Я немного разберусь в сложившейся ситуации, и мы вместе придем к какому-то соглашению! Ребёнок есть, и я не могу от него отказаться! Не могу, понимаешь?! И я не буду выбирать между ним и тобой! Потому что я… — он сглатывает громко и дальнейшее признание жениха слышится едва различимым шелестом ветра, — я тебя люблю.

Надежда ярко пылает на его лице. Во взгляде плещется неозвученная вина. Руки Аяза безвольно свисают вдоль туловища. Почему-то от него веет безнадежностью.

— Мог бы быть и поубедительнее. А ей ты тоже в любви признавался так невыразительно и вынужденно? Или мне одной очень везет?

У меня такое чувство, что все мои планы и мечты оказались украдены. Этой самой женщиной. Диларой.

И имя же ещё, как назло, такое красивое…

— Аяз. Оставь меня, пожалуйста. Иди, — прошу я жениха. И, судя по всему, уже бывшего.

Устало опускаюсь на диван, тянусь к пульту. Не собираюсь включать телевизор, но руки хочется чем-то занять.

На душе горько. Аяз даже не собирается мне ничего объяснять. Видимо, я не достойна услышать правду. А в том, что её еще не озвучили, я абсолютно уверена.

— Мы хотели чай пить. Пойдём, — умоляюще смотрит он на меня снизу-вверх: присел передо мной на колени. Задрав голову, ждёт моего ответа. Тянется к ладони, но я тут же отнимаю руку, как ошпаренная, и тогда Аяз хватается за мои бедра.

— Гелена, просто я не предполагал, что ты будешь настолько разочарована. Ну прости.

— Ты спрашивал, как загладить свою вину? — не глядя на него, интересуюсь я.

— Именно.

— Уходи. Я рассчитывала услышать правду. Но ты мною не дорожишь совсем, чтобы ее открыть.

Выгнать Аяза мне не удается. Не меряться ведь с ним силой. Он остается. Всячески пытается смягчить разлад, но у него это выходит из рук вон плохо. Я надолго закроюсь то в ванной, то в гардеробной.

Разговор не поддерживаю принципиально. Просто молчу в ответ на любые попытки Аяза заговорить со мной. Уходить из дома мне уже нет смысла: поздно, завтра рано вставать.

Поэтому я, стараясь не обращать внимания на очевидное раздражение и беспомощность мужчины, начинаю собираться на утро.

— Пойдем. Закроешь за мной, — объявляет он неожиданно. И поверженно.

— С радостью. Кстати, за весь вечер ты не получил ни одного смс, ни единого звонка. Звук отключил?

— Да, чтобы нас никто не беспокоил.

— Даже сейчас ты не понимаешь, как отвратительно это звучит?

— Да почему отвратительно?! Я хотел побыть с тобой.

— Успокоить, внушить «нужные» мысли, — иронизирую я. — Сочувствую, что не получилось.

— Ты сейчас очень перегибаешь палку, Гелена.

— Аналогично. Ты ее перегнул еще два года назад. Пойдем, я провожу.

К отцу у меня тоже остается много вопросов… И я их задам обязательно.

Глава 13

— Зачем тебе? — строго интересуется Акрам. Его голос доносится из динамика немного приглушенно.

Мне не хочется лишний раз напрягать братишку и настаивать на своем, но больше обратиться за помощью не к кому. У Акрама очень серьезные проблемы в семье, здоровье его любимой женщины и еще не родившейся дочери в большой опасности, хоть и кажется, что все идёт по плану. Зорине категорически запрещено рожать. Но беременность уже наступила, и о смертельной напасти они с Акрамом узнали совсем недавно. Я как могу приободряю их обоих, вселяю надежду, что все будет хорошо, да и сама стараюсь в это верить и настраиваться на лучшее, вот только… возможностей для этого у меня остается всё меньше.

— Мне очень нужно, у тебя ведь есть связи, пожалуйста… — всхлипываю я в трубку.

— Очень срочно?

— Очень, — киваю я, хоть брат и не видит.

— У тебя точно нет проблем?

— Точно. Мне бы узнать, кому принадлежит сим-карта…

— Ладно, скидывай.

— Спасибо, братишка!

— Как что-то выясню — звякну.

Отправляю брату неизвестный номер, с которого несколько дней назад я получила обличительное смс. Обратный звонок мне ничего не дал, абонент выключен или вне зоны действия сети. Сама я не в курсе, как можно разведать, кому принадлежит номер, и понять, кто вовремя подсуетился, прислав мне информацию. Поэтому я решила обратиться к Акраму.

И не прогадала: уже спустя два часа я получаю сообщение, что номер «свежий», лишь на днях зарегистрированный на некую Гильманову Анну Артуровну.

Ничего большего в итоге не открылось. Я попробовала еще раз позвонить, но нет. Неудачно.

Точно знаю, чего ожидаю от разговора. Спросить зачем. И почему сейчас. Ах да, еще пожелать удачи с Аязом, потому что я не особо-то и претендую, пусть без меня разбираются.

— Гелена Ильдаровна, — раздается бодрый голос сразу после уверенного стука, — можно?

Я оборачиваюсь в недоумении. Быстренько чиркаю недовольным взором по циферблату, фиксируя время.

— Я тут… сзади… лопатка немного… я, в общем, плечо потянул, что ли, — заявляет сбивчиво господин «это мое место», вдруг напуская на себя жалостливый вид. Смотрится это, конечно, забавно: здоровенный чернявый детина, руки, как кувалды, мощные плечи, чувственные губы в легкой усмешке и хитринка в бездонном взгляде.

— А массажиста наверняка уже нет на месте? — предполагаю я, вздыхая. Вот что он ко мне прицепился?! Вечерок скоротать не с кем? Глядя на этого Аполлона, сложно поверить в сие возмутительное предположение.

— Вы правы, — скорбно соглашается Роберт, уже успевший занять собою весь дверной проем.

— В это время специалист еще у себя, пойдемте вместе заглянем, — решительно заявляю я, шагая ближе к посетителю.

— А-а… Его там нет, — поспешно заявляет «посетитель», выглядя при этом очень убедительно. — Я только что оттуда. Мне сказали,