Не держи меня - Марика Крамор

Чертыхаясь про себя, подхожу к рабочему стационарному телефону. Звоню на ресепшн для уточнений. Да, действительно. Николай сегодня отпросился на полтора часа раньше.

— Убедились, Гелена Ильдаровна? — темные брови насмешливо сдвигаются над переносицей.

— Рассказывайте, — отвечаю я, больше не желая вступать с ним в дискуссию.

— Не посмотрите, а?

— Да с удовольствием, — цежу я сквозь зубы. — Ложитесь на кушетку животом, сделаю, что смогу.

Мужчина играючи занимает предложенное место. Даже не поморщился. Ну что ж. Сам напросился.

— Снимайте майку, — подтруниваю я и начинаю медленно поглаживать широкую спину, плавно разогревая мышцы. Пальцы у меня сильные, массаж я делаю вполне себе сносно. Аязу, во всяком случае, нравилось.

— У вас потрясающие руки, Гелена Ильдаровна, — тает от моих прикосновений Роберт.

— Я в курсе, — насмешливо отзываюсь и начинаю прощупывать мышцы. Ощутимо прощупывать!

— О-й, так… — он прочищает горло: в этот момент ему неприятно, — тоже ничего.

— Вы уверены? — сладкой патокой осведомляюсь я.

— Да… аа-а, — вырывается у Роберта, а я крепче смыкаю губы, чтобы не расхохотаться.

— Это хорошо, значит, так вам тоже понравится, — глотая смех, я продолжаю работать с «клиентом», заставляя его прочувствовать в полной мере неприятные ощущения. — И так тоже нравится? — усердствую я, намеренно жестко проминая мышцы.

— Вообще кайф, — сдавленно шепчет Роберт, но экзекуцию терпит.

— Хотите, поскорее закончим? — наивно уточняю я. Честное слово, смотрел бы мужчина на меня, я еще бы и ресничками хлопнула для пущей убедительности.

— Не-не, не надо, все в порядке, — гордо заявляет Роберт, сцепив челюсти.

— Оу, ну как скажете.

Наверное, он планировал поговорить, но в его положении это сложно: ему приходится стойко выдерживать «мягкие и нежные» касания.

Какой крепкий орешек, смотри-ка, даже не пискнет. Я усердствую еще немного. Надо же! Удивил. Все вытерпел!

Ладно, нельзя так сильно и долго издеваться над человеком.

— Ну как? Теперь полегче? — я отхожу в сторону и тянусь за черной спортивной борцовкой Роберта. Подаю, зажимая между пальцев. На самом деле ему должно стать значительно легче.

Мужчина тихо прочищает горло и… глубокий чернющий взгляд опасно сковывает мои движения. Я не могу пошевелиться.

РОБЕРТ

Девчонка неповинно разглядывает меня.

Очевидно, в устремленном на нее взгляде она все же успевает рассмотреть что-то, потому как настороженно делает шаг назад.

В ее глазах превосходство, а я не понимаю, какого хрена так цепляет. Я рассчитывал на абсолютно другой эффект. А тут… она изо всех сил старается от меня избавиться. Удивительные новости. Вообще-то это я собирался ее шокировать нестандартным подходом.

Девчонка меня уела. Смелая какая.

Тут надо бы поразмыслить. Очень хочется ее украсть после работы и подстроить все так, чтобы она была вынуждена провести со мной вечер.

Но уже в который раз с ней ничего не срабатывает. Интересная девочка. Но ничего. Я и не с такими задачками справлялся.

У нее звонит личный телефон. Она тянется к металлическому корпусу, нетерпеливо на меня поглядывая. Ждет, что я поскорее свалю отсюда. Хм! Как бы не так, девочка!

— Ты можешь ответить, я не побегу жаловаться.

Девчонка смеряет меня презрительным взором и торопливо принимает вызов.

— Что?! Объясни коротко, — вдруг выдает она командным голосом. — Все будет хорошо! Соберись! — дает наставления Гелена. — Все были готовы!

Она слушает ответ собеседника и горячо возражает:

— Шансы всегда есть. Успокойся. Выдохни. Я бы сорвалась к тебе, но не могу с работы отлучиться. Прости, пожалуйста… С ней врачи, — взволнованно продолжает объяснять она, а я тщательно прислушиваюсь к разговору: вижу, у девчонки дрожат пальцы. Она переживает, и очень. Новость выбила ее из колеи. Я бы сказал, нанесла удар. — Они сделают все возможное. Поверь, в истории медицины есть случаи и похуже. У нас все прекрасно. Врач сам дал отмашку, что пора. Да, было бы лучше, если бы все осталось под абсолютным контролем, но иногда что-то может пойти не так. Это не значит, что все пропало. Это значит, что нам всем придется пройти через дополнительные сложности. Но все получится. Поверь, братишка.

О как. Брата успокаивает. А сама на нервах. Молодец. Крепка. Лицо держать умеет. Это похвально, мне такое нравится.

Дальше девушка сбивчиво отвечает, что «малышку» поместят в специальный бокс — уход, присмотр и все такое. Кажется, у ее брата родилась дочь и у нее проблемы со здоровьем. Или слишком маленькая. Гелена обещает брату, что девочку выходят, успокаивает как может, а у самой глаза на мокром месте.

— Я приеду после работы, — обещает ему. — Давай сориентируемся по факту. Держи меня в курсе. Как только получишь какую-то информацию — сразу звони мне, договорились?

После разговора девушка долго смотрит в крохотное оконце. Я оказываюсь рядом, но молчу. Вижу, она переваривает информацию, размышляет.

— Я был бы рад оказаться на месте этого телефона, — пытаюсь пошутить и слегка разрядить обстановку. Но выходит как-то криво.

— Простите, я задумалась. Чем-то еще могу помочь?

— Гелена, я случайно стал свидетелем разговора. Может быть, вам с братом помощь нужна? Я от чистого сердца. Ты только скажи.

Сам не понял, как перешел на ты.

— А? — выныривает она из своих мыслей. — Нет, Роберт. Мы справимся. У меня племянница вот-вот родится. Там просто… небольшие осложнения.

— Я понял. Если что, ты можешь мне позвонить. Чем смогу помогу.

— Я поняла спасибо.

В зале я вымотался по полной, ожидая, когда же у Гелены наступит конец рабочего дня. Она заканчивает довольно поздно. И мне это неприятно. Сейчас светло, лето почти. А зимой? Холодно, темно. А она так поздно домой добирается. Не дело.

Бегу к ней в кабинет, но там заперто. Ох ты ж! Неужто просмотрел?! Черт.

Девушку я нахожу уже на улице. Она открыла капот и что-то там внимательно разглядывает.

— Новые проблемы? — осведомляюсь я, вальяжно опираясь о дерево плечом. Да-да, тем самым, которое якобы болело.

— Все нормально. Извините, Роберт, я очень спешу.

— Что мешает поехать?

— Да с машиной что-то. Ааай... я в этом не разбираюсь, — машет она рукой. На ней лица нет. Даже у меня на душе становится как-то печально.

И одновременно радостное воодушевление охватывает.

— Так, — ловлю ее за руку. — Ты уже показала, что очень стойкая и упрямая девушка.