Последний выстрел - Эмма Пиньятьелло

Расскажи ему. Расскажи ему о Макс.

– Ты что-то недоговариваешь, Хоук? – Физиономия Джованни восстановила привычное исходное выражение ярости и гнева.

Расскажи ему.

И тут у Грея зажужжал телефон. Кто-то пытался выбраться из коттеджа или проникнуть в него.

– Нет, синьор, ничего.

6

Макс

Выходов было всего девять.

Семь окон с пуленепробиваемым стеклом, такие же, как в спальне Луки. Кухонным табуретом его не разобьешь. И две двери – та, которую захлопнул перед ее носом Великан, и другая в задней части дома, ведущая к небольшому бассейну в форме лагуны.

Все девять выходов заблокированы электроникой.

Шесть часов назад она вышла из тюрьмы и вот теперь вернулась к тому, с чего начала.

Макс перерыла все шкафы в поисках оружия или чего-то такого, что помогло бы вырваться из этой со вкусом обставленной и оборудованной кондиционером камеры. Сделать это все в одиночку ее тюремщик, конечно же, не мог. Здесь явно ощущалось женское присутствие, но, как ни странно, в шкафчиках ванной комнаты не было ни косметики, ни тампонов. В одном из них она нашла фиолетовый баллончик с лаком для волос, который сунула под мышку вместе с лаймово-зеленой зажигалкой, обнаруженной в нижнем ящике кухонного стола. Табаком от него не пахло.

Кухонные ножи были бесполезны – их давно не точили, – но все же лучше, чем ничего. И уж точно они выглядели более устрашающими, чем ее ножик из магазинчика на автозаправке.

Собранное оружие Макс разложила на мраморной в крапинку столешнице, рядом с «Ролексом», который Лука навязал Грею накануне вечером и который все еще лежал в черной коробочке. Представить эти часы на запястье жестокого дикаря, который угрожал ей револьвером и гнался за ней по шпалере, а потом швырнул на куст франжипани, она не могла. За последние шесть месяцев это был ее первый контакт с человеческим существом. Если, конечно, не считать той голой женщины, которая ткнула ее головой в раковину на третью ночь в «Семпердоме».

Представляя себе охрану Барбарани, Макс рисовала в воображении картонных диснеевских злодеев, обвешанных ножами и в масках ниндзя. Кто бы мог подумать, что охранник будет таким…

Молодым?

Огромным?

В джинсах?

Кстати, о джинсах. Нужно найти какую-то одежду.

Ни одной забрызганной кровью комнаты с орудиями пыток и частично расчлененными трупами она не нашла. Что вовсе не означало отсутствие таковой; вполне возможно, что вход в нее скрывался в темном подземелье с тусклой лампой и списком «Их надо убить» над дверью.

Ничего подобного тоже не обнаружилось.

Зато нашлась спальня. С обычной двуспальной кроватью и аккуратно сложенным конвертом темно-синим одеялом. Уделять внимание чему-либо в этой комнате она не стала – это означало бы признание наличия в нем человекоподобных черт, а доставлять ему такое удовольствие, пусть даже в его отсутствие, она не желала. Но ей нужно было чем-то прикрыться.

Белые ящики были заполнены одеждой, рассортированной, как лекарства из списка особо опасных в применении. В этом месте краски и радость чахли и умирали. Рубашки лежали, как нарезанный хлеб. В шкафу висели черный смокинг и зимняя парка, внизу стояли кроссовки «Он Клауд».

Макс взяла одну из футболок, которая была ей почти как платье, а на нем, наверно, смотрелась как топик. Ни кровью, ни отбеливателем от нее не пахло. Возможно, свои санкционированные миллиардерами преступления он совершал в одних трусах, которые она видела в нижнем ящике.

Вернувшись на кухню, Макс встала на скамейку у островка и, упираясь одной рукой в потолок, другой провела по плафонам, нащупывая скрытую камеру. Было бы наивно полагать, что мистер Я-Не-Позволяю-Таким-Как-Ты-Приближаться-К-Таким-Как-Барбарани не установил здесь камеры и микрофоны.

В коттедже было прохладно, хотя и не так холодно, как на улице, но пот под мышками и на затылке уже высыхал.

Крошечный голубой глазок камеры подмигнул ей из ободка лампы посередине. Она показала средний палец и спрыгнула со скамейки.

Надо уходить.

Куда, Макс? – спросило хмурое отражение в микроволновке. – Куда, черт возьми, тебе идти?

Ей нужно попасть к Джованни. Закрыв глаза, она увидела только лицо винного магната. Прямо перед тем, как оно взорвалось и мозговое вещество разлетелось по белым стенам ее сознания. Но теперь ее грандиозный план предупредить его о нападении тонул в волнах еще до того, как она придумала, как управлять кораблем.

Представляя, как она бросится на спрятавшегося под маской Кейна Скиннера в тот момент, когда он приставит пистолет к голове Джованни, Макс и подумать не могла, что в решающее мгновение фиксер Барбарани скрутит ее и заведет руки за спину.

Надоедливое тиканье «Ролекса» напоминало, что времени у нее все меньше.

Туалет. Она не проверила…

В замке передней двери скрипнул ключ. Макс выхватила баллончик с лаком для волос и приготовилась щелкнуть зажигалкой, когда дверь открылась и…

Но человек, переступивший порог, не был Греем. Высокий – да, но смуглолицый и со шрамом, при виде которого ей стало не по себе. Водитель.

Сжав покрепче свое импровизированное оружие, Макс опустила руки за скамью.

– Кто ты? – с вызовом спросила она. Великан не стал бы запирать ее здесь, если бы в дом можно было так легко попасть через заднюю дверь.

У незваного гостя отвисла челюсть. Он не знал, гнать ли ее, как крысу, или извиниться за то, что ворвался без предупреждения. Он явно не узнал ее. Но сработает ли это в ее пользу?

– Я – лучший друг Грея. Джетт Рэндалл. – Он произнес это так, будто быть Джеттом Рэндаллом было так же престижно, как быть королем.

– А я – заложница Грея, Макс.

– Заложница? – Парень вытаращил на нее глаза. Несмотря на шрам, он был довольно симпатичный, да и шрам, если преодолеть первоначальный шок, лишь добавлял ему привлекательности. – Я думал, ты его…

– Он что, когда снимает девушку на одну ночь, держит ее под замком в своем коттедже?

Макс могла бы поклясться, что уголки рта Джетта дрогнули. Он смерил ее оценивающим взглядом, и она поняла, что должна как-то объяснить свой растрепанный вид. Интересно, сколько женщин водитель Барбарани привез сюда вчера вечером?

– Ты ведь та самая девушка, которая делала ставку на Луку, – сказал он наконец. – Признаюсь, я разочарован. Давненько Грей… Ну это не мое дело.

– Что у него нет женщины, не такая уж и загадка, – сказала Макс. – Он же просто олух.

Джетт ухмыльнулся. На столе, рядом с тарелкой с фруктами, стояла коробка с протеиновыми батончиками. Он