Безнравственный - Джессика Марседо

Аглая: как стыдно то.

Максимус: Стыдись только того, о чём сожалеешь.

Аглая: Я не жалею об этом.

Максимус: так-то лучше. Где обедаешь, что ешь обычно?

Аглая: свою обычную еду на лестнице. Это дешевле, чем пообедать в ресторане недалеко от Акрополя.

Максимус: Забудь о цене. Ты будешь моей гостьей.

Аглая: можем ли мы перенести этот обед на другой день? В 13 часов я должна сопровождать группу туристов. Если я буду в нижнем городе, я, вероятно, не успею вовремя, и мой босс убьёт меня.

Максимус: Я хотел бы сказать «нет», но какой у меня есть выбор?

Аглая: смогу ли я всё ещё получить свою серьгу сегодня?

Максимус: Я буду в суде весь день.

Аглая: могу я прийти? Только если ты не против.

Максимус: Я не против.

Аглая: Я дам тебе знать, когда смогу выбраться отсюда.

Максимус: Я буду ждать.

Несмотря на то, что мы не собирались вместе обедать, как я надеялся, я буду рад её видеть.

Глава 20

АГЛАЯ

После моего 13-часового визита туристический объект был заброшен, и не было никаких признаков прибытия других людей. Поскольку я была не единственным доступным гидом, мой начальник не жаловался, что я прошусь уйти раньше, хотя я не стала подробно объяснять, куда иду.

Я села на автобус, чтобы добраться до здания суда, где работал Максимус. Я никогда не входила в эту дверь и понятия не имела, что там внутри.

Хотя я была хорошо знакома с историей, зданиями Акрополя и основами действующего права на современном Западе, я мало что знала о настоящем, в котором мы жили. В некотором смысле, я была рада, что мне раньше не приходилось заходить в это здание, потому что это было бы связано с уголовным делом.

На этот раз всё было по-другому, я была тут, чтобы встретиться с Максимусом, судьёй, с которым я встречаюсь. Возможно, это было то, что способствовало моему лёгкому расстройству, в конце концов, мы держали эти отношения в секрете. Мне пришлось представиться одному из охранников и сообщить ему, что я иду к судье Максимусу Кацаросу. К моему удивлению, вопросов не последовало. Он сказал мне, что кабинет судьи находится на пятом этаже, и я могу подняться туда на лифте.

Как только металлические двери открылись, я пошла по коридору, пока не нашла дверь, на которой было написано имя Максимуса.

Я постучала, и, к моему удивлению, мне открыла женщина.

— Здравствуйте — она заставила меня улыбнуться. — Что я могу для вас сделать?

— Ну... я не знаю. Может быть, я не в том месте.

— Аглая?

Низкий голос Максимуса из комнаты заставил моё сердце биться чаще. Женщина сделала шаг в сторону, показав его в длинной черной мантии и с твёрдым взглядом.

— Максимус...

— Ты пришла.

Улыбка, которую он мне подарил, согрела моё сердце.

— Если я буду мешать, мы можем сделать это в другой раз.

— Я только что вернулся с заседания, так что я готов к встрече прямо сейчас.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

Он повернул голову лицом к другой женщине.

— София, сходи пожалуйста купи нам кофе. Я хочу, чтобы он был средней обжарки и не содержал сахара.

— Да, господин судья.

Женщина кивнула и прошла мимо меня, исчезнув в коридоре.

— Я действительно не хочу навязываться...

— Заходи, заходи! — Он прервал меня приказом, от которого моё сердце забилось сильнее.

Я сделала несколько шагов по комнате, и Максимус захлопнул за мной дверь, заперев её.

— А как же София?

— Моя секретарша знает, что не следует спешить с возвращением.

Он обнял меня за талию, обхватил рукой и увлёк в другую комнату, где стояли большой стол из тёмного дерева и книжный шкаф того же цвета с несколькими книгами на нем. Он усадил меня на стол, пододвинул несколько бумаг и перевернул несколько коричневых конвертов. Я опустила крышку его ноутбука и закрыла его.

— Что насчёт моей серьги?

— Позже я верну её тебе.

Его рот захватывает мой с яростным голодом, который сводит меня с ума. Его губы прижимаются к моим с такой силой, что я поверила, что они могут слиться воедино. Его язык ласкал мой, когда он быстро стянул с меня блузку и бросил её на пол в приёмной.

Я не была уверена, хорошо ли заниматься тут любовью, но, поскольку Максимус вовлёк меня в это, он даже не позволил мне подумать об этом. Внезапно его руки легли мне на грудь, и я поняла, что мой бюстгальтер тоже исчез, и я простонала, чувствуя, как мои соски скручивают и сосут мои губы.

Максимус отпустил меня, переместив руки на мою талию, и я откинулась назад, лёжа на столе, над бумагами. Я смотрела в его жаждущие глаза, пока он снимал мои туфли, чтобы наконец опустить джинсы.

Он просто снял судейскую форму и спустил штаны, прежде чем перебросить ремень через край стола. Я всё ещё была в трусиках, но это его не смущало. Мой судья просто отодвинул их в сторону и вонзил в меня свой член.

Я закатила глаза и изо всех сил попыталась остановить пронзительный стон, когда почувствовала, как он глубоко и быстро погружается в меня. Я ожидал обмена поцелуями, может быть, немного большего, но я бы никогда не предсказала, что мы будем заниматься любовью на его столе в зале суда.

Максимус схватил меня за груди, когда я наклонилась над столом, и начал двигаться ещё быстрее, заставляя мебель скрипеть.

— Вот так... Вот так... тише девочка — начал он заикаться.

— Я не могу...

— Не может что?

— Не стонать, — призналась я, и он засмеялся, желая подразнить меня.

Он медленно выскользнул наружу, прежде чем с силой толкнуться вперёд. Мой рот наполнился вкусом крови, и я прикусила губы так сильно, как только могла, чтобы не закричать.

Вот придурок...

Я была почти там, собираясь кончить, когда он внезапно прекратил действие, что вызвало у меня возмущённый стон. Встретившись взглядом с Максимусом, я поняла, что он устремил свой взгляд в одну точку на столе.

— Что ты собираешься делать?

Он улыбнулся, закончил снимать с меня трусики и заставил побежать мурашки по моей коже.

Я видела, как он взял деревянный молоток и поднял его, но я не понимала, что он намеревался делать со своим молотом правосудия, пока не поднёс его к месту соединения моих бёдер.

Это было неожиданно и совершенно безумно, когда он начал слегка долбить мой холмик.