Кандидат в мужья - Лиз Айлэнд

Ответ на этот вопрос он получил, как только Дорин, стуча четырехдюймовыми каблуками, вышла за дверь. Келли потрясла перед ним ключами, похоже, обвиняя в тяжком преступлении.

На ключи он и не посмотрел. Потому что не отрывал глаз от лица Келли. Грусть из глаз исчезла, ее заменила злость, а на щечках горели алые пятна. Внезапно Райли осознал, что после вчерашнего столкновения думал о ней практически постоянно, ни разу она не шла у него из головы больше чем на пять минут.

– И как это нужно понимать? – требовательно спросила она.

– Вы о чем?

– Не прикидывайтесь. Я о «лексусе», оставленном на подъездной дорожке, вот о чем!

Он склонил голову набок:

– Я же извинялся.

– Ничего себе извинение!

Он печально цокнул языком.

– Вы бы предпочли «кадиллак», так?

Келли вытаращилась на него, как на безумца:

– Что? Нет, я только хотела сказать…

– Если на то пошло, я его там не оставлял, – мягко прервал ее Райли. – Я заплатил человеку из салона, чтобы он отогнал ваш автомобиль. – Он указал на стул перед своим столом: – Может, присядете?

Келли топнула ногой:

– Я лучше постою.

– Кофе?

– Нет.

– Массаж?

Розовые губки поджались. Его усилия успокоить ее шли прахом.

– Я не собираюсь здесь задерживаться. Я только хотела… – Она внезапно замолчала, моргнула. – Массаж?

Он указал на телефонный аппарат:

– Наш массажист заведует тренажерным залом для сотрудников на тринадцатом этаже. Если желаете, я ему позвоню.

– Нет. – Она бросила ключи на его стол. – Я только хотела сказать, что это ужасная, безумная затея.

Безумная – это он еще мог понять. Но ужасная?

– Простите меня, но я покорежил ваш старый автомобиль. Почему вы находите ужасным замену его на новый?

Она всплеснула руками, словно он вновь подтвердил свою ужасность.

– Потому что я не могу его принять!

Райли рассмеялся:

– Что ж, если это все, я могу заверить вас…

– Все? – Келли плюхнулась на ранее отвергнутый стул. – Вы хоть представляете себе, каково это – отказываться от такого? От «лексуса»?

Он пожал плечами:

– «Лексус» выполняет те же функции, что и любой другой автомобиль.

Она недоверчиво посмотрела на него:

– Вы этого не понимаете, так?

– Откровенно говоря, нет.

– Вы скажете бездомному, что «люкс» в «Ритце», по существу, ничем не отличается от койки в ночлежке? Что нет разницы между обедом в пятизвездочном ресторане и в «Четверти фунта»? Вы понимаете, что я потеряла пятнадцать минут рабочего дня, сидя в этом работающем на холостых оборотах кондиционированном кожаном коконе, и мечтала о том, чтобы не приезжать сюда и не возвращать вам эти ключи?

– Тогда почему…

– Вы можете представить себе, что ощутили мои дети, когда вышли из дома и увидели этот сверкающий, новый автомобиль на подъездной дорожке? Вы можете представить себе, каково мне теперь отнимать его у них?

– Тогда почему бы…

«Минутку, – Райли тряхнул головой. – Дети?»

С ощущением, будто кто-то врезал ему под дых, он опустился на стул:

– Я не знал, что у вас есть дети.

Она нахмурилась:

– А зачем вам это знать?

Действительно, незачем, но теперь, когда он узнал, встревожился еще больше. О чем он думал, посылая автомобиль Келли Саммерс? Разумеется, она не приняла бы его! Разумеется, заявилась бы сюда, чтобы вернуть ключи! И, разумеется, ему пришлось бы вновь увидеться с ней.

«Может, как раз на это я рассчитывал», – подумал Райли, чуть не утонув в этих карих глазах.

Нет, конечно же, нет. В действительности он лишь пытался искупить свою вину…

– В чем дело? – спросила Келли.

– Ни в чем. – Он отогнал мысли о детях, глазах Келли и подсознательных мотивах. – Если на то пошло, решить эту проблему не так сложно.

Она одарила его скептическим взглядом:

– И что вы предлагаете?

Райли улыбнулся:

– Оставьте его себе.

Лицо ее изменилось, и он уже подумал, что сейчас она вскочит и вновь начнет бушевать.

– Я не могу этого сделать!

– Почему нет? – Райли обвел рукой роскошный кабинет. Стены, отделанные панелями орехового дерева, произведения первобытного американского искусства, две скульптуры Ремингтона.[7]– Заверяю вас: если оставите, от меня не убудет. Я зарабатываю горы денег. Поверьте, стоимость маленького автомобиля для меня ничто. Сущая ерунда.

– Сущая ерунда! – взвилась Келли. – Для вас – возможно!

– Именно об этом я и говорю. – Ему хотелось, чтобы она вняла голосу логики. – Вам нужен автомобиль, у меня достаточно денег, чтобы купить его вам, и я хочу, чтобы вы его приняли. Все просто.

Она откинулась на спинку стула, чувствуя себя опустошенной.

– Мне совершенно ясно, что вам не приходилось поднимать детей.

Райли замер.

– Почему вы так говорите?

– Потому что вы бы знали, что я не смогла бы купить такой автомобиль, даже если бы у меня были на него деньги.

– Не смогли бы?

– Нет! Потому что, будь у меня много денег, я потратила бы их на более необходимое – на уроки музыки для моей дочери, на бейсбольную форму, на рекламу «Копикэт»… и я уж не говорю про выплаты по закладной за дом и такие мелочи, как еда. Вы понимаете?

Райли понимал. Она объясняла ему, что он напрочь оторвался от жизненных реалий.

– Начинаю понимать.

У Келли Саммерс хватало проблем. Разве она уже не говорила ему, что развелась? И теперь выяснилось, что она одна воспитывает двоих детей. Неудивительно, что она воспринимала его как надоедливую муху.

О чем он только думал?

Что ж, Райли знал о чем. О глазах Келли. О видении, которое открылось ему, о вспышке, испугавшей и одновременно заинтриговавшей его. Он ничем не напоминал Джея, который жаждал жениться и завести семью. Райли привык жить один, пусть на это ушли годы, и теперь он не хотел, чтобы в его доме появился кто-то еще. А маяться от одиночества ему не позволяли Натаниэль и Фаярд, которые иной раз просто сводили его с ума. Этой парочки ему вполне хватало.