Кандидат в мужья - Лиз Айлэнд

Вот этого она спустить ему не могла. Отвернулась от прыгающего и умоляющего сына, понизила голос:

– Правда? А я думала, что причина всех наших проблем – твое увлечение азартными играми и распутство.

Он вздохнул:

– Снова ты за свое, опять критикуешь. Неужели это будет длиться вечно?

Келли посмотрела на письмо из магазина. На мгновение подумала, что оно ей привиделось, но нет, вот же оно. С подарочным сертификатом на пятьдесят долларов.

– Хорошо, Рик, значит, ты не…

– Нет, я еще не отправлял тебе деньги на содержание детей, но отправлю. В этот уик-энд мне сильно не повезло, но Стар обещала одолжить мне денег, как только клуб ей заплатит.

Стар? Клуб?

Келли нахмурилась:

– Кто такая Стар?

Последовала пауза.

– Ну… э… женщина, с которой я встречаюсь. Она официантка. И вообще не твое это дело!

Келли обмотала телефонный провод вокруг пальцев. Она ничего не хотела знать ни о какой Стар.

– То есть, как я понимаю, ты ничего не знаешь о сертификате из магазина «Спортивная форма на все случаи жизни», правильно?

Тревор, который все еще подпрыгивал, изловчился и крикнул в трубку:

– Привет, папа!

Рик замялся:

– Спортивная форма? – И внезапно добавил, словно никогда не слышал ни о бейсболе, ни о Малой лиге, в одной из команд которой играл Тревор, ни о форме: – Ты сошла с ума, Келли?

– Возможно…

– Мама, дай мне трубку! – взвизгнул Тревор. – Ты всегда так долго и нудно говоришь по телефону.

Келли смутилась, потом пробормотала в трубку:

– Тревор хочет поговорить с тобой.

Она размотала провод с руки и пошла доедать сандвич. Если не Рик переслал деньги в магазин, то каким образом они могли получить по почте этот подарочный сертификат?

– Ты приедешь на мой день рождения? – спросил Тревор отца.

Мальчик нетерпеливо подождал несколько секунд и вновь заговорил: – Но ты должен, папа! Ты так давно не приезжал, а у нас соберется много народу! И ты должен привезти мне перчатку Кена Гриффи, помнишь?

Нет, поняла Келли, деньги на сертификат дал не Рик. Наверное, она повредилась умом, если подумала; что он мог преподнести им такой приятный сюрприз. Она надеялась, что сертификат оплатил не какой-нибудь анонимный донор (скажем, кто-то из родителей других игроков команды), решив им помочь. Как это было бы унизительно. В конце концов, она не нищенка. И как-нибудь смогла бы наскрести эти пятьдесят долларов.

– Тина, папа на телефоне!

– Пронзительный крик Тревора, возможно, услышали в Неваде и без помощи телефонной компании. – Она упражняется. – В голосе слышалось отвращение. – Все время упражняется. Она ненормальная.

Музыка оборвалась. Тина буквально выплыла из своей комнатки. Брат и сестра какое-то время боролись за трубку, прежде чем Тревор позволил Тине поговорить с отцом.

– Привет, папа. – Тина помолчала, внимательно слушая, что говорит ей отец, потом не выдержала: – Можешь себе представить? Мисс Тибсон будет все лето учить меня музыке бесплатно!

Келли обмерла, а Тина вновь принялась слушать.

– Да, да. Потому что, говорит она, у меня большие успехи. Она говорит, что трое ее лучших учеников в следующем году дадут сольный концерт и я – одна из них.

Когда Тревор и Тина выговорились и трубка легла на рычаг, Келли все еще не пришла в себя и едва успела остановить дочь, когда та попыталась вернуться за синтезатор.

– Тина, мисс Тибсон будет учить тебя бесплатно?

– Да.

Келли вновь схватилась за телефонную трубку.

– Тебе не обязательно звонить ей, мамочка. Естественно, я уже поблагодарила ее от всего семейства Саммерс. – Тина повернулась и зашагала в свою комнату, в компанию к Бетховену.

Когда Келли дозвонилась Кей Тибсон, та выказала твердое желание учить Тину бесплатно.

– Я на этом настаиваю. Она – моя лучшая ученица.

Но какой бы доброй ни была эта женщина, каким бы привлекательным ни казалось ее предложение, Келли считала, что ни мисс Тибсон, ни кто-то другой не должны страдать из-за ее финансовых проблем.

– Но вы не можете просто так тратить свое время, – заспорила с ней Келли. – Бизнес так не ведут.

Кей рассмеялась:

– Будь у меня деловая жилка, я училась бы в колледже не музыке.

Келли нахмурилась:

– Но я все-таки могу что-то для вас сделать.

– Нет, абсолютно ничего.

– Давайте я отпечатаю в своем копировальном салоне флайеры, буклеты, ноты, которые вы используете на уроках…

– Ничего такого мне не нужно, – оборвала ее Кей.

Келли начала злиться.

– Что еще я могу вам предложить? Канцелярские принадлежности? Свежевыпеченные булочки? Моего первенца?

Тревор в тревоге посмотрел на нее.

– Ох… у меня такое ощущение, что вы собираетесь раздуть из мухи слона, – спокойно ответила ей Кей.

– Но для меня это точно слон. Никто не делал нам такого большого подарка.

– Ох… а теперь вот вы его получили.

– Я просто не знаю, как мне вас отблагодарить. Вы даже представить себе не можете, как много эти уроки значат для Тины.

С другого конца провода донесся вздох.

– Господи, теперь я начинаю чувствовать себя виноватой. Видите ли, если на то пошло, это не моя идея.

Келли бросила взгляд на подарочный сертификат.

– О чем вы говорите? – Но сердцем она уже чувствовала, что сейчас услышит от Кей Тибсон.

– Видите ли, у Тины появился благожелатель, только, пожалуйста, не спрашивайте, кто он, потому что я дала клятву молчать как рыба. – Кей выдержала паузу, потом продолжила: – Я думаю, это так мило. Совсем как в кино.

– В кино? – переспросила Келли.

– Вы знаете старый мюзикл Фреда Астера[9]«Длинные ноги папочки»?

– Да, конечно, – Если она и могла представить себе собственную жизнь на телеэкране, то исключительно в «ужастике» или фильме-катастрофе. – Этого благожелателя-паука, часом, зовут не Райли Ломбард?

Кей нервно хихикнула:

– Мой рот на замке. Больше не произнесу ни слова.