Для отвода глаз - Джули Миллер

– Нет. Это доказывает, что ее украли. Найдите того, кто украл флешку, и вы найдете убийцу!

– Флешки мы пока не нашли. Сейчас мои коллеги осматривают машину Дэни на спецстоянке. – Оливия подошла к нему и стала читать поверх его плеча.

– За шесть лет мне удалось восстановить кое-что из записей Дэни.

– Но самих записей у вас нет? Как нет и статьи, которую она писала…

– В ту ночь мы поссорились; она переместила все файлы, которые я прочел, на флешку, а со своего ноутбука удалила.

– Ее ноутбук еще у вас? Наши специалисты творят чудеса: восстанавливают даже безнадежно поврежденные файлы.

– Дэни увезла ноутбук с собой. Обвинила меня в том, что я за ней шпионю, не верю в нее.

– Вы, наверное, все эти годы чувствуете себя очень виноватым? Не сомневаюсь, вы с ней непременно помирились бы, если бы она в ту ночь вернулась домой.

Гейб схватил ее за руку. Ее глаза – не единственная загадка, которую ему хочется разгадать.

– Похоже, вам тоже знакомо чувство вины. Почему?

– Часто нераскрытые дела зависят от множества косвенных улик. Но пока все, что мы имеем, – плохие парни с железным алиби, пропавшая флешка и ваши слова.

Оливия отошла от него и принялась расхаживать по кабинету.

– Вчера, когда мы встретились, вы знали, что я – дочь Томаса Уотсона? – спросила она. – Вы поэтому попросили, чтобы на место преступления приехали я и Джим?

– Не сразу. Когда сообщили об убийстве Кобера, я позвонил вашему руководству и попросил прислать кого-нибудь. Я не знал, что пришлют именно вас.

– Хотите, дело поведет кто-то другой?

– Вы раскроете его? – не сдавался он. – Найдете убийцу Дэни?

Оливия расправила плечи и подняла подбородок, присела на край стола лицом к нему.

– Обещаю, что сделаю все от меня зависящее. Отец бы тоже рано или поздно раскрыл дело, если бы не попал в аварию, не стал инвалидом и не вынужден был уйти в отставку. Он всегда мучился из-за того… что так и не нашел убийцу Дэни.

– Его мучения с моими не сравнятся. – В его голосе Оливия уловила сожаление. – Если бы в ту ночь я поехал с ней… Как ваш отец попал в аварию?

– Во время погони его напарник не справился с управлением, и они вылетели с дороги. Сейчас отец работает консультантом в охранной фирме, но ему до сих пор неприятно, что пришлось выйти в отставку с нераскрытым делом.

– Он не нашел убийцу Дэни.

Оливия кивнула:

– Я знаю, Гейб, вы не любите полицейских. А я люблю. И очень горжусь тем, что охраняю Канзас-Сити, что служу в уголовной полиции. Я взялась за дело потому, что Дэни, ее родные… и вы… заслуживаете справедливости.

Он склонил голову и посмотрел на нее в упор:

– Поверьте, для меня дело Дэни не только личное. Я так же хочу докопаться до истины, как и вы. Так работает хороший репортер.

Не сводя с него взгляда, не желая первой отводить глаза, Оливия подошла к столу.

– Что ж, обмен любезностями окончен. За дело!

– Оливия, моя неприязнь к Управлению полиции Канзас-Сити на вас не распространяется.

– Тот, кто не уважает моих друзей, не уважает меня.

– Все ясно. Докажите, что насчет вашего управления я ошибаюсь.

Она подошла чуть ближе:

– А вы докажите, что я ошибаюсь насчет репортеров!

Уголки его губ дернулись в улыбке; Гейб кивнул.

– Вот, прочтите, что мне удалось собрать, – наброски Дэни и заметки, которые я нашел в ее календаре и блокноте.

– Значит, работаем, – сказала Оливия, садясь за компьютер.

– Я буду знать то, что вы подозреваете, – уточнила она. – Прежде чем арестовывать подозреваемого, мне придется перепроверить ваши показания или получить другие доказательства его вины.

– Детектив, мы с вами когда-нибудь в чем-нибудь согласимся?

Она взяла пустую чашку и протянула ему:

– Я люблю кофе. А вы?

Взяв у нее чашку и направившись к двери, Гейб не выдержал и рассмеялся:

– Продолжайте читать. Сейчас принесу нам добавку.