Для отвода глаз - Джули Миллер

Гейб еще издали заметил ее яркую сине-зеленую куртку. Оторвался от статьи, которую набирал на компьютере в своем кабинете, и увидел в окно, как Оливия Уотсон идет к корпусу, в котором работают сотрудники «Джорнэл». Потом Оливия подняла свои загадочные глаза и увидела его.

Их взгляды встретились, она едва заметно кивнула.

– Наконец-то я добьюсь для тебя справедливости, Дэни, – прошептал он призракам прошлого, толпящимся вокруг него. – Лучше поздно, чем никогда! – Сохранив текст, Гейб встал и поправил закатанные до локтей рукава рубашки. Когда красавица детектив остановилась на пороге его кабинета, он шагнул ей навстречу, протянув руку: – Оливия!

– Гейб… – Ее рукопожатие было крепким. – У вас тут довольно шумно.

– Поэтому у меня отдельный кабинет.

– Вы не назвали время, когда мне можно приехать. Я решила пораньше.

– Вот и прекрасно. Мы уже сдали завтрашний номер в набор; я работаю на опережение. – Рукопожатие затянулось. Он провел большим пальцем по мягким выпуклостям на ее ладони.

– Как плечо? – спросила Оливия, первой приходя в себя. Убрав руку, она вошла.

Гейб на мгновение отвернулся. Решив, что достаточно остыл, он повернулся и пошевелил пальцами, демонстрируя подвижность руки.

– Немного саднит. Но печатать я могу, а это главное. – Он показал на ее левое запястье, где под манжетой белой блузки проступил багровый кровоподтек. – Похоже, вам тоже изрядно досталось.

– Жить буду.

– Хотите кофе?

– Да, спасибо. Со сливками, если можно.

Гейб усадил гостью в кресло, вышел в приемную и вернулся с двумя чашками кофе.

– Итак, с чего начнем?

Гейб сел за стол, а Оливия размешала сливки.

– Что вы можете рассказать о Даниэлле Риз?

– Она была похожа на ангела. Любила готовить, вязать и выращивать цветы, при этом успешно строила карьеру. Она приехала из маленького канзасского городка Коттонвуд-Фоллс. Училась на факультете журналистики в Университете Миссури. Получив диплом, переехала в большой город, решив во что бы то ни стало добиться здесь успеха. Она любила родителей, но в маленьком городке ей было скучно.

Оливия сделала глоток кофе.

– Она часто занималась расследованием возможных связей между организованной преступностью и политиками?

– Поначалу она не отказывалась ни от каких заданий. Освещала свадьбы, брала интервью у местных жителей… Но ей хотелось заниматься горячими новостями.

– И вы стали ее наставником?

– Да. Я брал ее с собой на некоторые не самые сложные задания. Дэни писала черновик, я читал и правил. Пару раз мы писали статьи вместе. Очень скоро она сама научилась находить интересные темы. И писала все лучше. К тому времени наши отношения стали близкими. Я сделал ей предложение. Она его приняла.

– Вы стали жить вместе и продолжали свои отношения учителя и ученицы. От коллег вы свои отношения скрывали. Вы говорили, что она хранила свое расследование в тайне, даже от вас.

Ему не понравилось сравнение с учителем и ученицей. Конечно, возможно, их отношения именно так и начинались, но, как только они стали жить вместе, они с Дэни стали равноправными партнерами. Он понял, что больше ничему не может ее научить. И только в самое последнее время, когда она не приходила ночевать, пропускала ужины, а звонки сразу переводила на автоответчик, он забеспокоился и стал выяснять, что же она от него скрывает. А потом понял, что не успел научить ее самому главному. Как выжить, когда ведешь опасное журналистское расследование.

Гейб отпил горячей жидкости, обжег глотку.

– Вы имеете представление, какой она была?

Оливия покачала головой:

– Я видела только снимки с места преступления. А они… довольно грубые.

Ей нужно было взглянуть в лицо женщины, ради которой она работала. Гейб отставил чашку и подошел к металлическим шкафчикам для документов. Оливия направилась следом за ним.

– Вот. – Он достал фото в рамке, когда-то стоявшее у него на столе, и протянул ей. – Мы сделали снимок после помолвки… месяцев за пять до гибели Дэни.

– Она красавица, – прошептала Оливия почти с благоговейным вздохом.

Он ощутил слабый цитрусовый аромат ее волос. От Дэни пахло ванилью… Гейб удивился своему чисто мужскому интересу к Оливии, который просыпался всякий раз, как они оказывались рядом. И вдруг понял, что его горе утихло.

– Да… была.

Оливия коснулась стекла кончиком пальцев:

– Значит, у нее украли обручальное кольцо?

– Да, обручальное кольцо, серьги в виде золотых колец и наручные часы.

– Украшения были дорогими?

– Не настолько, чтобы привлечь внимание Рокфеллера, но достаточно, чтобы обеспечить наркомана дозой на несколько недель. – Гейб взял у Оливии снимок и убрал в шкафчик. – Знаю, о чем вы сейчас думаете, но Дэни убили не из-за кольца с бриллиантом… Я понимаю, что вам необходимо проверить все возможные следы и всех подозреваемых… но позвольте вас заверить, шесть лет я не сидел сложа руки! Ваш отец и его напарник так и не нашли грабителя, потому что он не существует в природе. Дэни убили, чтобы спрятать концы в воду!