Наш сказочный роман - Барбара Уоллес

Он со стоном ногой захлопнул дверь в свою комнату. Всему виной тот чертов завиток. Если бы прядки волос не выпали из заколки, то он не стал бы убирать волосы с ее лица. А если бы не коснулся ее волос, то ни за что бы не стал думать, как бы ее поцеловать.

Да нет, стал. Он потому и рванул сейчас наверх, чтобы не перейти границу с тетиной прислугой.

Вообще-то у него возникли вопросы. Главный вопрос: что заставило ее убежать? Он готов поклясться, что за секунду до того, как она убежала, он заметил в ее глазах огонек желания. Почему она упорхнула? Поняла, что они могут совершить ошибку или тут что-то еще? У этой особы точно есть тайны.

Может быть, он их раскроет. Но это в том случае, если он будет в состоянии обуздать тягу к ней… и свои руки.

Пейшенс отправилась в больницу без него. Наспех нацарапанная записка, прикрепленная на кофейник, сообщала ему, что ей необходимо зайти в чайный магазинчик, чтобы купить для Аны чай.

– Причина уважительная и разумная, – сказал Стюарт Найджелу. Хотя… Чайный магазинчик находился в соседнем квартале и по пути в больницу. Он с радостью подождал бы, пока она купит чай.

Но более вероятно, что она не захотела ехать с ним в одной машине. Почему?

С ответом на этот вопрос пришлось подождать, потому что, когда он прибыл в больницу, тетя бодрствовала. Изголовье ее кровати было приподнято, и она сидела. Пейшенс стояла рядом и расчесывала ей волосы, осторожно распутывая свалявшиеся пряди.

– Вам просто заплести косу или уложить вокруг головы? – спросила Пейшенс.

– Конечно же уложить, – ответила Ана.

Стюарт улыбнулся. Тетя всегда хотела выглядеть величественно. Выражение ее лица было безмятежным, глаза закрыты, а губы сложены в улыбку. Впервые с того момента, как он вернулся домой, она была похожа на ту Ану, которую он привык видеть.

Ему вдруг стало трудно дышать, словно легкие не помещались в груди. Он боялся даже кашлянуть, чтобы не нарушить ее покоя.

– Доброе утро. – Покой нарушил доктор Тишель, лечащий врач Аны. Его голос прогремел из-за плеча Стюарта.

– Лапушка! – Ана улыбнулась Стюарту. – Ты долго вот так стоишь?

– Не долго. Я не хотел мешать вашему сеансу красоты. – Он посмотрел на Пейшенс, но она отвела глаза и продолжала причесывать Ану. – Как ты себя сегодня чувствуешь, тетя? – Он поцеловал Ану в щеку.

– Я не знаю, – ответила она. – Как я, Карл?

– Считаю, что вам повезло. Вы не настолько молоды, чтобы скатываться с лестниц. Как и я.

«Тем больше причин не поедать глазами женщин, которые втрое моложе тебя», – подумал Стюарт, поскольку взгляд милого доктора был прикован к груди Пейшенс.

– Она скоро может вернуться домой? – громко спросил Стюарт. Ответ на этот вопрос был ему известен, но он спросил, чтобы отвлечь внимание доктора Тишеля.

– Боюсь, что нет. – Доктор Тишель все понял, но нисколько не смутился. – У вас, Ана, сложный перелом. – И откинул простыню с ее ног.

На колене ноги без гипсовой повязки был виден большой фиолетовый кровоподтек. Доктор Тишель пощупал колено, и Ана поморщилась.

– Колено болезненно, – объявил он, что и так было очевидно. – Вам придется какое-то время не наступать на ноги.

– Вы имеете в виду необходимость кресла на колесах? – спросил Стюарт. Он просто не мог представить свою двоюродную бабушку на костылях.

– По крайней мере, на какое-то время, – ответил доктор.

– Не беспокойтесь, – сказала Пейшенс. – Я буду возить вас по всему дому.

– О нет, у вас в особняке слишком много лестниц, – возразил доктор Тишель. – В реабилитационной больнице есть прекрасное ортопедическое отделение. Там вам помогут восстановиться.

– Что? – Ана замерла. – Вы отсылаете меня в другую больницу? И как надолго?

– Посмотрим, – ответил доктор Тишель. – Недели на две, не меньше.

– На две недели! – одновременно воскликнули Пейшенс и Ана, хотя Стюарту было ясно, что у каждой были на то свои причины. Что касается его… Выдержит ли он еще две недели в доме только с Пейшенс?

– Боюсь, что так, – сказал доктор Тишель. – Я сегодня же позвоню и узнаю о наличии мест. Если повезет, то мы сможем перевести вас туда уже завтра. А пока что, – добавил он, натянув ей на ноги простыню, – я бы посоветовал вам пересаживаться в кресло на несколько часов в день.

Ана негодующе фыркнула:

– Не понимаю зачем, если меня все равно уложат на больничную койку.

– Потому что движение пойдет вам на пользу. Вы же не хотите получить тромбы?

Доктор собрался уходить, а Стюарт поднялся со стула, чтобы заслонить собой Пейшенс и не дать этому любителю женских прелестей пожирать ее глазами, и протянул доктору руку.

– Благодарю вас.

Уловка не удалась, потому что доктор быстро потряс руку Стюарта, а затем потянулся через кровать Аны и вцепился в руку Пейшенс.

– Не стоит благодарности. Ана всегда была одной из моих любимых пациенток. – И удалился.

Ана опять фыркнула:

– Любимая… как бы не так. Старый дурак хочет запихать меня в богадельню.

– Тетя, он говорил об отделении реабилитации, – поправил ее Стюарт. Краем глаза он увидел, как Пейшенс вытерла ладонь о джинсы. Ей тоже, кажется, был противен доктор Тишель. – Не успеешь оглянуться, и ты уже дома.

Ана пожала плечами. Было видно, что она очень расстроена.

Он сжал ей пальцы.

– Буду навещать тебя каждый день.

– И я, – вставила Пейшенс. – Я даже привезу к вам Найджела – пусть он вас тоже навестит.

– Да? – Ана повеселела. – Я очень о нем беспокоюсь. Он часто плохо себя ведет, хотя он очень чувствительный.

– Я все для него сделаю. Обещаю.

Стюарт слушал разговор женщин о коте, и грудь у него снова стиснуло. Голос Пейшенс… нежный, заботливый… гипнотизирующий. Она выглядит такой искренней, что ему хочется ей верить.

А стоит ли?

В этот момент Пейшенс протянула руку и убрала прядь волос со лба Аны. Он тут же вспомнил, как ее мягкие волосы скользили у него между пальцев. Господи, провести две недели с Пейшенс…

– О нет!

Возглас тети вернул его в реальность. Она села прямо, выражение лица было расстроенным.

– Тетя, что случилось?

– Прием в обществе защиты животных. Я совсем забыла, а ведь это сегодня вечером.

И это все? Стюарт облегченно выдохнул.

– Похоже на то, что в этом году тебе придется пропустить это торжество.

– Как же быть? Я признана лучшим волонтером года. Я должна была принять награду.

– Успокойся. Твоя подруга миссис Каллоуэй сделает это от твоего имени.