Наш сказочный роман - Барбара Уоллес

– Я собирался сказать, но я хорошо знаю, как Ана не любит ходить на такие приемы одна, и решил промолчать. – Он блеснул улыбкой. – Но особенно к этому не привыкайте.

Да, ей не следует к этому привыкать. Так же как и к тому, чтобы ходить на вечеринки со Стюартом.

Они остановились на светофоре.

– Я никогда не бывала на таких приемах, – сказала она, пока они ожидали зеленого света. – Может такое случиться, что награду вручат в начале вечера?

– Нет. Устроителям нужен стимул, чтобы люди собирались. Как еще вынудить их принять участие в аукционе? Напоить.

– А вы покупали что-нибудь на аукционе?

– Издеваетесь? Эти светские дамы налетают на тебя, как в компьютерной стрелялке «Я, гангстер». Вы удивитесь, какие вещи им удавалось мне всучить. И на какую сумму!

Пейшенс подавила улыбку, представив, как Стюарт отбивается от пожилых дам.

– Так и не удалось выиграть?

– Дважды выигрывал. Один раз – абонемент в тренажерный зал. Это хотя бы было полезно. А во второй раз – романтическую поездку в Ньюпорт[3].

– Романтический уик-энд? – В мозгу нарисовалась картинка изысканной женщины в модном наряде. Но его личная жизнь ее не касается, поэтому она ограничилась замечанием: – Вы хотя бы выиграли что-то приятное.

– И моя секретарша того же мнения.

– Вы взяли ее в поездку?

– Нет, я подарил поездку в качестве премии. Она взяла с собой своего мужа.

С чего бы ей чувствовать облегчение, но Пейшенс почувствовала.

Они дошли до отеля, где должен был состояться прием, как раз в тот момент, когда к парадной двери подъехал лимузин, из которого вышла пара. На руке женщины блеснуло бриллиантовое кольцо, а у Пейшенс вспотели ладони. И она будет находиться среди такой публики? О чем ей с ними говорить? Может, спросить, какую марку полироли для мебели использует ваша домработница?

– Эй, что с вами?

Она молча поправила шарф.

– Ничего. Я немного… – почему не сказать правду? – не в своей тарелке.

– Но почему? Здесь всего лишь сборище людей, разодетых напоказ.

Сборище тех, кто нанимает таких, как она. Нет, это не совсем так. Они и на порог ее не пустят, не говоря о том, чтобы взять на работу, если узнают ее историю.

– Все, о чем следует беспокоиться, так это о том, хорошо ли прожарен цыпленок.

Его рука легла ей на талию. Тепло расползлось по позвоночнику и придало ей храбрости. Это испытание всего на несколько часов. Она справится.

Когда они вошли в вестибюль, то пара, которую они увидели выходящей из автомобиля, ожидала лифта.

Пейшенс хватило десяти секунд, чтобы ее храбрость исчезла. И ровно столько же хватило мужу дамы, чтобы оценить ноги Пейшенс и улыбнуться. Хоть бы рука Стюарта все еще была у нее на спине! Тогда она могла бы сделать вид, что он – ее кавалер. Но его пальцы едва задели ей руку, когда они вошли в лифт.

У двери в зал их встретила Этил Каллоуэй, высокая, красивая дама и тоже сверкающая дорогими украшениями.

– Стюарт! Как приятно тебя видеть. – Она изобразила поцелуй, не коснувшись его щеки. – Как себя чувствует Анастасия?

– Намного лучше, – ответил Стюарт. – Ей уже не терпится вернуться к своей волонтерской деятельности. Нам пришлось буквально привязать ее к кровати, чтобы она не сбежала из больницы.

– Ну, в ее возрасте лучше не подниматься слишком рано.

В ее возрасте? Этил не намного моложе. Пейшенс мысленно возмутилась. Стюарт улыбался уголком рта: он подумал то же самое.

– Надо знать Ану, – сказала Пейшенс. – Она сделает все, чтобы быстрее поправиться, и мы все по сравнению с ней будем выглядеть бездельниками.

Этил посмотрела на нее так, будто в первый раз увидела.

– Привет. Пэтти, кажется?

– Пейшенс.

– А, да. Ана упоминала о том, что пригласит вас. Я рада, что вы пришли. – Этил повернулась к Стюарту и оказалась спиной к Пейшенс. – Вы ведь будете получать награду Аны?

Не может быть, чтобы это было сделано намеренно! Пейшенс не могла этому поверить, но тем не менее была исключена из разговора, в то время как Стюарт кивал и рассказывал детали о состоянии Аны. Что ей оставалось? Она неловко стояла рядом, улыбаясь людям, которые смотрели в ее сторону.

– Нам повезло, – сказал Стюарт, как только Этил отошла от него. – Наш столик впереди.

– И что это означает? – По его саркастическому тону Пейшенс догадалась, что ничего хорошего это им не сулит.

– Нам первым подадут жесткого цыпленка.

– А…

– И нам придется сидеть рядом с Этил. Все запоминайте. Ана захочет получить полный отчет. – Он указал на толпящихся гостей в углу. – Похоже, что там бар. Куплю что-нибудь выпить.

Они протиснулись сквозь толпу. Это было трудной задачей, потому что то и дело их останавливали знакомые Аны и расспрашивали о ее здоровье. Один из мужчин, задавший тот же вопрос, показался Пейшенс очень знакомым на вид. Она дотронулась до руки Стюарта:

– Это был…

– Мэр, – ответил он.

Вот это да. Она здесь не у дел. Господи, только бы не совершить какую-нибудь глупость.

– Вина? – спросил Стюарт, когда они наконец подошли к бару.

Пейшенс покачала головой:

– Воды с газом, пожалуйста. – Алкоголь может ударить в голову, а ей нужен ясный ум.

Мимо прошел мужчина и оглядел ее ноги. Пейшенс потянула подол вниз, тщетно надеясь закрыть колени.

– Вы прекрасно выглядите. – Дыхание Стюарта, легкое как ветерок, задело ей ухо. – Это просто кучка людей.

– Разодетых напоказ. – Она повторила его же слова. Но волнение все равно не улеглось, по коже пробежал озноб. Ясно, что она привлекает внимание, ее оценивают, и эта оценка не в ее пользу. В голове вертелась пословица про свинью в губной помаде и еще про корову и седло.

Как же она завидовала Стюарту, тому, с какой легкостью он вращался в привычной для него среде!

– Вы наверняка часто ходите на такого рода вечеринки, – сказала она.

– Только когда совершенно невозможно этого избежать. Толпы людей и вечеринки – не мое амплуа.

– Разве? А вы выглядите вполне непринужденно.

Как и все здесь за исключением ее.

– Открою вам секрет. – Он наклонился к ней. Господи, хоть бы его запах не волновал так сильно. – Постарайтесь представить, что это большая игра.

Пейшенс следила за тем, как двигаются его губы, и пропустила смысл.

– Игра? – переспросила она.