Наследница Горячих Ключей - Кэрол Грейс

– Знаю, поблагодарить. – Он взял шляпу с вешалки и пошел к двери.

– Не только. – Она вытерла вспотевшие ладони о штаны. Что с ней такое?

Хозяйка респектабельного дома в Сан-Франциско, привыкшая давать обеды на двенадцать персон, – и боится пригласить одного ковбоя? Если она сейчас же не скажет ему, через секунду он будет за дверью.

– Не хочешь ли прийти сегодня ко мне на ужин?

– На ужин? – изумился он.

– Да. Теперь у меня есть все необходимое, и я хочу это отпраздновать. Я у тебя в долгу за вчерашний вечер и за завтрак. Не будет ничего изысканного, ведь у меня только маленькая плита, но я могла бы… – Она несла какой-то вздор, боясь остановиться и услышать в ответ «нет».

Она продолжала что-то невнятно лепетать, а он стоял, держась за ручку двери, и смотрел так, словно никак не мог взять в толк, о чем она его просит.

– Конечно, если ты занят…

– Ты права: я очень занят, – отрезал он и толкнул дверь.

Сердце у нее упало. Долго сдерживаемые слезы подступили к глазам. Но почему ей нестерпимо больно? Потому что сосед занят и не сможет прийти на ужин? Она сложила дрожащие губы в улыбку, смущенно смахнула предательскую слезинку и бочком протиснулась мимо него.

– Извини, – пробормотала она.

Удивительно, как еще она может говорить и дышать.

Зеб сгреб ее в охапку, желая вытолкать за дверь, но вместо этого со стоном прижал к себе. Он чувствовал, как давят ему на грудь ее полные груди, как соприкасаются их бедра. Что она подумает о нем? Сначала выставляет ее из дома, а потом сам же не дает уйти? Неважно. Он хочет, чтобы она ушла. Он хочет, чтобы она осталась. Он просто хочет ее, прости Господи!..

Зеб заглянул Хлое в глаза и напомнил себе, что эта женщина стоит преградой между ним и всеми его жизненными планами. Но в этот момент он хотел только ее. Пропади пропадом все его планы!

Он поцеловал ее, и она ответила. Ее губы были твердые и пахли медом. Его, наверное, тоже. Мозолистыми руками он погладил ее по спине и еще крепче прижал к себе.

Она тихонько застонала и чуть отстранила голову. Нежно, но уверенно слизала мед со своих губ. Потом с его. Он больше не мог этого выносить. Единственное, о чем он мог сейчас думать, так это о теплой постели наверху и о том, как было бы здорово отнести ее туда прямо сейчас.

– Хозяин! Хозяин, ты здесь? – прокричал Джордж из-за амбара.

Зеб открыл рот, но из него вырвалось только хриплое дыхание:

– Здесь.

– К тебе пришли. Что-то насчет быка. Что-то насчет быка!

Ну, самое время! Неделю никого не было, только они с Джорджем да приходящие работники. Но с другой стороны это даже к лучшему. Он не хочет оставаться с Хлоей наедине. Прежде чем Зеб успел пошевелиться, Хлоя молча повернулась и ушла по направлению к Ключам. Он понятия не имел, была ли она расстроенная, грустная или такая же растерянная, как он. Кажется, она что-то бросила на прощание – вроде «Пока» или «Не забудь про вечер».

Хлоя с головой ушла в работу. Она накупила в городе моющих средств и, отдирая грязь в лучшем из домиков – если хоть один из них можно было так назвать, – пыталась разобраться в себе. Уж слишком она восприимчива, напомнила себе Хлоя. После недавней неудачи в любви вполне понятно ее желание доказать себе, что мужчины все еще находят ее привлекательной. Но не искать же утешения у этого ковбоя, который, судя по всему, не пропускает ни одной юбки. Как бы он ни был хорош, он не в ее вкусе, а она – не в его.

Но до чего же он сексуален! Она с еще большей силой принялась скрести пол, вместе с грязью отдирая и краску. Теперь у нее есть цель – превратить старый курорт в здравницу, и больше она не намерена жертвовать ради кого-то своими интересами. В свое время она надрывалась на работе, чтобы Брэндон одолел долгие годы университета. Благодаря ей и его родителям у него не было проблем с оплатой учебы. А потом он встал на ноги и вышвырнул Хлою из своей жизни. Но с другой стороны, именно благодаря такому повороту событий она оказалась в Колорадо и собиралась начать все с нуля.

Она не знает, придет Зеб на ужин или нет, но все равно приготовит его. На дворе, если не будет дождя. А если будет, то в пустом, только что отдраенном домике. Мебели там нет, но ей хватит и матраса. Пойдет дождь – она сядет на матрас и будет, есть с колен.

Видели бы все это сейчас ее друзья! Как она готовится дать ужин возле горного ручья, как они с Зебом будут сидеть на камнях и есть с жестяных тарелок. А ведь когда-то она устраивала элегантные приемы в квартире с видом на Бейбридж, заранее прорабатывая каждую деталь меню и прикидывая, кого с кем посадит. Сегодня этой проблемы не будет, поскольку ей ясно дали понять: он занят.

Ну и ладно, успокаивала себя Хлоя, лежа в огромной ванне. После купания она переоделась в свежую майку и чистые джинсы. Не для него. Для себя. Потом разожгла костер так, как это делал он, и вдобавок включила плитку. Это поможет приготовить сразу два блюда.

Хлоя была так поглощена размешиванием сухого молока для соуса, что не услышала, как подошел Зеб. И когда подняла голову, он стоял возле костра. Ее взгляд пропутешествовал от начищенных ботинок и голубых джинсов до гладко выбритого обветренного лица и чистых волос, падавших на воротничок голубой рубашки. Она выронила мерную ложку и начисто забыла о том, что делает. Хоть бы он ее как-то предупредил – ну, хрустнул веткой или кашлянул, – чтобы она подготовилась к его появлению.

– Выглядит неплохо, – улыбнулся он.

Хлоя плюхнула все ингредиенты в одну миску, перемешала и поднялась на ноги. Колени у нее от волнения тут же предательски подогнулись. Он шагнул, чтобы поддержать ее, но в следующее же мгновение отдернул руку.

– Ты не сказала во сколько.

– Ты не сказал, что придешь.

– Не знал, смогу ли. – Он протянул бутылку вина.

– Спасибо. Отличное вино.

– Давай сначала попробуем. Бутылка валялась в подвале бог знает сколько лет.

– А ты давно здесь живешь?

– Всю жизнь. Три поколения нашей семьи прожили на этой земле. Вину, судя по всему, не один десяток лет. – Он достал из заднего кармана штопор, вытащил пробку и налил щедрые порции в жестяные кружки. – За «Ключи Парадиз», – объявил он.

– И за дедушку Хадсона.

– Мир праху его, – почтительно добавил Зеб.

Хлоя пригубила вино, Зеб последовал ее примеру.

– Божественное вино, – сказала она, глянув поверх кружки.

– Как раз вполне земное, – отозвался он и нагло уставился на ее грудь.

– Ароматное и терпкое, – парировала она, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему телу.

– И долго чувствуешь вкус во рту. – Глаза его сверкнули.

Она выпила и задержала дыхание. Ей стало жарко. Не от костра или плиты – то был внутренний жар, который с каждой секундой становился все нестерпимее. Хлоя сделала шаг назад и скрестила на груди руки, как бы заслоняясь от волн сладострастия, излучаемых этим бесцеремонным ковбоем.