Любовь — азартная игра - Линда Холл

Ее взгляд рассеянно скользнул по стене.

— У меня не складываются… серьезные отношения.

— Наверное, у тебя был мужчина и ты порвала с ним? Или даже не один?

Синди бросила на него беглый взгляд.

— Просто я неловко чувствую себя в мужском обществе.

Эйнджел скептически посмотрел на нее.

— Но ты же красивая молодая женщина, — медленно, словно заново оценивая ее, проговорил он. — В твоей жизни должны были быть мужчины, которых бы ты всерьез заинтересовала.

— Я увлеклась своим салоном, и в первую очередь меня волновало, как идут дела. Для другой жизни времени не оставалось.

— Вот оно что, — тихо присвистнул Эйнджел. — То есть тебя волновало, как заработать тридцать-сорок тысяч в год. Но разве это главное в жизни? — Он нахмурился. — Скажи, а я, к примеру, тебе интересен?

Наступил момент истины. Синди почувствовала, что лицо ее побледнело, а щеки и виски сделались холодными. Испытывая легкое головокружение от дурного предчувствия, она ответила:

— Ты… ты мне нравишься.

— Нравлюсь? — Он комично поднял брови и рассмеялся.

Должно быть, со стороны она выглядела ужасно наивной. А ведь он и понятия не имел, каких усилий ей стоило произнести такое. Вскинув подбородок, Синди вызывающе посмотрела в лицо Эйнджелу. Смешинки в его глазах разом исчезли, и он протянул руку.

— Иди ко мне.

Синди напряглась и судорожно глотнула, она была ошеломлена. Но через секунду нерешительности она послушалась, сделав один короткий шажок навстречу, потом другой…

Приблизившись к нему, Синди подняла руку и тут же почувствовала теплую ладонь заботливо протянутой мужской руки. Не случилось ничего страшного, она даже ощутила некоторое успокоение, впитывая тепло большой и крепкой ладони Эйнджела.

Ожидая, что сейчас неминуемо окажется в его цепких объятиях, Синди удивилась еще сильнее, когда он приподнял ее руку и нагнул голову, чтобы поцеловать запястье, потом ладонь, легонько провести по ним языком…

По всему ее телу прокатилась волна тепла. Синди шумно вздохнула. Блеск в глазах Эйнджела заставил ее сердце биться еще сильнее. Взяв и вторую руку, он притянул девушку к себе, и ее грудь соприкоснулась с его рубашкой. Даже через одежду она чувствовала исходящие от мужчины флюиды.

— Синди? — еле слышно позвал Эйнджел, и от его дыхания зашевелились завитки волос у ее виска. — Синди, — повторил он. — Хочешь, я поцелую тебя?

Тревога вспыхнула и растворилась. Неожиданно для себя Синди сделалась очень спокойной и уверенной. Губы мужчины находились в нескольких сантиметрах от ее губ, их четкие очертания свидетельствовали о решительности, твердости и многообещающей нежности.

Шепотом, едва заглушая грохот бьющегося сердца, она проговорила:

— Да.

Несколько секунд Эйнджел не двигался, он просто смотрел, как будто хотел убедиться в серьезности произнесенных ею слов. Он не заключил ее в объятия, а только взял за руки и, нагнув голову, легко и лишь на мгновение коснулся губами полураскрытых губ Синди. Потом слегка отстранился, чтобы она успела ощутить легкое разочарование от не оправдавшегося ожидания, и вновь прильнул к ней и поцеловал, но на этот раз властно и крепко и вместе с тем мягко и нежно. Ее никогда в жизни так не целовали.

Оторвавшись от нее, Эйнджел, задумчиво глядя ей в глаза, медленно провел большим пальцем по ее губам.

— Ты не хочешь или не умеешь целоваться, Синди? Ты не ответила на мой поцелуй.

Она наклонила голову, чтобы скрыть смущение, щеки ее залил румянец.

— Мне необходимо идти, — пробормотала Синди.

Эйнджел посмотрел на нее с загадочным видом.

— Понимаю, у тебя еще есть дела, — сказал он.

— Я собиралась пойти в продуктовый магазин с соседкой по квартире.

— У тебя есть соседка? — удивился Эйнджел. — Тоже, наверное, художница?

— Бетти — медсестра, — объяснила Синди.

Он проводил ее до выхода из здания, а потом до самого автомобиля, который она припарковала у обочины улицы. Прежде чем, как обычно, захлопнуть дверцу, Эйнджел сказал:

— Завтра я улетаю на Запад, чтобы навестить наш офис в Перте. Когда вернусь, то со мной снова можно будет связаться. Я буду рядом.

У меня есть несколько дней, чтобы прийти в себя, успела подумать Синди, прежде чем тронуть машину с места.

Всю дорогу до дома она вспоминала о поцелуе, вновь и вновь с удовольствием оживляя его в памяти.

Эйнджел позвонил ей в конце следующей недели. В это время в салоне почти не было посетителей, и немногочисленных клиентов вполне можно было поручить своему помощнику.

— Я вернулся лишь сегодня рано утром, — проговорил в трубку Эйнджел. — Если ты свободна, то не могла бы составить мне компанию и пойти на представление молодых мастеров классического и современного балета? У меня есть два билета.

— Сегодня вечером?

— К сожалению, раньше я предупредить тебя никак не мог. Если ты занята…

— Нет, — как-то само собой вырвалось у нее. — То есть… это было бы замечательно. Благодарю тебя.

— Можно мне заехать за тобой домой?

— Давай лучше встретимся здесь, — спохватилась Синди. — Во сколько тебя ждать?

— Как насчет четырех часов? — предложил Эйнджел. Тогда у нас еще останется достаточно времени на чашку кофе, а после представления мы могли бы пойти куда-нибудь поужинать.

— Свидание? — спросил Уэсли, когда она положила трубку.

— Меня пригласили на балет.

— Вообще-то, я не люблю балет, но слышал, билеты достать трудно.

— У Эйнджела Малоуна целых две штуки.

— Как ты сказала? — удивился Уэсли. — Эйнджел Малоун! Собственной персоной? И что ты собираешься надеть?

Она окинула взглядом свой хлопковый брючный костюм синего цвета.

— У меня не будет времени, чтобы заехать домой, — виновато проговорила она.

Уэсли неодобрительно покосился на нее.

— Слушай-ка, что я тебе скажу, Синди, дорогая. Для встречи с Эйнджелом Малоуном тебе надо надеть что-нибудь особенное. Почему бы не воспользоваться обеденным перерывом и не посмотреть в окрестных магазинчиках что-нибудь сногсшибательное? — Уэсли на секунду задумался, и его озарила внезапная мысль. — Вот что, давай-ка мы прошвырнемся вместе! Если отпустить тебя одну, то ты наверняка выберешь что-нибудь скучное…

Синди и без того знала, что обычная ее одежда малоинтересна. Но ей не нравилось привлекать к себе внимание.

— Нет, — твердо сказала она. — Не могу себе это позволить.

— Ладно тебе, Синди, ведь в двух минутах ходьбы отсюда есть несколько отличных бутиков, где мы подберем тебе что-нибудь, — убеждал ее Уэсли и усмехнулся. — Скажи, скольких покупателей мы потеряем за полчаса? Одного? Двух, может быть?