Муж на выпасе - Маргарита Южина

Ну и что! Пусть неудобно! Это просить, а если люди от чистого сердца помогают, тогда грех не взять! Соня даже не подумала, что Ефимова может не быть дома. Она уверенно нажала на кнопку звонка и вдруг услышала резвое шарканье.

Дверь открыла бодрая пожилая женщина.

– Здрасте… – растерялась Соня, но тут же налепила на лицо горестную маску и спросила уже тише: – Простите, можно мне увидеть Ефимова Вадима… Федоровича?

– Вадима? Можно… проходите… – посторонилась женщина, пропуская гостью в прихожую, и тут же крикнула в глубь комнаты: – Ва-а-дик! К тебе!

«Черт, надо было хоть два цветочка купить, что ли… А я еще и накрасилась в кои-то веки…» – ругнула себя Соня, но особенно мучиться угрызениями совести было некогда – в прихожую уже выходил Вадим.

Соня его помнила смутно, но вот сейчас увидела и вспомнила – и в самом деле, приезжал к ним в гараж.

– Здравствуйте, – прилежно закручинилась Софья. – Примите мои соболезнования… я жена Огрёва Тимофея, вы меня не помните, но это не значит, что…

– Да почему же? – весело фыркнул Вадим. – Очень хорошо помню. Тимофей говорил, вы… занимаетесь горшка… горшечным искусством, гончарным, да?

– Ну да… да нет, там не столько гончарным, сколько… но я не об этом…

– Погодите, что-нибудь случилось с Тимофеем? – вдруг встревожился неблизкий знакомый. – Что с ним?

– Да с ним-то ничего, я вот… я к вам… – осторожно подбиралась к главной теме Софья. – Я слышала, у вас большое горе, и вот… сам Тимофей не может прийти, он же на работе, но я от нашей семьи… короче, даже не вздумайте отказать! Вот! – Софья с силой сунула мужчине в руку деньги и повернулась, чтобы быстро уйти. Она просто не понимала, как будет с ним препираться.

– Погодите! – усмехнулся Вадим. – Ну куда же вы?! Вы хоть… вы хоть расскажите – что за горе со мной стряслось? Я чего-то не знаю? И что вы мне тут?… Бат-тюшки! А деньги за что?

– Не вздумайте отказываться! – строго предупредила Софья. – Это от чистого сердца!

– Да что вы! Что я, идиот, что ли, чтобы от денег отказываться? – радостно воскликнул Ефимов. – Вот чудеса! Чтобы у меня деньги отбирали, такое случалось – у нас на работе была просто обираловка, но вот чтобы насильно вталкивали… Так что со мной произошло? Меня хотят убить? У меня кто-то умер? Я неизлечимо болен?

– Здрасте! – не выдержала Софья. – А то вы не знаете! Конечно!!!

– Правда, что ли, убить хотят? – округлил глаза Ефимов. – Ни фига себе! И кого я так достал?

Софье уже надоело разыгрывать соболезнования, и она пошла в открытую.

– Вы надо мной издеваетесь, что ли? – пристально вгляделась она в смеющиеся глаза. – Я ж вам говорю – берите деньги! А то вам даже девять дней справлять не на что. И нечего стыдиться, все мы… в безденежье живем, ничего, жизнь наладится.

– Погодите, какие девять дней, меня ж еще не грохнули! – наморщил лоб Ефимов. – Нет, погодите, давайте-ка мы с вами пройдем в комнату и там обо всем переговорим. Или еще лучше – мне сейчас нужно на встречу, машина внизу, давайте прокатимся со мной, если вы никуда не спешите, и там поговорим, идет?

– Ну… если уж вы на машине, тогда довезите меня до дома, а по дороге я вам объясню, если уж вы совсем ничего понять не можете… – вздохнула Софья. – Кстати, у меня замечательная подруга. Психолог. Так что… если у вас какой стресс…

– А вы с ней… когда познакомились? Когда на приеме были? – как-то подозрительно вежливо поинтересовался Вадим. – Не подумайте плохого, сами же говорите – стрессы…

– Мы с ней знакомы с детства, – рявкнула Софья и дернула на себя дверь.

Она вышла первой, но и Ефимов догнал ее очень скоро.

– Вот она, моя красавица, беленькая, – любовно погладил он эмаль машины, которая стояла возле подъезда. – Прошу.

Судя по авто, хозяин не бедствовал. Софья села на переднее сиденье и сразу же стала объяснять:

– Я принесла вам эти деньги, чтобы помочь вам в трудную минуту, а вы… я так подозреваю, у вас нервный стресс. Вы все чего-то хихикаете, усмехаетесь, хотя… любой бы на вашем месте вел бы себя более достойно. Тем более что теперь вам не надо волноваться – деньги на поминки я вам принесла. Здесь, конечно, совсем не много, но самых близких собрать можно.

– Да я никак не пойму, что вы меня хороните-то?! – взвился наконец Ефимов. – Возьмите назад свои деньги! Слава богу, я получаю неплохую зарплату и… уж на поминки себе как-нибудь, знаете!..

– Как это вы получаете? – не понимала ничего Софья. – Вы ж уволены. Или сокращены, но в этом я не сильно разобралась. Но… у вас же совсем денег нет!

– Да с чего вы взяли? Мне предложили хорошую работу, вот я и уволился, – нервно заводил машину Ефимов. – И даже аванс уже успел получить. Между прочим, довольно приличный. Я на прежней работе такого за месяц не имел.

– Ну и ладно. Но… все равно возьмите… они вам еще пригодятся, а поминки справите на…

– Да какие поминки-то, в самом деле?! – окончательно вышел из себя водитель. – Вы хоть намекните – кого поминать-то!

– Это вы прекратите из себя шута горохового корчить, не знает он!!! – повысила голос Софья. – У него мать умерла, а он ни сном ни духом, можно подумать! А кому на похороны бригада деньги собирала?!

– Не знаю… – вытаращил глаза Вадим. – Но мама… она жива, слава богу. Да вы ж ее только что видели! Она ж вам двери открывала!

– Она? – не поверила Софья. – Ничего не понимаю… А кто у вас тогда… может, у вас… мачеха имеется, с ней горе?

– Я вам сразу сказал – никто у меня не умер! Все живы-здоровы! И мачехой я не страдаю! Нет у меня мачехи! И не было никогда! И я еще в добром здравии! Так что… спасибо, конечно, за отзывчивость, но… – и он бережно вложил деньги в руки ошарашенной Софье.

– Нет, погодите… – снова стала сопротивляться та. – А почему тогда ваша сестра звонила моему мужу и просила у него деньги на лечение своего сына? Ну, то есть вашего племянника?

Ефимов протяжно выдохнул.

– Снова-здорово… Какая сестра? Женщина… простите, как вас по имени-отчеству?

– Софья… не надо отчества… между прочим, я моложе вас, – пробурчала Софья и исподлобья уставилась на водителя.

– Милая Софья, я вам отвечаю со всей ответственностью, что мои родители были абсолютные лентяи в плане деторождения, у них и я-то получился совершенно случайно, а уж родить какую-то там сестру или братца… это – извините, мамочка всегда была против.

– То есть… у вас сестры нет? – склонила голову Софья. – А может быть… вы что-то путаете?

– А может быть, что-то путаете вы? – тоже склонил голову набок Ефимов. – У меня даже двоюродных братьев-сестер не имеется, сразу предупреждаю. И, как следствие, племянников не могу иметь. Ни больных, ни здоровых.

– Совсем? Это вы окончательно… это вы точно знаете?