Выбор наследницы - Кира Стрельникова

— Я вам уже сказала.

— Я ответил, что не верю.

— Почему? — Рили в упор посмотрела на него, подавив невольную дрожь. — Милорд, если вы в чём-то меня обвиняете, так и скажите… — она осеклась, наткнувшись на пристальный взгляд серых глаз.

Ринал молчал. "И почему же, интересно, я не верю ей, кто бы мне са-мому объяснил?" — несколько раздражённо подумал первый министр. Аль-ма-рис вдруг ощутила осторожное прикосновение к мыслям — и тут же лё-гкая тошнота подтвердила её опасения. "Он пытается прочитать, что я ду-маю. Очень осторожно пытается, — принцесса сглотнула. — Чёрта с два у него получится", — вспомнилось выражение матери. Она твердила себе, что бо-ится ехать в Город, волнуется за родителей, и за дела отца в Ганоре — по лёг-кому вздоху первого министра она поняла, что выиграла — Альмарис по-пре-жнему остаётся дочерью торговца жемчугом.

— Ты крепкий орешек, Рили, — пробормотал Ринал. — Но в Монтаре я всё узнаю.

— Вы не узнаете ничего нового и интересного, — обронила Рили.

— Посмотрим. Ты знаешь Дориана Кендалла? — неожиданно спросил он, без всякого перехода.

— Слышала о нём, — осторожно ответила девушка. — Кто же в Келарии его не знает?

Помолчав, Ринал выглянул из каюты и отдал какие-то распоряжения. Альмарис в напряжении ждала, что будет дальше. Отойдя к открытому окну, она прислушалась. Дверь открылась, кто-то вошёл. Зазвенели цепи — прин-цесса нахмурилась.

— Добрый день, милорд, — услышала она голос Ринала. — Чудесная погода, не правда ли?

— Ринал, я знаю, что ты не о погоде собираешься беседовать со мной, — резко ответил вошедший — принцесса вздрогнула, голос пробудил смутные воспоминания.

— Вы правы, милорд. Вы по-прежнему упорно не желаете подписать отказ от наследования?

— Да, я отказываюсь делать это.

— Зря. Ох, зря, милорд…

— Послушай, Ринал, чего тебе надо? Вся Келария, считай, принадлежит тебе, король марионетка в твоих руках, чего ты добиваешься? Трона?

— Чего я добиваюсь, Кендалл, не твоё дело, — оборвал его Ринал. — Да, Келария моя, да, я практически управляю ей единолично, но пока есть король, и пока есть ты, страна никогда не будет моей полностью.

— И чем же я тебе так мешаю, а?

Альмарис рискнула оглянуться — разговор принимал интересный поворот. Ринал и Кендалл стояли у стола, напротив друг друга, упираясь рука-ми в гладкую поверхность, и обменивались яростными взглядами — они сло-вно забыли о присутствии девушки в каюте. У Рили появилась возможность получше рассмотреть пленника, и она вдруг совершенно чётко осоз-нала: Кендалл ей знаком. Альмарис встречалась с ним раньше, до приезда в Келарию.

Принцесса медленно скользила взглядом по прищуренным глазам Дориана, плотно сжатым губам, по всей его напряжённой фигуре, не-вольно отмечая крепкие мускулы рук и спины — лохмотья рубашки едва при-крывали тело Кендалла. "Он похож на изготовившегося к нападению зверя", — неожиданно подумалось Рили. Но Ринал выглядел не менее опасным, практически не уступая по силе пленнику — под простой рубашкой из шёлка угадывались крепкие мышцы. Принцесса даже не удивилась, уловив некоторое сходство этих двух людей.

Первый министр заговорил:

— Мне нужна твоя страна, Кендалл, очень нужна, а для чего, я тебе не скажу. А пока есть ты, народ не примет меня в качестве следующего короля, что меня абсолютно не устраивает. Если ты перестанешь сопротивляться и откажешься от престола в мою пользу, народ успокоится и перестанет мутить воду, держа страну на грани мятежа! Ясно тебе, Кендалл?

— Очень даже ясно, — процедил пленник сквозь зубы. — А теперь слушай, что я скажу. Я не позволю отнять у народа надежду, так же, как не позволю тебе дальше выжимать из Келарии все соки. Ты не добьёшься от меня согласия, равно как и клятвы верности, хоть живьём кожу с меня сдирай. Я не знаю, на кой тебе сдалась моя страна, почему ты положил на неё глаз, но я не отдам Келарию. У этой страны будет только один король, и это не ты, запомни, династия на мне не закончится, как бы тебе ни хотелось обратного. У тебя на пути я буду стоять всегда и везде.

— Значит, война, да, Кендалл? — жёстко усмехнулся первый министр.

— Да, Ринал.

— Моё терпение не бесконечно, и твоё упрямство мне уже надоело. В Уркане ты не останешься, а поедешь в Монтар. Со мной. И там я душу из тебя выну, но добьюсь своего, уберу с моего пути.

— Отлично. Я давно мечтал побывать в Монтаре, — издевательски ухмыльнулся Кендалл.

Ринал скрипнул зубами и, распахнув дверь, приказал:

— Стража! Увести его!

— И что вы хотели мне показать данным разговором, милорд? — холодно осведомилась Рили, мельком глянув на уходящего Кендалла.

И неожиданно обнаружила, что он тоже смотрит на неё. "А глаза у него карие", — некстати подумала принцесса. Улыбнувшись уголком губ, будто старой знакомой, Кендалл подмигнул и вышел вслед за стражей. Аль-ма-рис была немало озадачена поведением пленника.

— Я? Ничего, Рили, — ответил Ринал. — Просто хотел посмотреть, знает Кендалл тебя или нет, как он отреагирует на твоё присутствие, — "Она вполне мо-жет быть одной из его друзей, очень уж нервно Альмарис ведёт себя…" — по-сетила неожиданная мысль.

— Он даже не заметил меня, — пожала плечами Рили. — И потом, с какой стати ему интересоваться провинциалкой, да ещё и незнакомой?

— Ошибаешься, Кендалл очень даже заинтересовался твоей персоной. Ему было любопытно, кто ты такая и что здесь делаешь, — небрежно обронил Ринал, наблюдая за реакцией девушки на свои слова.

— Чтение мыслей, — Альмарис презрительно хмыкнула.

— Да, — первый министр не видел резона скрывать очевидного.

— Ну и зачем?

— Вы действительно раньше не встречались, — он постарался убрать из голоса малейшие нотки разочарования или недовольства тем фактом, что его предположение не подтвердилось.

Альмарис чуть не расхохоталась.

— Вы что, думаете, я его шпионка? Милорд, я в столице была от силы раза два, и то, в далёком детстве, всю жизнь прожила в Сарее, каким, интересно, образом мы могли встре-чаться?

— Не знаю, — задумчиво протянул Ринал. — Но это вполне возможно…

— Я не намерена больше выслушивать эту чепуху, милорд, всего хорошего, — фыркнула Альма-рис и вернулась в соседнюю каюту.

Первый министр сел на стул, задумчиво глядя вслед девушке.

— Или ты очень хорошая актриса, Альмарис, или действительно не притво-ря-ешься… — пробормотал он. — Но вот проблема, я упорно не верю в послед-нее.

Ему не хотелось применять к Альмарис особые методы узнавания правды — по какой-то неизвестной причине, первому министру было важно отно-шение к нему Рили. Жестокостью благосклонность девушки не завоюешь, а он собирался сделать всё возможное, чтобы настороженность Аль-ма-рис ис-чезла, и она сама ему рассказала, кто же она и откуда на самом деле. Даже вопрос Артефакта и Тайрен'эни пока что отошёл для Ринала на второй план — он, как мальчишка, оказался захвачен тайной, связанной с красивой девушкой. Первый министр весело усмехнулся. Будь он проклят, но ему это нравилось.