До скончания века - Барбара Картленд

– А вы не думаете, что это может повредить мне?

Тон ее более не был недоброжелательным, маркиз видел перед собою молодую, немного напуганную и удивительно прекрасную девушку.

– Себе можно повредить, отказываясь от подарков судьбы, в чьи бы руки она их не вкладывала. Люди обычно называют это удачей. Ваш отец, наверное, сказал бы что-нибудь о манне небесной.

– Я сама себя пытаюсь в этом уверить, – пробормотала Аджанта. – В то же время не могу избавиться от ощущения, что поступать таким образом не только предосудительно, но и опасно.

– Не беспокойтесь. Я буду помогать вам. Единственное, что от вас требуется – согласие на то, чтобы объявление о помолвке было напечатано в «Лондон Газетт» завтра.

– Завтра? Но это слишком рано.

– В моем положении не рано.

– А ваша семья? У вас ведь есть семья?

– С ней я все улажу. А вы поговорите со своими домочадцами.

– Я не знаю, что и сказать папе, – смутилась она.

Маркиз улыбнулся:

– Я полагаю, что вы с ним справитесь не хуже, чем с сестрами. Итак, с этой минуты вы будете мне помогать и не передумаете?

– Я держу свое слово, – гордо ответила Аджанта.

– Давайте скрепим наш договор рукопожатием, – маркиз протянул ей свою руку. Аджанта тревожно смотрела на него:

– Это похоже на прыжок в темноту. Не знаешь на что попадешь.

– Наверное, на что-нибудь мягкое.

Она тоже попыталась улыбнуться:

– А если на терновый куст или на перину из чертополоха?

– Ни на то и ни на другое, – засмеялся он. – Если уж это и будет перина, то только набитая гусиным пухом.

Аджанта не совсем поняла смысл последних слов маркиза, но рассмеялась в след за ним. Она вложила свою руку в его и почувствовала пожатие сильных пальцев.

– Могу ли я написать записку, которую мой конюх доставит в Лондон? – спросил маркиз.

– Конечно. Вам лучше пройти в папин кабинет: там вы найдете бумагу и перья.

– Благодарю вас.

Он позволил Аджанте проводить себя, хотя уже успел узнать, где находится кабинет священника, во время своих блужданий по дому. Там он сел за стол, а Аджанта опять отошла к окну, похоже, ей не хватало воздуха.

– Мне необходимо написать еще кое-что, помимо объявления. Кстати, забыл вам сказать: обычно меня величают «маркиз Стоу».

Аджанта уставилась на него в изумлении:

– Маркиз Стоу! – воскликнула она. – Это ваша лошадь выиграла Дерби в прошлом году.

– Моя. Голден Глори.

– Лиль был уверен, что она придет первой, мы все болели за нее и очень обрадовались, когда это случилось.

– Почту за удовольствие показать вам эту лошадь.

После некоторой паузы, Аджанта проговорила неуверенным голосом:

– Вы полагаете, что мне необходимо посетить ваш дом?

Маркиз оторвался от разглядывания гусиных перьев, рассыпанных по столу:

– Ну, разумеется! Я отвезу вас сначала в фамильное поместье в Букингемщире, а затем в Лондон.

– Как же я смогу отправиться с вами? На мне и Чэрис и Дэрайс.

– А мы их возьмем с собой. А так как Стоу-Холл, всего лишь в десяти милях от Оксфорда, то, может быть, и ваш отец пожелает воспользоваться оказией поработать в тамошних библиотеках. Помнится, вчера он намеревался их посетить.

– Гляжу, вы все продумали. За исключением того, что ваши друзья и родственники с первого взгляда поймут, что я вам не пара. Они мигом раскусят фальшивку.

На секунду маркиз задумался, затем глаза его лукаво блеснули:

– Подобно всем представительницам вашего пола, вы подумали о платьях. Наконец-то я вижу в вас женщину, Аджанта!

– Разумеется, я беспокоюсь об этом. Может быть, в ваши планы и входит, чтобы я выглядела, как кухарка, которую сиятельный маркиз выловил где-то и канаве, но я не хочу играть такую роль, – резко сказала она.

Маркиз рассмеялся:

– Вы невысоко ставите мои способности по улаживанию дел. Естественно, у вас будет подобающий гардероб. Это само собой разумеется. Часть его вы получите уже по прибытии в Стоу-Холл. Я напишу насчет этого отдельное распоряжение.

– Я не собираюсь тратить деньги, которые вы мне пообещали, на пустяки.

– Платья будут за мой счет, а не за ваш.

– Я не могу вам этого позволить. Мама бы меня не одобрила.

Лицо маркиза приобрело напряженное выражение. Аджанта поняла, что тот не отступит от своего намерения. Не дав ему ответить, она сказала:

– У меня своя гордость, Ваша светлость. Я сама знаю, что находится в пределах приличий и правил.

– А я знаю, что недальновидно и глупо выбросить деньги на платья, когда они нужны на образование сестрам и брату.

Несмотря на протестующие возгласы, маркиз продолжал:

– Даже двух тысяч фунтов вам на весь век не хватит. Пусть вы не собираетесь отложить их себе на приданое, но подумайте о Чэрис, которая мечтает выглядеть романтически и обаятельно, о подрастающей Дэрайс.

По выражению лица Аджанты, маркиз понял, что уже частично убедил ее:

– Вы обязаны позволить мне делать все так, как я считаю нужным. Командовать буду я. Неповиновения не потерплю. Мне следует подчиняться беспрекословно!

– Вы не командир, а тиран! – вспыхнула Аджанта.

– В недобрый час власть должна быть в одних руках. И я беру эту власть, Аджанта, – надменно заявил маркиз ясным и громким голосом. – Независимо от условностей света и мнений кумушек, я намерен обеспечить вас необходимой одеждой. Представьте, что я ставлю спектакль в Друри-Лейне или в Ковент-Гардене и выбираю костюмы своим актерам. Понятно вам?

После паузы Аджанта произнесла:

– Я вынуждена согласиться с вами.

– Было бы просто глупо – не согласиться. Теперь я кое-что прочту, а вы извольте послушать – нет ли ошибки.

И он вслух прочитал написанное: «Объявляется помолвка Маркиза Стоу и Аджанты Тивертон, дочери преподобного Мориса Тивертона и покойной миссис Тивертон».

– Верно? – взглянул он на девушку.

– Да.

Маркиз сложил лист и придвинул к себе другой.

– Итак, пожалуйста, сходите наверх и принесите платье, которое хорошо на нас сидит. Мой конюх отвезет его к портному. Я, с ним заранее договорился, и его вкусу можно довериться. Он сошьет нам несколько платьев на первое время.

Глаза Аджанты широко открылись, маркиз почувствовал, что она хочет возразить, и спокойно сказал: