Волчья ягода - Юлия Флёри

Новак отключился и устало вздохнул. Миру он заметил далеко не сразу, а как почувствовал её присутствие за спиной, резко обернулся.

– Что ты здесь делаешь? – раздался её строгий возглас.

Мира смотрела с упрёком, с недоверием и в первый момент Новак решил, что она ничего не помнит. Мужчина хватанул воздуха, чтобы как-то более деликатно объяснить своё присутствие, но Мира прищурилась.

– В какой момент ты приехал? Зачем?! – жёстко вибрировал властный, полный силы голос.

– Может, присядешь?..

– Нет! Отвечай!

– Утром мне позвонил Иван, сказал, что нужно приехать. К тебе.

Мира с отвращением скривилась.

– Что за бред?!

– Он сказал, что я веду себя глупо и не по-мужски, потакая твоим капризам. Сложно было не согласиться. Ванька сказал, что едет за тортом и постарается найти там самую длинную очередь, чтобы у нас было время поговорить.

– Это неправда! – слезливо воскликнула Мира и беспомощно сжала кулаки. И сама вся сжалась.

Новак подошёл и обнял её, прижался губами к виску.

– Это правда. Он очень хотел, чтобы ты улыбалась. Вчера, после встречи со мной ты улыбалась, точно как раньше. Он так сказал.

Мира продавила дальше по горлу тугой ком и зашлась в истеричном плаче. Справилась она быстро, практически мгновенно, и тут же поторопилась оттолкнуть мужчину.

– Уходи, я не хочу никого видеть… – пробормотала она, медленно опадая на диван.

Мира провела ладонью по несобранному постельному белью и, не веря действительности, покачала головой.

– Как же так, Ром? – прошептала она и судорожно вздохнула.

– Только что звонил следователь по этому делу.

– По этому делу… – небрежно хмыкнула Мира и в каком-то отчаянии глянула на мужа. – Это не какое-то дело, Ромочка, – предупреждая подобные ошибки, покачала она головой.

– Следователь хочет с тобой поговорить. Сегодня ты была не в том состоянии…

– Следователь?! – удивлённо воскликнула она. – Что он может?!

Не обращая внимания на явный скепсис, Новак продолжил.

– Они уже изучили видео с камер. Там заметно, как к автомобилю подходит мужчина в толстовке и тёмной куртке, он садится на заднее сидение твоей машины. Иван спустился уже через несколько минут.

– Не хочу ничего слышать, – прошептала Мира, устраиваясь на диване полулёжа. – Ром, посиди со мной…

И он сидел. Мира устроила голову на мужских коленях. Новак долго гладил её волосы, укачивая, точно маленькую, а потом, скрипя зубами, тяжело вздохнул.

Последние полгода дались непросто. Мира упрямо отказывалась от любого сближения, хотя, наверно, уже и сама плохо понимала, что стало первопричиной. Закрадывалась мысль, что ей просто нравился такой тип отношений, в котором Новак непременно был в чём-то виноват. А Рома, как когда-то и говорил Багдасаров, создавал все условия, чтобы его девочке было хорошо. И взрывал, и вспахивал! Новак усмехнулся: пожалуй, за последнее время это выражение ему даже снится. Он тоже хотел, чтобы Мира держалась как можно крепче. Он хотел, чтобы у неё не возникало даже мысли опуститься на колени. Идеальным в этом отношении стал давний друг.

Ванька был не какой-то там подпоркой – массивный столб!.. который удерживал её в равновесии, не позволяя раскачиваться. Рядом с ним Мира пёрла как танк. В её жизни появилась цель, появился смысл. Он не ревновал к парню по-мужски. Ревность была иного характера. Мира… была с ним близка. Она была для него открыта. Не боялась показаться слабой или неопытной. А вот сейчас будто рухнула с обрыва, совершенно забывая расправить крылья. Крыльев у неё больше не было.

Мира тревожно вздрагивала во сне, а Рома продолжил наглаживать её плечи. Малышка выдохлась, устала, а на лице, будто отпечаток тысячи мыслей, морщинки напряжения перетекали из одной в другую.

Утром Новак проснулся от шума в квартире, Миры рядом уже не было. Следуя на звук, Рома оказался в кухне, где она, точно бесноватая, потрошила мусорное ведро. Мира перевернула его и руками перебирала клочки белой бумаги.

– Что ты делаешь? – хрипло уточнил он, торопливо растирая лицо, сгоняя с него сон.

– Я получала письма, – напряжённо процедила Мира, и Новак нахмурился.

– Что?

– Я получала письма! – прорычала она, сгребая в ладонь детали, как понял Рома, конверта, и швырнула его на стол.

– Какие письма, ты о чём? – не сообразил он и потряс головой, пока Мира торопливо и оттого не совсем верно собирала паззл.

Спустя несколько секунд на столе перед ним оказалась разорванная на несколько частей фотография. Остатки конверта по-прежнему были сгружены в сторону. На фото была, без сомнений, Мира. Ещё совсем юная, не в меру серьёзная. Она направлялась к машине и держала перед собой небольшую площадку из фанеры, на которой…

– Что у тебя в руках? – уточнил Новак, чтобы не плодить ненужные догадки.

– Школьная поделка. Дом мечты.

– И что с этой фотографией не так? – задал Новак конкретный вопрос, но на лице Миры появилась растерянность, а через мгновение губы были упрямо поджаты – отвечать она не собиралась.

– Ты говорил, на камерах было видно мужчину? – вместо этого в лоб задала она вопрос и теперь пришла Ромкина очередь теряться. Он кивнул.

– Да. Но, сама понимаешь, район новый, слепых зон сколько угодно. Отследить его передвижения не удалось. Следователь предполагает, что в одной из таких зон была припаркована машина.

Мира вздохнула и осторожно прикрыла глаза, пытаясь снова уловить шаткое равновесие.

– Рома, в машине должна была ехать я, – проговорила она ужасающе спокойно и посмотрела ему прямо в лицо.

Новак, прежде чем отвечать, растянул губы и выдохнул ртом.

– Да, машина принадлежит тебе, – согласился он, но тут же нервным жестом взъерошил волосы, что после сна топорщились на макушке. – Но когда ты в последний раз сидела за рулём? Три месяца назад? Четыре? И где вероятность, что сегодня в ней окажешься именно ты? Это момент, Мир! Один шанс из ста, – попытался переубедить её Новак, но Мира сдержанно кивнула и нервно улыбнулась.

– Именно вчера в ней собиралась ехать я. И даже вышла с ключами к лифту. Ванька догнал меня буквально в последний момент.

– Подожди, ты что-то планировала?

– Нет, поездка была спонтанной… Да и не поездка вовсе! – Мира слезливо поморщилась и тоже сгребла волосы к затылку, обнажая лицо. – Мне приснился… сон… Не страшный, но какой-то неприятный и я захотела подышать! – внушала она, эмоционально размахивая руками. – Ваня вышел совершенно неожиданно, и я не придумала ничего лучше, чем заявить, будто хочу торт! Это было проще, чем что-то объяснять, понимаешь?! Да никто вообще не собирался садиться в эту чёртову машину! – прорычала Мира, злясь на Новака за то, что он молчит и тяжело моргает. – Праздник, Ром, начало восьмого утра!.. – вскрикнула она, пытаясь преподнести свою мысль максимально доступно.