Сложности - Кристен Эшли

Он вылетел за дверь, а я быстро нагнулась и подняла топ, после чего выбежала вслед за ним.

Я натягивала топ, одновременно подтягивая джинсы, потому что они все еще были расстегнуты и скользили вниз по бедрам, когда я мчалась вниз по лестнице, видя, как Хикс открывает входную дверь.

— Папа, — услышала я и остановилась, чуть не соскользнув с лестницы за четыре ступеньки до низа, но мне было все равно, упаду ли я, настолько сильным было мое облегчение, когда я услышала голос Мэми.

— Господи, Мэми. Господи, детка, — прошептал он и присел на корточки.

Подавшись назад, он затащил ее в дом, крепко прижав к себе, но оставил дверь открытой.

Я быстро поправила джинсы и поспешила к двери, чтобы закрыть ее, пока он прижимал лицо девочки к своей шее, все еще держа ее так крепко, что ее лицо было скрыто от меня, он качал ее в своих руках и бормотал:

— Господи, детка. Ты напугала меня до смерти.

— Мне жаль, папа. — Ее голос прозвучал приглушенно, а затем я услышала всхлип, и ее руки сомкнулись вокруг него, но Мэми откинула голову назад, чтобы посмотреть в лицо отца, а потом зарыдала: — Я больше не могу быть там! Я хочу жить с тобой! Я хочу жить с тобой и Шоу. Я хочу жить с тобой, папа. Ты, Шоу и вы… и… и… вы!

После этого она уткнулась лицом в шею отца, и ее стройное тело, которое уже не было детским, но еще и девичьим не стало, выгнулось в его руках, когда она разразилась громкими сотрясающими рыданиями.

Я переместилась в поле зрения Хикса, пытаясь оценить его душевное состояние, но он поймал мой взгляд и протянул руку, в которой все еще держал телефон.

— Позвони, Хоуп, — пробормотал он.

Я тут же забрала у него телефон, а он снова обхватил свою девочку, переместился к дивану и усадил ее к себе на колени.

Она прижалась к нему еще ближе, продолжая рыдать.

Я взяла телефон Хикса, но мое сердце забилось при мысли о том, чтобы позвонить Хоуп. Но она должна была немедленно узнать, что ее дочь в порядке.

Я опустила глаза на телефон и поспешила выйти из комнаты на кухню.

— Четырнадцать, девять, три, — позвал Хикс, я оглянулась на него через плечо, кивнула и поспешила на кухню, набирая на экране код Хиксона.

Перейдя к последним вызовам, я увидела имя Хоуп на самом верху и коснулась ее имени. Я поднесла трубку к уху, услышав лишь один гудок до того, как она ответила:

— Я позвонила отцу. Он едет в город. Обзваниваю ее подруг. Коринн помогает мне. Я…

— Хоуп, прости, что перебиваю тебя, но это Грета. Тебе надо знать, что Мэми здесь. Она со своим отцом. С ней все в порядке. Я не знаю, что случилось, но она позвонила в дверь, прежде чем Хикс успел выйти на ее поиски, но она здесь. Она в порядке. И в безопасности. Она со своим отцом.

— Она там? — спросила Хоуп для подтверждения.

— Она здесь. Она в порядке, и она здесь.

Она не была в порядке. Она плакала и просилась жить с отцом, но, по крайней мере, она была в безопасности и здорова, и люди, которые должны были быть в курсе ее местонахождения, знали, где она.

— Она там, милая. Она у твоего отца, — услышала я голос Хоуп, обращенный, вероятно, к Коринн. Ее облегчение было настолько глубоким, что я ощущала его даже через трубку.

Я вздохнула.

— Я… Я… — начала Хоуп, но больше не сказала ни слова.

Ладно, кризис миновал, и у меня на телефоне бывшая Хикса.

«Что теперь?»

— Я… давай я попрошу Хикса позвонить тебе после того, как он успокоит ее? — предложила я.

Неправильные слова.

— Успокоит ее? — переспросила Хоуп.

— Ну, она чем-то взволновала, а Хикс хотел, чтобы ты знала, что она в безопасности, поэтому просто дал мне свой телефон, и я предоставила им уединение, выйдя на кухню, чтобы позвонить.

— Ты на кухне у Хикса в семь тридцать утра в воскресенье?

Не думая, я оглядела кухню Хикса, которая превосходила даже мою потрясающую кухню на целую милю.

Во-первых, она была больше. Кроме того, у нее был потрясающий утопленный штампованный потолок над островом. Над плитой висела медная вытяжка. Шкафы были отделаны по-разному: кремовым, зеленым и темным деревом. В верхних шкафах были вставлены арочные стекла, которые поражали воображение. Кроме того, на кухне была медная раковина с краном, похожим на старомодный колодезный насос. Полы сделаны из безупречно отшлифованного дерева. А главным украшением была утопленная кладовка с решетчатыми дверцами, ради которой я пожертвовала бы своими зубами.

Кухня была потрясающей.

Как только я увидела эту кухню (и его крыльцо, которое тоже очень походило на мое, но было шире и длиннее, и на нем висели качели), я понадеялась, что люди, владеющие домом, влюбятся во Флориду, и никогда больше не ступят на землю Небраски.

На кухне была микроволновая печь, встроенная в остров посередине. Эта печь была единственной вещью в комнате, на которой были часы, и я не могла видеть их со своего места, поэтому понятия не имела, который сейчас час.

Примерно и было семь тридцать.

При этом учитывая все происходящее, я понятия не имела, почему Хоуп задала этот вопрос.

И тут меня осенило: может я и знаю, почему, но все равно не понимала этого.

Я подошла к острову, положила на него руку и проговорила:

— Хоуп, почему бы тебе не позволить…?

— Мой сын в том доме, — заявила она.

— Я позову Хикса, чтобы…

— Если только он не остался ночевать у друга. Он у друга?

— Хоуп, пожалуйста, если ты позволишь мне…

— Черт, не могу поверить, — прошипела она, ее голос звучал тихо, словно она скрывалась, скорее всего, от Коринн. — Не могу в это поверить. Но ты, ты же женщина. Люди говорят, что ты вырастила своего брата. Тебе лучше знать.

— Я…

На это раз я больше ничего не сказала, потому что телефон больше не был у моего уха. Я обернулась и увидела, как Хикс поднес его к себе. На нем был надет лонгслив.

И выражение лица было громовым.

О, Боже.

— Я попросил Грету позвонить тебе и сказать, что с Мэми все в порядке. И я могу только догадываться, почему разговор длился дольше, чем нужно, но я слишком