Колдунья из Бельмаира - Бертрис Смолл

— А как ты собираешься решать вопрос с яфирами? — спросил Калиг Диллона, возвращая их к делу.

— Проблема, как я уже говорил, не в яфирах, а в их предводителе — Ахуре Мазде. Ахура считает, что он неуязвим и непобедим. Яфирам удалось построить королевство под водой, а потом совершенно безнаказанно похищать женщин. Бельмаирцы не могли до сих пор им противостоять, вот Ахура нисколько и не сомневается, что так будет всегда. Но он ошибается. Ахура Мазда уверен, что я не смогу с ним справиться. Однако обстоятельства изменились. Теперь он оказался в более невыгодном положении, чем раньше. Ведь я знаю, где он прячется, и с легкостью могу уничтожить его. Если у меня не будет другого выхода, я так и сделаю. Но я не хотел бы решать проблему с яфирами таким жестоким способом. Ведь тогда они возненавидят меня и окончательно убедятся в том, что бельмаирцам доверять нельзя. Я хотел бы, чтобы яфиры жили в Бельмаире в добром соседстве с бельмаирцами, как когда-то.

— Это мудрое решение, — заметила Лара. — Они все еще называют себя яфирами, но, по правде говоря, уже давно наполовину бельмаирцы. Ведь веками они скрещивались с бельмаирками. Ваши земли разделены на четыре части: Белия, Бельтран, Бельдана и Бельмаир. Но всех жителей ваших земель зовут бельмаирцами, не важно, в какой из четырех провинций они проживают. И раз яфиры столько веков живут на территории Бельмаира, то почему бы их тоже не назвать бельмаирцами?

— Что касается меня, то я родился в Хетаре, — вступил Диллон. — Однако я считаю себя бельмаирцем с тех пор, как стал королем Бельмаира. И не важно, где я родился и вырос. Каждый является частью того мира, в котором живет, а его происхождение не имеет значения.

— Я с тобой абсолютно согласен, — поддержал сына Калиг, а Лара и Нидхуг кивнули. — Но давай вернемся к Ахуре Мазде, ведь он на сегодняшний день — самая важная проблема. Думаю, тебе все равно придется его свергнуть. Но не стоит тебе самому назначать их нового предводителя. Пусть лучше это сделают яфиры. Это может занять немало времени. И тогда бунтовщики, которых, безусловно, немало в клане яфиров, воспользуются временным отсутствием главы и поднимут восстание.

— Мне кажется, нам нужно сначала как можно больше узнать о клане яфиров. В этом нам поможет Синния. Ведь она прожила в их королевстве почти год и наверняка хорошо изучила их нравы, — сказала Лара.

Диллон приказал слуге позвать молодую королеву. Когда Синния вошла в библиотеку, где совещались ее муж, Калиг, Лара и Нидхуг, ей рассказали о том, к какому решению они пришли относительно Ахуры Мазды, и попросили как можно подробнее охарактеризовать его окружение.

— У любимой жены Ахуры Арлаис трое сыновей, — проговорила Синния, немного подумав. — Мне кажется, они не могут ненавидеть бельмаирцев так же, как и их отец. Арлаис — здравомыслящая женщина. К тому же она пользуется авторитетом среди яфиров. Если бы я могла выбирать, с кем из представителей королевства яфиров начать разговор, то обратилась бы к ней. Арлаис способна выслушать и понять. Ее можно убедить разумными доводами. Она может помочь. Но, насколько я ее изучила, Арлаис никогда не предаст своего мужа. На это и рассчитывать нечего. Она его по-настоящему любит.

— Мы можем встретиться с ней на равнине снов, — сказал Диллон. — Я скажу ей, что хочу заключить с их народом мир и предлагаю клану яфиров выйти из убежища и открыто жить на территории Бельмаира.

— Нет, милорд, я сама должна с ней поговорить, — возразила Синния. — Арлаис хорошо меня знает и доверяет мне. Она не побоится прийти на встречу, если приглашу ее я.

— Но тогда она поймет, что в королевстве яфиров теперь живет Сапфира, а не ты, — предположил Диллон. — И расскажет об этом мужу.

— Ну нет! Можешь быть уверен, Арлаис никогда не расскажет Ахуре об этой подмене, — заверила Синния. — И не столько чтобы не подвести меня, сколько ради самого Ахуры. Ведь если яфиры узнают, что их предводителя обвели вокруг пальца, он станет всеобщим посмешищем. А представь, если у Сапфиры родится все-таки дочь. Ведь такая вероятность очень велика. Что тогда делать Ахуре, узнай он о том, что мать этого долгожданного ребенка не я, а Сапфира, которую ты ему обманом подсунул.

— А рождение дочери не сделает Сапфиру выше Арлаис? — спросила Лара.

— Ахура никогда не ущемит прав Арлаис. Даже если Сапфира родит ему дочь, — убежденно проговорила Синния. И объяснила: — Ведь Ахура ценит Арлаис главным образом за ее любовь и преданность. Они столько лет вместе, и Арлаис ни разу его не подвела. Ахура — очень противоречивая личность. Несмотря на свою амбициозность и вспыльчивость, он искренне любит своих жен.

— Я считаю, что Синния права, именно она и должна поговорить с Арлаис, — высказался Калиг. — Синнии проще будет ее убедить.

— Тогда так и следует поступить, — кивнул Диллон.

— И когда я должна отправиться на эту встречу? — спросила Синния.

— Подождите! — забеспокоилась Нидхуг. — А вы уверены, что для Синнии не опасно отправляться на равнину снов?

За время всего разговора Нидхуг не проронила ни слова. Но она внимательно слушала все, что говорили другие.

— Не волнуйся, с Синнией ничего не случится. Ведь ее будут защищать сам король Бельмаира, королева лесных фей и повелитель принцев-теней, — с улыбкой проговорил Диллон. — Все будет хорошо, не переживай. Я спас свою жену из плена яфиров. Неужели ты думаешь, что теперь я позволю ей снова пропасть? Нет, никогда в жизни я не допущу, чтобы ее похитили во второй раз. Клянусь тебе. И я сдержу свое слово.

— Я тоже абсолютно уверен, что с Синнией все будет в порядке, — сказал Калиг. — Не бойся, Синния. Путешествие на равнину снов не более опасное, чем обычный сон. — Он взял Синнию за руку и посмотрел ей в глаза. — Дочь моя, не нужно ничего бояться. С тобой ничего не случится. Обещаю. На шее у тебя будет надет медальон Древа жизни. И он будет тебя защищать вместе с нами. Ты мне веришь, Синния?

— Да! — сказала Синния. — Верю.

На нее удивительно подействовали его слова и глубокий, проникновенный взгляд принца Калига.

Разговор подошел к концу. Они пришли к соглашению, как действовать дальше, чтобы решить вопрос с яфирами. Диллон и Синния отправились к гостям, которым пора было возвращаться по своим домам. Многим предстоял долгий путь в свои провинции. Король и королева тепло прощались с гостями. Им было немного грустно, что праздник закончился. Единственно, с кем Синния расставалась с радостью, — это были правитель Туллио и его сестра Маргизия. Ее утомила эта невыносимая пара. А кроме того, она чувствовала вину по отношению к ним. Ведь ей приходилось обманывать их, притворяясь Сапфирой. Поэтому у Синнии камень с души упал, когда она поняла, что Маргизия и Туллио вот-вот покинут замок. В их обществе она ощущала себя очень неуютно. И хотя ей удавалось скрывать свои чувства, эта игра отнимала много сил.

— Мы, как все жители Бельданы, гордимся тобой, — сказал ей на прощание правитель Туллио и расцеловал ее в обе щеки. — Счастья тебе, дитя мое, — проговорил он по-родственному тепло, но тут же церемонно ей поклонился и сказал совсем другим тоном: — Приветствую вас, королева Бельмаира.