Неистовые. Из огня да в полымя - Алиса Перова

Это был разговор двух бездарных шпионок. И я, чтобы не тянуть кота за хвост, честно призналась, что в данный момент прогуливаюсь по набережной Эльбы, и Гамбург в это время года великолепен. О Генке, конечно, ни полслова. Да мало ли, зачем меня занесло в этот город — сопровождаю мадам Шеро, например. Что тоже правда.

И вот тут Наташку прорвало — веселье в голосе улетучилось мгновенно, а вся Генкина конспирация потонула в её горючих слезах. Да за что это всё бедному Геночке?! Почему на него одного все напасти?! А мне, такой хорошей девочке и талантливой художнице, за что такие страшные испытания? И что я теперь стану делать — неужели брошу его?!

Примерно как-то так всё и было.

Пришлось утешать подругу и уверять, что всё уже сделано в лучшем виде — Генка по-прежнему зоркий сокол, я всё такая же хорошая и талантливая, и никаких причин для расставания у нас нет. Наверное, зря я это сказала.

Я не знаю, что тогда толкнуло Наташу на откровения — попытка подкинуть мне эту самую причину или, как она сама уверяла, желание предостеречь меня от неожиданных сюрпризов… но второе не сработало — сюрприз ударил меня наотмашь. Правда, Наташка сразу же сделала попытку оправдать Генку — мол, возможно, он и ни при чём, но лучше бы знать наверняка, потому что я заслуживаю правды.

Я уже не помню, как прощалась с Наташей, тогда я будто оглохла, а в голове, причиняя страшную боль, пульсировала лишь одна мысль — Генка меня обманывает.

— Что с лицом? — поинтересовалась Диана после того, как я сбросила вызов.

Мои глаза мгновенно наполнились слезами, и я с горечью выдала новость:

— Генкина бывшая девушка б-беременна.

— С девушками иногда такое случается, — невозмутимо констатировала Диана.

— Я г-говорю о Генкиной бывшей девушке, — я невольно повысила голос.

— А я уверена, что большинство его бывших девушек уже стали мамами… но это, скорее, повод для радости, а не для слёз. В чём проблема, Стефания?

— Они жили вместе до того, как он улетел в Париж. А п-перед Новым годом Генка сказал, что расстался с этой Сонькой. Я правда п-поверила, а она… она потом п-приехала в аэропорт его п-провожать. Понимаете?.. Зачем она п-приехала, если они расстались? А меня он просил не п-провожать его… а я всё равно п-приехала и увидела, как они обнимались.

— И как всё это прокомментировал Гена?

— Никак. Я его ни о чём н-не спрашивала, — пролепетала я, ощущая себя полной идиоткой. — Кирилл сказал, что это ничего не з-значит, и чтобы я верила Генке… и я ему верила. Господи, какая же я дура!

— Знаешь, всё, о чём ты рассказала, ещё не делает твоего Гену причастным к беременности этой девушки. А то, что она приехала в аэропорт, говорит лишь о том, что эти двое расстались не врагами.

«Какое мудрое замечание!» — с раздражением подумала я и выбросила убийственный козырь:

— Но эта п-пузатая Сонька до сих пор живёт в его доме!

— В Соколиках? — брови Дианы взлетели вверх. Ну хоть какие-то эмоции, а то я уже почувствовала себя истеричкой, раздувшей из букашки крокодила.

— Нет, не в Соколиках, — я шмыгнула носом и прихватила со стола несколько салфеток. — Она живёт в т-том доме, к-который для них снимал Генка.

— Но, возможно, ей нравится этот дом, и теперь она продолжает арендовать его без участия Гены, — теперь Диана заговорила очень мягко, призывая меня прислушаться к логике.

Ох как же у неё всё просто!

— Звучит логично, — вынужденно признала я, — но в жизни так не б-бывает.

— Поверь, Стефания, чего только не бывает в этой жизни. Но чтобы знать наверняка, тебе всё же следует спросить об этом Гену.

— Я не могу. То есть… если я узнаю, что он меня обманывал, я не с-смогу с ним оставаться. А ему сейчас и так тяжело и нервничать нельзя. Я правда не п-понимаю, что мне делать.

— А думаешь, ему станет легче, если ты будешь на взводе? Стефания, просто расскажи ему обо всём, что тебе известно, и выслушай его самого. Возможно, правда рассеет все твои подозрения.

«Или раздавит меня», — подумала я и решительно настроилась на сложный разговор.

Глава 78

Гена, ты уже придумал, как назовёшь своего ребёнка?

Ой, мы с Дианой случайно заглянули в магазин для новорождённых, и я не удержалась и купила пинетки. Ты удивишься, насколько они крошечные, когда с тебя снимут повязку. Они даже меньше, чем твои вытаращенные глаза!

А вот тебе, Геночка, задачка. У Соньки было два арбуза. Потом она угостила ими Генку, и арбузов стало три. Вопрос на засыпку: откуда взялся у Соньки третий арбуз?

Ах, богата воронцовская земля Цветаевыми! Бросил семечко в благодатную почву — и вуаля — готов цветочек.

Много яда скопилось на моём языке, пока мы с Дианой возвращались в клинику. Но Генка встретил нас в таком хорошем настроении, что мне стало совсем кисло. Мне очень не хотелось портить вечер, но подозрения уже начали меня отравлять, а значит, я всё равно сорвусь. И тогда будет только хуже.

Зашла я издалека (язык бы мне вырвать!). Бодро прочирикала Генке, что Наташка сейчас в Париже, передаёт ему привет и очень за него переживает. Бедный Генка аж с лица спал.

— То есть как переживает? Она что, в курсе? — ошарашенно прохрипел он. — Но откуда?

Говорю же, беда с моим болтливым языком.

— Не знаю… н-наверное, ей Эллочка сказала, — ляпнула я сдуру.

— А Эллочка откуда знает? — прорычал Генка и слепо зашарил руками по кровати. — Где мой телефон? — а нащупав мобильник, протянул его мне. — Стефания, набери-ка мне Жеку.

А бедняга Женя ни сном ни духом. Накупив себе в ближайшем супермаркете деликатесов, он направлялся в свой номер в отеле, но не дошёл. Так и вернулся к нам — голодным и с полным пакетом провизии. Вот тут-то всё и началось.

Кажется, парни забыли о моём присутствии, потому что в выражениях не стеснялись.