Улыбка Амура - Ирина Леонидовна Касаткина

Но как в ней жить − без него? Невозможно представить!

Зазвонил мобильник. Ткнув нужную кнопку, она его вырубила и отключила городской. Мама не позвонит, а больше ей никто не нужен.

Всю ночь она пролежала с открытыми глазами. Слез не было. Она всматривалась глубину своего несчастья и не видела дна. Только под утро она слегка забылась неверным сном, из которого ее выдернул длинный звонок. Она взглянула на часы. Было шесть часов утра. Звонили в квартиру. Мама! − вспыхнуло в мозгу, и она одной сорочке кинулась к двери. Но за ней оказались бабушка с дедушкой.

− Почему не работает телефон? − хором закричали они. − Что у вас тут?

− Телефон я отключила, − хмуро ответила бледная, как мел, внучка, − мама в больнице. Заходите, чего вы стоите на пороге?

− В больнице? Что с ней?

− Отравилась. Выпила целый пузырек но-шпы.

− Отравилась? Ах, негодница! − всплеснула руками Зарочка. − Все-таки отравилась! В какой она больнице?

− В центральной городской.

− Поехали, Артурчик. Отравилась! Грех какой! Девочку одну захотела оставить. Вот я ей задам!

− Ба, она в реанимации, вас туда не пустят. Не меньше трех дней там будет. Мне Наташа скажет, когда ее переведут в палату.

− А где Олег?

− Наверно, у своей новой жены. Все правда, ба. Он нас бросил.

− Где она живет, знаешь?

− Нет. − Настя и в самом деле не знала, где живет Лялька, знала только, что где-то рядом с институтом. − А зачем вам?

− Как зачем? Поговорить! Пристыдить его! Может, одумается?

− Не одумается. Она ребенка ждет.

− Ребенка? А ты что, котенок? У него семья, дочь! Он такой пост занимает! Должен чувствовать ответственность!

− Ба, это бесполезно. Даже если он захочет вернуться, мама его никогда не простит. Но он не захочет.

Настя подключила городской телефон и набрала номер больницы. Ей ответили, что состояние больной стабильно тяжелое, но ухудшения не наблюдается. Все лекарства имеются, ничего приносить пока не надо.

− Поехали с нами, внученька? − Бабушка умоляюще прижала руки к груди. − У меня душа не на месте, что ты здесь одна! Наташа позвонит, если что. Поехали!

− Нет, ба, не поеду. Пойду в больницу, может, удастся пройти к маме. Что я у вас буду делать? Я там места себе не найду.

− У тебя хоть деньги есть?

− Есть, в буфете. Мне хватит. Может, отец за вещами придет, я их собрала. Там в прихожей чемодан и узел.

И она тяжело зарыдала.

− Господи, горе какое! − заплакала следом Зарочка. − Бедные вы мои! Как у него, ирода, совести хватило такое сотворить? Бесстыдник! Ну, ничего Бог его накажет, он все видит! Ты больше не отключай телефон, а то мы с ума сходим, а дозвониться не можем.

− Ладно, не буду.

Глава 51. Отец

Наконец, они уехали. Настя прибрала постель, направилась в ванну. И тут зазвонил городской телефон.

− Котенок, надо поговорить. − Голос отца звучал сдавленно, как будто он охрип. − Я сейчас приду.

− Нет! − крикнула Настя и бросила трубку. Затем стремительно оделась и, схватив сотовый, вылетела из квартиры. Не то, что видеть отца, − ей было невыносимо даже думать о нем! Ей казалось, что тогда с ней случится что-то ужасное, − что она закричит, набросится на него с кулаками, или просто умрет от разрыва сердца. Пусть он забирает свои вещи и уходит, чтобы больше никогда-никогда его не видеть! Ну, может быть, потом, когда-нибудь, когда мама поправится и все как-то успокоится. Когда под ногами появится хоть какая-то опора. Но не сейчас, когда так больно, что хочется кричать.

Надо срочно поменять номер сотового, подумала она, и сообщить его только бабушке и Наташе, − и маме, если ей станет лучше.

Когда она покинула офис телефонной станции, был уже полдень. От Натальи узнала, что мать в прежнем состоянии: лежит под капельницей и ни на что не реагирует. Врачи говорят, что навещать ее сейчас бесполезно, нужно время. Понемногу должна прийти в себя

− Настя, сегодня же выпускной, − напомнила подруга. − Ты пойдешь?

Выпускной? Боже мой, она совсем забыла! Хотя − какой выпускной? Забрать аттестат и уйти? Нет, даже на это у нее не хватит духу, − еще разревется там при всех. Заберу завтра, решила она, скажу, что заболела. Нет, зачем врать. Скажу, что мама в больнице и мне не до этого.

− Не пойду. − Настя изо всех сил старалась не заплакать. − Аттестат заберу потом.

− Настя, выпускной бывает раз в жизни.

− Наташа, ты соображаешь, что говоришь? Какой мне выпускной?

− Да, конечно, − согласилась Наташка. − А что Вадим? Он знает?

Вадим? − подумала Настя. Ох, как мне плохо! Вадим уже улетел. Его нет, и больше никогда не будет. И это правильно. Можно потихоньку его забывать, чтобы больше не испытывать этот жгучий, нестерпимый стыд. Хорошо, что об этом знают только он и она. Он, конечно, ничего не забудет, но будет молчать, − и она будет молчать тоже. Больше он не позвонит, потому что − как можно любить после такого позора? После такого даже уважать невозможно, − какая там любовь.

− Он улетел. Насовсем. Между нами все кончено, − сухо ответила она. − Больше никогда не спрашивай о нем.

− А что случилось? − не унималась подруга.

− Я повторяю: не спрашивай! Никогда! Если не хочешь сделать мне больно.

− Хорошо-хорошо, не волнуйся. Что будешь сегодня делать?

− Не знаю.

− Приезжай ко мне.

− Ты же уйдешь на выпускной.

− Ну и что? Побудешь у меня. Мама дома. Поговоришь с ней. Все не одна.

Настя представила, как они с Беллой Викторовной сидят и обсуждают свои несчастья. Нет, этого ей совсем не хочется. Поблагодарив подругу, она отказалась. Пожелала ей хорошо повеселиться и поехала домой. Настя очень боялась столкнуться там с отцом, но к счастью он уже ушел. Его вещей в прихожей тоже не было. Испытывая сразу боль и облегчение, Настя прошла к себе, села на диван. Вдруг у нее закружилась голова, и стены поплыли по кругу. И тут она вспомнила, что за весь день во рту не было ни крошки, даже глотка воды. Вот почему меня тошнит, подумала Настя, надо что-нибудь пожевать. Только ничего не хочется.

Она пошла на кухню, выпила чашку