Эпоха героев - Нира Страусс

Празднество замерло, когда в зал вошёл Оберон и Компания. Особенно — Оберон и его рога. Все новоприбывшие существа когда-то принадлежали к Двору Паральды, а значит, их души откликались на присутствие короля фэйри.

Оберон вскинул руки:

— Без реверансов, без рыданий. Просто продолжайте веселиться, пожалуйста.

В какой-то момент ночи Ойсин подал мне знак.

— Лейли, я знал: если кто и способен ступить в Иной Мир и вернуться, так это ты.

Я улыбнулась ему тепло.

— Спасибо большое.

— Я слышал об Орне. К несчастью, ни одно из моих испытаний с ней не дало результата. Что бы там ни было, что позволяет ей убивать демонов…

— Я поняла.

Я рассказала ему свою догадку: что Орна — плод деяний Теутуса, выкованная из прежнего зачарованного меча и предательства.

— Меч крови, — прошептал Ойсин. — Логично. Зачарованные клинки уникальны и непостижимы. Жаль, что теперь мы не можем на неё рассчитывать. Настоящая жалость.

Да, так и было. И не только из-за её силы, но и из-за неё самой. Я скучала по этой упрямой мечнице.

— У меня есть и твой заказ. Я закончил его вскоре после того, как вы с драконом исчезли.

Я снова залилась краской, как в тот день, когда просила его об этом.

— А. Спасибо.

Он протянул мне деревянную коробочку, легко умещавшуюся на ладони.

— Вот тебе совет кузнеца, которого никто не спрашивал: ноги унесут тебя туда, где твоё сердце.

Ну, этот я поняла куда лучше, чем первый. Я рассмеялась.

— Учту.

Он дал мне ещё пару указаний и ушёл.

К своему удивлению, я нашла Мэддокса сидящим между Персиммоном и Мидоу, с кривой усмешкой слушающего их байки. Уж если бы пришлось ставить, то я бы поставила, что они рассказывают о времени, проведённом в Анисе с Волундом.

Но стоило мне открыть рот, его взгляд поднялся и нашёл меня. Вспыхнул мгновенно. Мои узы защекотали, до меня дошло его желание, то, как прекрасна я для него, и счастье.

Его собеседники тяжело вздохнули.

— Пошли, Перс, тут запахло драконьим брачным гнездом.

Я проводила их взмахом пальцев. Обошла стол и подошла к своему спутнику, который тут же притянул меня к себе.

— Можно я украду у тебя пару минут праздника?

— Мы уже решили, что из тебя отличный вор.

Он поднялся и положил ладонь мне на поясницу. Каэли и Гвен заметили нас и состроили такие рожи, какие я ни за что не хотела бы видеть у своей младшей сестры. Она слишком много времени проводила с воительницей.

Я уже успела привыкнуть к дворцу. И без давления Тэу Биадха, тяжёлых нарядов и толпы человеческих вельмож вокруг я смогла по-настоящему оценить его красоту и вспомнить то, что слышала когда-то: что Триада строила его, думая о доме. Возможно, давным-давно тёмный замок, который я видела в Ином Мире, был чистым и светлым. Домом отважных и магических Туата.

— Мне нравится твой наряд, — заметил Мэддокс, дёрнув за подол моей юбки.

— Я всё ещё не нашла здесь женских брюк.

Я провела ладонью по мягкому льну. Неплохо. Кремового цвета, без излишних украшений; я могла заправить внутрь блузу и подпоясать поясом с ножнами и сапогами. Странное сочетание, но мне было удобно.

— Гвен может принести тебе из Академии.

— Я не подумала. Спасибо.

Дракон посмотрел на меня с любопытством.

— Что с тобой? Почему ты выглядишь нервной?

— Я не нервничаю.

Ну конечно, значит, вибрации, от которых мои узы сходят с ума, исходят от моей другой спутницы, — пробормотал он у меня в голове.

Я зыркнула на него, но промолчала. Это только шире вытянуло его улыбку.

— Интересно начинается.

Он начал догадываться, куда я его веду, когда мы поднялись по лестнице и направились в крыло для гостей. Я повернула ручку одной из дверей и вошла в комнату, что была выделена мне, когда я притворялась Плюмерией.

Очень особенная комната.

Я сразу подошла к картине Костолома и провела пальцами по верхнему правому углу, открывая один из тайных проходов. Тех самых, которыми девчонки Ронана пользовались, чтобы воровать во время Лугнассада.

Нас встретили тьма и запах сырости.

Мэддокс удивлённо приоткрыл рот.

— Ничего себе. Во всех комнатах есть потайные ходы?

— В этом крыле — только в этой.

Он покачал головой.

— Ты меня поражаешь.

Я щёлкнула тьмой у него за шеей, и он рассмеялся. Мы поднялись по винтовой лестнице, в этот раз держась за руки, пока не оказались на крыше одной из башен. Полукруглый парапет был чуть наклонён, и если бы оступился — ждала бы только смерть.

К счастью, рядом со мной был дракон.

Мэддокс прошёлся к самому краю, уверенный в высоте и своих крыльях.

— Это пробуждает горько-сладкие воспоминания.

— У меня тоже. Раньше. А теперь понимаю, что той ночью впервые в жизни я задумалась о том, чтобы взять в руки меч.

Он резко повернул ко мне голову.

— Что?

— Ты поцеловал мои слёзы после того, как сказал, что отдал бы всё, лишь бы иметь больше времени узнать меня. — Я присела, прижимаясь спиной к башне. — Я думала, тебе осталось всего несколько месяцев, и это было так несправедливо.

Он опустился рядом.

— А мне показалось несправедливым, что ты была такой прекрасной, танцевала с Браном, сидела рядом со мной в сорочке, которую мог бы унести любой ветерок, плакала из-за меня… а я не мог ничего сделать.

Я кивнула и скрутила пальцы на коленях.

— С тех пор произошло так много всего.

Глаза Мэддокса не упускали ни одного моего движения.

— Много.

— И когда я сказала тебе, что моё сердце в ремонте и расширяется, я говорила всерьёз.

— Я знаю.

— Твоя мечта, — пробормотала я. — Больше не сражаться и жить спокойно со мной и Каэли. Она была настоящей?

— Она будет настоящей, ша’ха. Мы это обеспечим. Слушай. — Его ладони обхватили моё лицо, вынуждая смотреть прямо на него. — Ты начинаешь нервировать и меня тоже. Если ты задумала разыграть какую-нибудь драматичную прощальную речь перед тем, что может случиться в Самайн…

— Нет. Всё наоборот.

Я глубоко вдохнула и достала из пояса коробочку, что мне подарил Ойсин. Протянула её ему.

— Рада, что ты не такой наблюдательный, каким себя считаешь, и не заметил её раньше.

Он смотрел на меня несколько долгих секунд, его золотые глаза освещали пространство между нами, а потом он открыл коробочку.

Увидев содержимое, он перехватил дыхание. Я дала ему столько времени, сколько могла выдержать моя нетерпеливость.

— Не знаю, знаешь ли ты, что такое кольца Кладда, —