Шепот в песках - Барбара Эрскин

– И принесла в жертву жизнь человека.

– Нет, Анна. Тот факт, что Энди погиб, когда флакон упал в Нил, – это чистая случайность. Он был сильно пьян. – Тоби сложил письмо и засунул его в конверт. – На самом деле, хотя, конечно, это слабое утешение, я читал, что утонуть в Ниле считалось очень хорошей судьбой. Человек сразу попадал к богам. И вспомни, ведь на том катере не было ни жрецов, ни змеи.

– Не было? – Анна тихо усмехнулась. – Жрец богини Сехмет был у меня в голове, Тоби.

Филлис нахмурилась.

– Мы еще не поговорили о тебе, Тоби. – Она проворно сменила тему. – Давай-ка, расскажи нам во всех подробностях. Как ты живешь?

Тоби улыбнулся. Он выпрямился и шутливо отдал честь.

– Боюсь, что я тоже художник. – Он беспомощно пожал плечами. – Не такой знаменитый, как Луиза, но у меня прошло несколько выставок, и я могу этим зарабатывать себе на жизнь. Также мне посчастливилось получить некоторое денежное наследство, когда умер мой отец, так что я весьма избалован. Я – вдовец. – Тоби замешкался, глядя на Анну. Потом покачал головой и продолжил: – У меня есть мама, но, увы, нет ни братьев, ни сестер, только дядя, который работает консулом в Каире, отсюда и мои связи с этой страной. Я не работаю ни на ЦРУ, ни на мафию. Меня не ищет полиция, как предполагал бедный Энди. У меня есть дом в Шотландии и еще один в Лондоне, в котором сейчас живет моя мама. Моей страстью, по крайней мере до последнего времени, были путешествия и рисование. Чаще всего я езжу самостоятельно, но иногда бываю замечен в таких безрассудных поступках, как поездка на Восточном экспрессе, черт бы его побрал, или как круиз по Нилу. Также я пополнил свой бюджет, издав две книги о путешествиях, и обе были весьма хорошо приняты. – Тоби усмехнулся. – Если я напишу книгу о нашем круизе, боюсь, ее сочтут за фантастику, а меня – за писателя триллеров; или же ей просто никто не поверит! – Он пожал плечами. – Вот и все, пожалуй. Осталось только попросить у Анны прощения за то, что я покинул ее в Абу-Симбеле. Мне до сих пор не подвернулся случай объяснить, что же произошло и почему меня не оказалось рядом, когда она нуждалась во мне. – Тоби покачал головой. – Я встретил подругу моей матери, которая тоже путешествовала, только самостоятельно. Она неожиданно заболела сразу после нашей встречи. Вот почему меня разыскали полицейские, занимающиеся туристами. Они сделали это по ее просьбе. Пока я разбирался с ее делами, Анна уже села на автобус и уехала.

Анна улыбнулась.

– Ты опять был добр к женщине, оказавшейся в беде. Это хорошее оправдание. Ты прощен.

– Вот и хорошо. – Филлис со стоном поднялась на ноги. – Ну что ж, дорогие мои. По-моему, пришло время выпить чего-нибудь крепкого. Можете забирать эти письма, если они вам еще нужны. Забирайте и картину. – Она сделала паузу. – Не хотите? Ну, хорошо. Я буду хранить ваших жрецов в кладовке, как и прежде. – Она засмеялась. Уже около двери она остановилась и оглянулась. – Я еще не сказала тебе, Тоби? Ты выдержал испытание. Я думаю, ты справишься.

Анна усмехнулась.

– Она терпеть не могла моего мужа, – тихо проговорила она. – А также большинство моих старых приятелей. Так что тебе выпала большая честь.

– Я польщен. – Тоби подошел к Анне и наклонился, чтобы поцеловать ее в макушку. – Правда, все идет слишком уж быстро. Я еще не делал предложения. По крайней мере, пока…

– Да и я не ищу замужества. И никогда не буду искать! – резко ответила Анна. – Я независимая женщина, делающая карьеру фотографа. Запомнил?

Тоби кивнул.

– Но не говори этого Филлис. Пока не говори. Не порть ее радость. – Анна взглянула на него, подняв бровь. – О'кей?

– О'кей. – Он снова кивнул. – Мне все ясно.

В Лондон они вернулись очень поздно, но в нижнем этаже дома все еще горел свет. Фрэнсис сидела за кухонным столом и читала.

– Хорошо провели день? – спросила она. – Я сгораю от нетерпения, хочу услышать ваш рассказ. Но сперва… – Фрэнсис помолчала, нахмурив брови. – Я буквально проглотила дневник, Анна, просидев за ним без движения целый день. – Она устало растягивала слова. – И я хочу рассказать тебе нечто весьма странное. Не знаю уж, как ты к этому отнесешься.

Она подождала, пока Тоби вносил коробку с письмами и ставил ее на пол.

– Присядьте оба. – Фрэнсис закрыла дневник и с минуту сидела молча, уставившись на скатерть на столе.

Они сели по обе стороны от Фрэнсис, переглянулись и выжидательно посмотрели на нее. Анна почувствовала, как ее охватила тревога. Привлекательное лицо Фрэнсис, обычно такое спокойное, теперь было взволнованным.

– Главный злодей всей истории. Роджер Кастэрс. Знаете ли вы, что с ним было дальше?

Анна пожала плечами.

– Его имя исчезает из дневника после родов Кэтрин. Думаю, он был весьма известной фигурой в свое время. Серина знает о нем кое-что. Даже Тоби слышал о Кастэрсе.

Фрэнсис взглянула на сына и кивнула.

– Он был знаменит. В тысяча восемьсот шестьдесят девятом году он уехал из Египта, путешествовал по Индии и Дальнему Востоку. Примерно через пять лет он объявился в Париже. Он жил рядом с Булонским лесом в старом доме, когда-то принадлежавшем французскому герцогу.

Тоби нахмурился.

– А ты-то откуда все это знаешь?

Фрэнсис подняла руку.

– Он женился на француженке, Клодетт де Бонвилль, и у него родились две дочери. Одна из них – бабушка моей матери.

Тоби и Анна ошеломленно смотрели на Фрэнсис.

– Вашим предком был Роджер Кастэрс! – недоверчиво проговорила Анна.

– Боюсь, что так. – Фрэнсис пожала плечами. – У него были еще два ребенка от первого брака. Они остались в Шотландии. Старший, Джеймс, унаследовал все владения, но ни у него, ни у его брата не было детей.

– А что случилось с Роджером? – Анна смотрела на Тоби. Он был поражен не меньше, чем она сама.

– Роджер исчез, – ответила Фрэнсис. – Вполне в его духе. Думали, что он вернулся в Египет. Я сегодня просмотрела наши фамильные бумаги и записи. Кастэрс тайно покинул Францию после пяти лет жизни с Клодетт и уехал в Константинополь. Потом он прибыл в Александрию, где прожил еще пару лет. После этого поехал дальше. Насколько мне известно, больше о нем никто ничего не слышал. – Она повернулась к Тоби. – Чтобы предупредить твои вопросы о том, почему ты не знал обо всем этом, скажу сразу. Во-первых, ты никогда не интересовался историей нашей семьи, а, во-вторых, мои родители запрещали произносить имя Роджера в их доме. Я совершенно забыла о нем, пока не наткнулась на его имя в дневнике Луизы. Клодетт привезла детей в Шотландию в надежде воспользоваться его состоянием. Ведь после того, как он уехал, она осталась без средств к существованию. Но братья отказались выделить ей долю имущества, и она поехала на юг Англии навестить сестру Роджера. Сестра, судя по всему, была хорошим человеком. Она помогла Клодетт устроиться в Англии, и в конце концов обе ее дочери вышли замуж за англичан.