Истинная вера - Анна Казинникова

— Вот и все, мальчишка, — выплюнул Шлонце, неспешно поднимая с пола меч и направляясь к павшему принцу. — Голову я заберу с собой. В подарок.

Собравшись с силами, Амелина подползла к Эдварду и встала на колени, преградив дорогу Шлонце. Мыслей о том, чтобы попытаться спастись, не было. Хотя… Мысли, наверное, все же были. Чувство самосохранение шептало, что нет нужды погибать обоим. Что надо спасать книгу — этого ведь сам Эдвард хотел. Он даже приказал ей бежать.

Но одновременно с этим шепотом перед внутренним взором возникал образ молодой рыжеволосой женщины, портрет которой Амелина видела в замке мужа. Аделина Фламм смотрела с укором, заставляя стыдиться собственной мелочности. Эдвард — действительно надежда Королевства. Не станет его, хрупкий мир, едва-едва пустивший корни на многострадальной, залитой кровью земле, будет уничтожен. Сколько людей еще погибнет. Этого нельзя допустить. А еще на ней долг. Долг за поступок отца. И долг адептки «Истинной веры» — до конца оставаться с тем, кто нуждается в твоей поддержке.

Осмыслив это, Амелина облегченно выдохнула. Растерянность сменилась твердой уверенностью в выборе. Страшно — пока не знаешь, что делать. После того, как решение принято, на страхи уже не остается времени. Нужно действовать.

— Это ведь не вы, — произнесла Амелина, пристально глядя на Шлонце. — Вы ведь преданно служили Всемилостивому… — она была готова сказать что угодно, чтобы выиграть хоть несколько мгновений. Кевин наверняка уже спешит на подмогу.

— Я всегда служил себе, глупая девчонка, — усмехнулся приор. — Ты можешь помолиться, пока я закончу с принцем.

— Нет! — срывающимся голосом крикнула Амелина, заслоняя Эдварда собой.

Приор расхохотался. В его смехе не осталось ничего человеческого. Он походил на скрип дверей в опустевшем Фельдорфе. На свист варварских рожков, предвещающих нашествие. На скрежет железа по металлу. В нем не осталось души.

Амелина надеялась, что Шлонце удастся отвлечь, и он снова использует непонятно откуда взявшуюся магию… Меч, рассекающий грудную клетку вместе с фолиантом, которым она прикрылась, оказался неожиданностью. Амелина лишь успела выставить перед собой книгу, которую держала в руках. Удивленно моргнув, она охнула и упала вперед лицом. Последнее, что Амелина почувствовала перед смертью — удар сапогом в бок, заставивший тело перекатиться на спину.

ГЛАВА 21. Истинная вера

Джерард медленно спускался по длинной каменной лестнице, тяжело переставляя ноги и чуть придерживаясь за стену. На людях он не позволял себе проявлять слабость, на деле же едва сдерживался, чтобы не начать тяжело постанывать всякий раз, когда одежда терлась о рану на груди. Ожог заживал медленно. При обычных обстоятельствах Джерарду хватило бы двух недель, чтобы прийти в форму, но после яда беспокойников восстановление шло медленнее. Тело расходовало магический резерв, будто он изо дня в день сражается с восставшими мертвецами. Это дико раздражало. Даже Алекс уже думать забыл, что едва не отправился в эльфийскую долину, а он… В общем, Джерард решил в кои-то веки вести себя благоразумно: побольше спать, есть и не лезть в неприятности. Самой тяжелой нагрузкой, которую он себе позволял, было подниматься и спускаться по винтовой лестнице практически в кромешной тьме.

Больше двадцати лет назад в башне располагались покои юного тогда наследного принца Эдварда. И именно тут произошел первый из череды несчастных случаев, положивших начало разговорам о сбывшемся Проклятье. Погибла няня принца. Доподлинно не известно, что именно случилось. Эдвард был слишком мал, а взрослых, кроме погибшей, поблизости не оказалось. Осматривающие место трагедии Этеры пришли к выводу, что расстроенный чем-то ребенок не смог справиться с магией и случайно направил ее против женщины. По замку поползли слухи, что сделано это было далеко не случайно, и будто дух погибшей до сих пор обитает в башне и нападает на всякого, кто нарушает его покой.

Последние годы покой «призрака» никто особо не нарушал. Пока наследник с оружием в руках отвоевывал трон, замок пришел в полный упадок. И если Амелине худо-бедно удалось укомплектовать штат и навести подобие порядка в остальных помещениях, в этой башне убираться никто не торопился. И за освещением не следили. Осветительные шары давно нуждались в подзарядке. Будь Джерард в форме — сам бы эти дурацкие шары зарядил. А так, тратить кучу сил на манипуляцию, которую любой студент-недоучка выполнит, даже не вспотев, смысла не видел. Надо будет объявить, что призрака он благополучно изгнал, чтобы поводов отвертеться от работы у слуг больше не возникало. А то распустились.

Преодолев несколько последних ступеней, Джерард остановился передохнуть. До библиотеки, где они договорились встретиться с Амелиной, оставалось совсем немного, но следующий отрезок пути придется пройти с гордо поднятой головой, а не скрючившись в три погибели и постанывая от каждого неосторожного движения. Нужно набраться сил. И злости.

Внезапно пальцы на руках начали неметь, наливаясь силой. Типичный рефлекс у магов, когда мозг еще не осознал, но тело уже чувствует возможную опасность. Холод медленно обволакивал, как во время призыва души. Только вот Джерард давно этим не занимался.

У каждого некроманта есть своя особенность, сильная сторона, некое действие, которое дается без обучения. Кто-то чует смерть и иногда способен ее отогнать. Кто-то без усилий поднимает мертвецов, а потом так же легко возвращает их в первоначальное состояние. Джерард говорил с призраками. Не только с теми, которые сами являлись к живым с каким-то посланием или попугать из вредности. Он призывал заблудшие души. Иногда они сами находили его, но такое случалось нечасто. Несколько лет, во время войны, Джерард подрабатывал, помогая родным разыскивать пропавших без вести и, если они умерли, узнать причину смерти.

Давно забытые ощущения вызвали приступ паники. Уже не обращая на боль никакого внимания, Джерард быстрым шагом двинулся в сторону библиотеки, ускоряясь так, что вскоре практически бежал. Остановился он только когда увидел двух убитых стражников. Их переломанные тела лежали метрах в десяти от выбитой библиотечной двери. Одного взгляда на несчастных хватило, чтобы понять, что помочь тут уже нечем. Не теряя времени, Джерард кинулся внутрь.

Сориентироваться получилось не сразу: разбросанные книги, перевернутые шкафы и столы, сломанные стулья — создавалось впечатление, что библиотека стала эпицентром неудачного магического эксперимента. Взгляд заметался, разыскивая Амелину, пока не остановился на Эдварде. Принц стоял, преклонив колени и опустив голову, а над ним, с занесенным мечом, возвышался незнакомец. Незнакомец