Невеста-соперница - Кэтрин Коултер

– Я хочу танцевать с ангелом! – объявил Харви.

– Не выйдет, ангел танцует с моим кузеном Грейсоном, который, возможно, рассказывает ей истории о привидениях. Почему бы нам с тобой не показать этой компании, как нужно танцевать вальс?

С этими словами Джейсон подхватил малыша на руки и стал гигантскими шагами вальсировать по всей комнате.

– Дядя Джейсон, я тоже хочу танцевать! – завопил один из близнецов.

– Танцуй с дедушкой! – смеясь, откликнулся Джейсон и уголком глаза заметил, как отец, держа по внуку в каждой руке, пустился вальсировать, скоро догнав Джейсона и Харви.

Смех лился так же свободно, как шампанское. Дети и взрослые увлеченно танцевали. Веселье вышло на славу, и семья Мелиссы прекрасно ладила с Шербруками.

Через час Джейсон сидел на качелях, прикрыв глаза и лениво отталкиваясь правой ногой. На его коленях, прислонившись головкой к груди, распростерся Харви, наевшийся и уставший от танцев. Неожиданно за спиной раздался мягкий голос:

– Не ожидаю от вас поздравлений, но полагаю, что, придя первой, я имею полное право сказать, что вы прекрасно вели скачку. Правда, не знаю, что именно вы предприняли. Возможно, просто отсиделись в канаве, решив не тратить усилия зря. Кроме того, вы так и не пригласили меня на вальс, единственный из всех мужчин на свадьбе. Конечно, этот поступок не говорит о благородстве побежденного, а я так на это надеялась после вашей улыбки и взмаха рукой.

Джейсон, не желавший будить Харви, не обернулся и объявил в сторону кладбища, расстилавшегося за дальней стеной сада:

– Я всегда веду честную скачку, мисс Каррик. И обычно выигрываю у всех, если не считать Джесси Уиндем. Я постоянно умоляю ее есть побольше, чтобы набрать немного веса, но ничего не получается. Она только смеется надо мной.

Холли и сама рассмеялась, после чего обогнула качели и встала перед темноволосым красавцем, бережно баюкавшим тощего малыша с выпачканным шоколадом личиком.

– Сколько себя помню, всегда старалась посмотреть, как скачет Джесси. Быстрее ветра! – Она помедлила и нахмурилась, глядя на мальчика. – Он слишком худой.

– Верно, но это скоро изменится. Мой дядя Райдер два месяца назад выкупил его у владельца одной фабрики в Манчестере. Парень работал по четырнадцать часов в день, обслуживая прядильные машины.

– Я слышала от родителей Мелиссы о вашем дяде Райдере и всех детях, которых он спас за эти годы. Они считают это весьма странным.

– А вы, мисс Каррик? Что вы думаете о Любимых?

– Какое чудесное имя для бедных детишек! Честно говоря, я считаю вашего дядю волшебником. Он творит с детьми настоящие чудеса. Совсем как вы. Они буквально липнут к вам. Просто поразительно! Видели, как родные Мелиссы вальсировали с ребятишками? Клянусь, отец Мелиссы не танцевал добрых тридцать лет и все же носил на руках малышку лет семи. И столько смеха! Видели бы вы подобные свадьбы в Лондоне, а может, даже и в Балтиморе! Взрослые взирают друг на друга с превосходством, оценивая чужие драгоценности. Кстати, сколько детей взял к себе ваш дядя?

– Понятия не имею. Нужно спросить его или тетушку Софи. В доме одновременно могут жить до пятнадцати детишек.

– По-моему, он очень хороший человек. Видит несчастье и действует. В отличие от большинства окружающих.

– Это верно. Итак, у нас появился еще один мужчина, которого вы одобряете. Список растет, мисс Каррик.

Немного помолчав, она толкнула качели. Харви глубоко вздохнул.

– Я снова заставил вас потерять дар речи?

– Так вы не собираетесь меня поздравлять, мистер Шербрук?

– С чем? С благополучной доставкой подруги к алтарю? Вот на Харви вы произвели неизгладимое впечатление.

– Я едва не уронила букет!

Она вынула из кармана платочек, о существовании которого он никогда бы не заподозрил, и ловко вытерла личико Харви. Заметив неверящий взгляд Джейсона, она коротко пояснила:

– Я сама вырастила четверых. Кстати, видели, как Мелисса вцепилась в Лео в конце церемонии? Я думала, преподобный Шербрук захохочет на всю церковь.

В саду пахло жимолостью и розами, а может, этот аромат исходил от нее… кто знает?

– Помню, когда я был еще совсем мальчишкой, – задумчиво заметил он, – дядя Тайсон очень редко смеялся. Его жизнь была посвящена Богу, а Богу, по всей видимости, было интересно слушать только о бесконечных грехах и отклонении с пути праведного. Господь дяди Тайсона не верил в смех, во всяческие развлечения и простые человеческие удовольствия. Но потом он встретил Мэри Роуз. Она внесла в его жизнь и в его церковь Господню любовь и всепрощение, а ему подарила смех, покой и бесконечную радость.

Он немного помолчал и уже другим, хриплым голосом добавил:

– Я и понятия не имел, как тосковал по родным, пока не увидел их всех сегодня, рядом с собой. А моя тетя Мелисанда, которая всегда гладила меня по щеке и называла своим зеркалом! На этот раз она обнимала меня до тех пор, пока дядюшка Тони ее не оттащил. И в ее глазах стояли слезы.

Почему он говорит ей все это? В конце концов он вышел победителем, и, узнав все, она захочет воткнуть ему нож под ребро!

Харви всхрапнул, и Джейсон машинально сжал руки и стал укачивать мальчика.

– Вы весьма красноречиво распространялись о своем дяде Тайсоне.

Он пропустил похвалу мимо ушей, чувствуя себя последним глупцом за неуместную откровенность.

– Почему я должен поздравлять вас, мисс Каррик?

Она совсем позабыла о своей победе, о своем абсолютном триумфе. Но сейчас вспомнила!

– Естественно, потому, что я отныне новая владелица Лайонз-Гейт.

Джейсон перестал раскачиваться и взглянул в лицо, которое превзошло бы в сравнении лицо Елены Троянской.

– Нет, – спокойно возразил он, не понимая, что за игру она ведет. – Это я – владелец Лайонз-Гейт. Если желаете убедиться, что я не лгу, могу показать купчую. Она у меня в кармане.

Холли испуганно встрепенулась:

– Что вы такое говорите? Это просто невозможно, мистер Шербрук! В моем ридикюле лежит законная купчая. Сейчас поднимусь в спальню и принесу. Ваша шутка не смешна, сэр.

– Но я никогда не шучу в столь важных вещах, мисс Каррик. Я поехал в Лондон, встретился с поверенным Томаса Ховертона и купил поместье.

– В этом случае все ясно, – просияла она, готовая заплясать от счастья и разбросать по саду розовые лепестки.

Свет победы вновь засиял в ее глазах.

– Впрочем, я и не сомневалась.

Ее улыбка стала еще шире. Джейсон свел брови:

– О чем вы? Что вы сделали?

– Я знала, где сейчас Томас, – у своей тетки Милдред в Верхнем Далленби, всего в двадцати милях отсюда. Поехала туда, и мы пришли к соглашению. Лайонз-Гейт – мой.