Невеста-соперница - Кэтрин Коултер

– Полагаю, вы можете попробовать. Конечно, при этом джентльмен оказывается в невыгодном положении, поскольку не считает возможным ответить тем же. Но у вас острый язык, мисс Каррик, и, если не ошибаюсь, злобный нрав, а в отношении женщин я редко ошибаюсь.

Если не считать одного-единственного раза…

Знакомая боль сжала сердце. Один-единственный раз он был чертовски слеп… нет, он не станет об этом думать. Все давно в прошлом. Он снова дома и уверен, уверен, как никогда: никто его не винит. Но сумеет ли он сам когда-нибудь простить себя за то, что наделал? Вряд ли.

Он вскинул глаза, гадая, как она будет выглядеть не с косой, а с рассыпавшимися по плечам ослепительно золотыми волосами. Если он верно понял, она сильно обижена. Обижена? На что? Он что-то не так сказал? Нет, невозможно! Только не эта тигрица, негодница, рот которой давно следовало бы заткнуть, чтобы не слушать ее ядовитые уколы.

– Может, вы станете лучше относиться ко мне, если будете знать, что ни одна девушка еще не пыталась лягнуть меня или рыдать в углу за пальмой в горшке из-за моей жестокости.

– Все потому, что нет той женщины, которая не мечтала бы оказаться в ваших объятиях, – деловито заметила она. – Но довольно похвал, иначе вы станете еще более тщеславным и спесивым, чем теперь. Лучше послушайте меня. Признаюсь, я встревожена. То есть, поскольку Томас продал мне поместье, я настоящий владелец, и это точно, но вся история с поверенными мне не по душе.

– Как я уже говорил, мисс Каррик, на продажу выставлено немало поместий, и каждое вы вполне способны купить. Но это единственный участок, расположенный вблизи от моего дома.

Он ненавидел споры, в которых каждая сторона была по-своему права. Но не стал ничего говорить и вместо этого спросил:

– Знаете, что ваше имя рифмуется с именем моей невестки?

– Корри. Холли. Да, почти. Кстати, она очень умна.

– Почему вы так считаете?

– Но это очевидно. О, понимаю: как мужчина, вы предпочитаете не замечать наличие мозгов у женщин; даже если это обстоятельство бросается в глаза. У них с мужем прекрасные отношения.

– Да, она любого убьет за Джеймса.

– Как Мелисса – ради Лео.

– Очевидно.

– Да вы босой, мистер Шербрук. И халат на вас уже давно превратился в лохмотья.

– Это халат кузена Грейсона. Я не успел собраться. А вот вы выглядите как десерт с взбитыми сливками, мисс Каррик: мягкая, воздушная и… персиковая.

– Да, этот пеньюар подарила мне тетя Эриел, когда думала, что я выхожу замуж за…

Она с размаху запечатала рот ладонью, с ужасом глядя на собеседника. Господи, идиотское признание просто слетело с ее языка!

Холли отступила, судорожно сжимая края пеньюара цвета персика, но в волнении так туго натянула его на груди, что Джейсон мог свободно любоваться ее прелестным телом в серебристом лунном свете.

Теперь он уничтожит ее: она сама дала ему в руки мощное оружие!

Но Джейсон всего лишь задумчиво хмыкнул и промолчал.

Она продолжала пятиться, пока не наткнулась спиной на куст вьющихся роз. И должно быть, напоролась на шип, потому что поспешно отскочила. И, не вынеся мучительного ожидания, взорвалась:

– Что же, давайте издевайтесь, вам же не терпится, я все вижу!

– Вовсе нет. Итак, мой отец поговорит с родителями Мелиссы, поскольку вы находитесь на их попечении.

– Я вовсе не на их попечении, черт бы вас подрал!

– Но ведь вы их гостья, не так ли?

– Полагаю. Но в любом случае я собиралась завтра же вернуться в Рейвенсуорт. Теперь все отменяется.

– Отменяется, – согласился Джейсон. – Завтра вы вместе с нами едете в Нортклифф-Холл, а оттуда – в Лондон. Мой отец пошлет к вашему дяде слугу с запиской.

– Договорились. Я хочу, чтобы все решилось как можно быстрее. Хочу переехать в свое поместье.

– Вряд ли вы собирались жить в Лайонз-Гейт одна. Вы молодая леди… довольно молодая…

– Знаете, я как-то не подумала об этом, – медленно выговорила она. – Все происходило в такой спешке. Необходимо решить, кого выбрать в компаньонки. Моя тетя Эриел наверняка мне поможет.

– Как насчет моей бабушки?

– Я не знаю ее, но разве она не ужасно стара?

– О нет, ей нет и восьмидесяти одного. И она все равно откажется. Терпеть не может женщин, если не считать моей тети Мелисанды. Я просто шутил. Однако поиски компаньонки не будут проблемой, потому что вы не переезжаете в Лайонз-Гейт.

– Жаль, что вы не желаете сдаться, мистер Шербрук. Я купила поместье у владельца. Все сделано и подписано.

– У меня такое чувство, что Томас предпочтет сделку, заключенную через поверенного.

– Почему?

– Потому что деньги, поступившие к мистеру Кларку, будут спрятаны от кредиторов надежнее, чем те, которые перейдут прямо к Томасу Ховертону. Хм… интересно, что скажет сам Томас, если это окажется правдой?

– Не может быть! Вы все это придумали. Деньги в любом случае получит Томас.

– А вот это мы еще посмотрим! Идите спать, мисс Каррик, – посоветовал Джейсон, угрожающе нависнув над ней. – Кстати, Джесси Уиндем выше вас ростом.

– Такое бывает. Может, Джеймс Уиндем выше вас! В Америке все растет на удивление быстро.

– Вот так-то лучше, мисс Каррик, – улыбнулся он. – Лайонз-Гейт – прекрасное поместье, но раскроет свой потенциал только в руках сильного, дальновидного человека. И этот человек – я, мисс Каррик.

– У вас кровь на ноге, мистер Шербрук. Такой сильный человек и сражен острым сучком! Ничего не скажешь, силач!

Джейсон протянул руку и легонько коснулся кончиками пальцев ее подбородка. Твердого, очень решительного подбородка.

– Сдавайтесь лучше вы, мисс Каррик. Возвращайтесь в Рейвенсуорт. Купите что-нибудь поблизости.

– Доброй ночи, мистер Шербрук. Если меня найдут мертвой под плетями жимолости Мэри Роуз, будьте уверены, что в преступлении обвинят либо вас, либо кого-то из ваших родных.

– О, если бы мы взялись за дело, вы бы просто исчезли, мисс Каррик. Не забывайте о бочонке из-под сельди.

Джейсон лихо отсалютовал ей и вернулся в дом, пытаясь не хромать, даже когда наткнулся на очередной сучок.