Месяц надежды - Александр Бушковский

– Женская логика на многое распространяется. Не хотелось бы мне, чтобы на меня смотрели как на Золушку. У вас, мужиков, логика другая. Я сколько раз видела. Едет черт знает на чем, даже на «Победе», на «Москвиче», которому полсотни лет, и ничего, веселый, с таким видом, будто весь мир у него в кармане.

– Да уж, мы такие, – заявил он и подумал, что неплохо было бы купить ей какую-нибудь хорошую, нулевую женскую машинку.

Но ведь она не возьмет такой подарок. Он уже понемногу начал чувствовать ее.

– Оля, сбрось до тридцати, – сказал Алексей. – Вон там, слева, синюю с золотом вывеску видишь?

– Ага.

– Мимо нее дорога проселочная. Вот нам туда. Так, сзади никого.

– Я вижу.

– Пропусти джигита на джипе, очень уж он прет, и сворачивай туда, на ту дорогу.

Она дисциплинированно включила поворотник, хотя, на его взгляд, могла бы сделать это и чуть попозже, съехала с асфальта и заявила:

– Ах, вот оно что. Шашлычная…

Полукруглая вывеска красовалась на двух железных столбиках. Сверху полукругом шла надпись «Золотой шампур», а ниже очень реалистично, в три краски, был изображен шампур с шашлыком, исходящим аппетитным паром.

– Ага, – сказал Алексей. – Причем отличная. Ты будешь смеяться, но и ее мы с Пашкой строили в позапрошлом году. А вывеску Васька Сомов рисовал, небездарный художник. Тот, что свою машину золотыми рыбками сплошь изрисовал. Может, видела в городе?

– Несколько раз. И пару картин его видела.

– Знатоки говорят, способный парень. У меня одна есть, очень уж понравилась. Теперь все прямо и прямо, так в ворота и упремся. Время самое подходящее, а то мы после завтрака только по чебуреку съели. Их к кулинарным шедеврам не отнесешь. Это я как старый повар тебе говорю.

– А там шедевры?

– Ну, шедевры не шедевры, а шашлыки отличные. Когда в Дивный по делам мотаюсь, всегда тут обедать стараюсь. Вообще, место у знающих людей популярное.

– Я о нем и не слышала.

Алексей усмехнулся и заявил:

– Значит, кому-то было лень тебя сюда возить.

«Или жмотничал, – добавил он мысленно. – Даже у самых красивых девушек кавалеры порой бывают жуткими жмотами».

– Ага, приехали. Возле крайней машины паркуйся.

Перед ними был длинный зеленый забор из штакетника человеку по пояс, за которым, за широкими распахнутыми воротами виднелись домики с зелеными крышами. Над этими воротами красовалась увеличенная копия рекламного щита, а вдоль забора выстроились как по линеечке десятка два машин.

– Вот про это я и говорила, – сказала Ольга чуть грустно. – Золушкой себя чувствуешь.

Особо уж роскошных тачек тут не наблюдалось, но все как на подбор были импортного происхождения – несколько джипов, пара «Мерседесов», пусть и не «шестисотых», но довольно новых. Их ужас отечественного автопрома оказался единственным таким средством передвижения.

– А наплевать, – сказал Алексей уверенно. – Как выразился бы американский человек, деньги у меня того же цвета, что и у них.

Ольга аккуратненько припарковалась возле бежевого «Мерседеса», где два человека явно кавказского обличья листали какие-то бумаги. Алексей отметил краем глаза, что когда Ольга выбралась из машины, они оторвались от своего дела и проводили ее теми самыми взглядами, за которые кавказским людям почему-то всегда хочется надавать по роже, причем качественно. Это был пустячок, не стоящий особого внимания. Он уже привык к тому, что мужчины частенько провожают Ольгу взглядами, и ничего удивительного в этом не видел.

Слева от ворот на деревянной подставке в виде буквы «А» стоял довольно большой и высокий деревянный щит, сверху донизу покрытый надписями и цифрами, исполненными весьма раскудряво.

– Тоже Вася Сомов, – сказал Алексей.

– Ага, я поняла, – произнесла Ольга. – Это они на западный манер устроили, да? Чтобы каждый, еще не заходя, сразу видел, что тут почем?

– Так оно и есть, – подтвердил Алексей. – В ногу с Западом шагают, веяния перенимают. Как тебе ассортимент?

– Фантастика!.. – сказала она, вчитавшись в меню. – Из баранины, свинины, говядины, курятины, крольчатины, оленины, индейки, перепелов, осетрины. Следовало бы ожидать, что и из медвежатины шашлык будет.

– Вот этого лучше не надо, – заявил Алексей. – У нас в области среди медведей давненько уж трихинеллез свирепствует. О деталях промолчу, чтобы тебе аппетит не отбивать. Просто скажу, что есть медвежатину категорически не рекомендуется.

– Понятно. А «шашлык любительский» – это что?

Он беззаботно махнул рукой.

– Проще говоря, ассорти. По кусочку всякого мяса на один шампур нанизано. Тебя такое привлекает?

– Как-то не особенно. Я бы что-то одно съела.

– Осетрину, а?

– Ага, – призналась она. – Так-то я пробовала, но шашлыка из нее – ни разу.

– Будет тебе осетрина.

– Вот только цены…

– Ольга Петровна!.. – сказал Алексей убедительно. – Я тебе еще в «Хачапури» говорил, что цены – не твоя забота. Они тут, конечно, повыше городских, но порции весьма изрядные. Точно тебе говорю, съешь два шампура, потом, может, и ужинать не захочешь.

Он не просто ухмыльнулся про себя, даже мысленно похохотал. Потому что «шашлык любительский» и в самом деле был рассчитан на особого посетителя, готовился из бараньих яиц. Но Ольгу посвящать в эти гурманские тонкости, пожалуй, не стоило. Чего доброго, аппетит напрочь отшибет. Сам он к такому деликатесу относился спокойно, но попробовать почему-то никогда не хотел.

Они вошли в ворота. Теперь Ольга рассмотрела, что это не домики, а натуральные беседки: на бетонных фундаментах, окруженные невысокими балюстрадами из красиво обточенных столбиков. Их тут было десятка два, и все они оказались заняты разными компаниями, как шумными, так и вполне спокойными. Из динамиков, надежно укрытых где-то, лилась приятная негромкая музыка.

– Все занято. Нам и пристроиться негде, – сказала она растерянно.

– Не гони лошадей, Ольга Петровна, – заявил Алексей и усмехнулся.

Навстречу им вышел человек лет сорока в белоснежной поварской куртке. Ольга сразу увидела в нем что-то немножко необычное. Сам светловолосый и светлоглазый, но лицо не славянское, а, такое впечатление, чуточку кавказское.

Мужчины пожали друг другу руки.

– Здравствуй, Алеша, – сказал человек в белом.

– Здорово, Сосланбек. Ну и как, стоит твоя ресторация?

Человек блеснул великолепными белыми зубами и заявил:

– Алеша, то, что ты строишь, сто лет стоять будет.

– Знакомься, это Оля.

– Сосланбек. – Хозяин заведения прижал руки к груди и поклонился. – Алеша, хорошо, что заранее позвонил, а то я не знал бы, что и делать, как вас принять.