Раздвоение соседки - Лина Филимонова

- Чего?!

Я треснула его полотенцем, лежавшим у меня на коленях. Как-то само собой получилось... Попала по плечу и немного по щеке. 

- Ах, ты драться! – возмутился Гоша и запустил в меня куском блина, который держал в руке.

- Едой кидаться нельзя! – завопила я. – Тем более моими блинами.

- Извини.

Я схватила ложку, испачканную медом, и мазнула его по щеке. Он вскочил и плеснул в меня водой из стакана. Я возмутилась и бросила в него тапком. Он поймал его и, с радостной ухмылкой, отправил обратно. Я выбежала из кухни. Он бросился за мной.

- Ах, ты так! – я собиралась схватить диванную подушку и задать ему, но поскользнулась на гладком ламинате. Гоша подхватил меня в тот момент, когда мой нос почти встретился с твердым полом.

- Уф, - выдохнула я. – Ты меня спас.

Он все еще держал меня в объятиях, прижав к себе и обхватив сильными теплыми руками. Хорошо, что он не видел моего лица. Уверена, на нем застыла идиотская блаженная улыбка.

- С чего все началось-то? – спросил Гоша, разжав руки.

А я надеялась, что он будет держать меня в объятиях вечно. Что сейчас у нас случится тот самый момент... Очевидно, его желания совершенно не совпадают с моими.

- Ты обозвал меня недокормышем, - буркнула я.

- Да ну. По-моему, я не так выразился.

- Ладно, прощаю.  

Я пошла на кухню, Гоша – за мной.

- Ты что, правда, на диете? Полблинчика еле осилила.

- Ну...

- Ты чокнутая.

- Сам такой, - огрызнулась я.

- Хочешь стать анорексичкой?

- Даже если и так, тебе-то что?

- Беспокоюсь. Кстати, а твоя сестра знает, что ты моришь себя голодом?

Вот оно. Ради этого он ко мне пришел. Ради этого починил дверь и кран. Я так и знала. Я это чувствовала! Ему нужна не я, а моя несуществующая стервозная сестричка.

Мое приподнятое настроение резко упало на отметку «ниже нуля». Какая я идиотка! Кормлю его блинами, пытаюсь с ним заигрывать – совершенно нелепыми способами. А он все это время ждет подходящего момента заговорить об Анфисе!

Я ничего не ответила на его вопрос о сестре. Потому что разозлилась. Я встала и отнесла в раковину свою тарелку. Потом включила воду и стала яростно тереть ее губкой. Значит, ему нравится Анфиса. Самоуверенная бесцеремонная красотка. Я для него – пустое место!

Через секунду я поймала себя на мысли, что злюсь уже не на Гошу, а на Анфису. Нет, ну а что она? Подлавливает его в лифте, очаровывает, исчезает... Делает все, чтобы свести его с ума. Моя сестра уводит у меня парня! Ладно, он никогда не был моим парнем. Но мог бы им стать! Он мог бы заметить меня, если бы не думал все время об Анфисе.

Э-э... собственно, на кого я злюсь? Осознав, что воспылала ненавистью к самой себе, я не удержалась и хихикнула.

- Я тут подумал...

Гоша доел последний блинчик и подошел ко мне со своей пустой тарелкой.

- Может, ты дашь мне телефон своей сестры?

Ага, конечно. Держи карман шире! Даже если бы я хотела это сделать, не смогла бы. У нее нет телефона. Ее самой тоже нет. Но мне уже не хочется немедленного разоблачения. Я разозлилась и обиделась. И теперь я, так же, как Русалка, хочу увидеть, как у него глаза вылезут на лоб, когда он узнает правду.

Если он узнает ее сейчас, эффект будет не таким мощным. Он, конечно, удивится. Сильно удивится. Но я могу удивить его еще сильнее. Если побуду Анфисой некоторое время, окончательно сведу его с ума, и только потом сорву покровы и маски.

Но это лишь одна причина. Вторая – пока ему нужна Анфиса, он будет общаться со мной. И, может, увидит, что я ничем не хуже...  Может, и глупо на это надеяться. Но я все же надеюсь.

 - Я не даю телефон сестры малознакомым подозрительным типам, - сообщила я. – Она меня просто убьет, если я так сделаю.

- Малознакомым? – Гоша приподнял одну бровь.

- Ну да. Мы же только позавчера познакомились.

- Подозрительным? В чем ты меня подозреваешь, хотелось бы знать?

- В том, что у тебя неблаговидные намерения. По отношению к моей сестре.

- Да ты что! Самые благовидные.

- Это какие?

- Ну... Убьет, говоришь? – Гоша плавно перевел разговор. – Она у тебя строгая, да?

- Строгая? Нет. Просто стерва.

Гоша вытаращил глаза.

- Как-то ты резко о своей сестре...

- Как есть, так и говорю.

Никогда бы не подумала, что он имеет что-то против соблазнительных стерв...

- Так, значит, телефончик не дашь...

- Не дам.

- А давай ты мой номер ей передашь. С просьбой позвонить.

- Передать, конечно, могу... Но заставить позвонить вряд ли.

Анфиса ни за что не будет ему звонить! Она хочет, чтобы он помучился.

- Ты же ее знаешь, скажи, что мне сделать, чтобы...

- Заманить ее в свое холостяцкое логово и обесчестить?

- Что?! Как ты могла подумать? Я не такой!

- Да ладно. Ты тут всего месяц, а я уже видела трех девушек.

- Ты что, шпионишь за мной?

Я громко фыркнула.

- У меня окна во двор выходят. А еще – у нас в доме стены довольно тонкие.

- Ты хочешь сказать, что слышала...

Он смутился. Ну, надо же, он умеет смущаться! Какая прелесть. Ничего я не слышала. У него же через стену не спальня, а гостиная. Но он не знает, что я это знаю. И что никакие звуки до меня не доносились. Поэтому я многозначительно промолчала.

Гоша так застеснялся, что резко засобирался, попрощался и ушел. Надеюсь, он зайдет еще. Ведь он не сможет просто взять и выбросить из головы потрясающую Анфису.