Штормовое море любви - Марион Леннокс

— Над вами. Мне, наверное, придется завести здесь режим тренировок, чтобы вы не страдали. Вы застряли на этом острове не меньше чем на пять дней.

— Я не могу оставаться так долго.

— Грузовой катер придет через пять дней. У Мэриголд целая библиотека любовных романов, а у Дона журналы о рыбалке. Можете пользоваться.

«Роузбад» являла собой жалкое зрелище. Кучка щепок, опутанных водорослями. И радиорубка утрачена безвозвратно. Рауль смотрел на море, по‑прежнему неспокойное, и понимал, что должен благодарить судьбу. Но какова цена?

— Ваш приятель, наверное, очень расстроится.

Том.

Придется купить ему яхту. Сначала он наверняка расстроится, зато очень обрадуется возможности получить новое судно.

— Полагаю, да.

— Яхта застрахована?

— Возможно, я не знаю.

— Вам придется возместить ее стоимость? О, Рауль.

Клэр сочувственно взяла его за руку. Он не решился сказать: «Нет, все нормально. Стоимость яхты ничто в сравнении с моим состоянием».

Да и зачем? М‑м‑м. Затем, что промолчать нечестно.

Может, и так, но Клэр держит его за руку, и ему это нравится. И если уж суждено торчать здесь несколько дней, нет ничего плохого, если она будет считать его равным себе. Вот когда он вернется домой, тогда и станет принцем. Рауль снова вспомнил о дедушке с бабушкой. Им наверняка уже сообщили. Они возмущены, потрясены, в ужасе.

Должно быть, эти мысли отразились на его лице, потому что Клэр крепче сжала ему руку.

— Рауль, не надо так волноваться. Ничего не поделаешь.

— Да, все из‑за моей глупости.

— Но это уже в прошлом. Надо думать о будущем.

— Как вам? Предлагаете подыскать какую‑нибудь скалу и засесть там на шесть месяцев?

— Если хотите, можете воспользоваться этими. Мне они уже не нужны. Смотрите, что это? Ботинок?

Да, его нашел Роки. Пес вилял хвостом от восторга. Рауль неохотно выпустил руку Клэр и пошел посмотреть находку.

Ботинок. Спрятался под кучей морских водорослей.

— Давайте посмотрим, может, найдем что‑нибудь еще.

Дойдя до верхней границы прилива, они нашли второй ботинок. Если их вымыть и высушить, можно, по крайней мере, сбросить тапочки Дона.

— Перед журналистами вы будете выглядеть очень неплохо.

— Какие журналисты?

— Неужели думаете, что вам удастся ускользнуть в Хобарт незамеченным? Шторм, разбитая яхта, два дня в проливе Басса. Слушайте, вы вполне можете продать эту историю таблоидам. Добавьте немного секса, и вам заплатят столько, что хватит на новую яхту для вашего друга.

Добавить секса? Звучит довольно дерзко.

Клэр выпалила это не задумываясь, имея в виду предпочтения таблоидов, никак не соотнося эти слова с тем, что происходит с ними. Почему в таком случае они звенят в голове назойливым эхом? Что в этой женщине побуждает его чувства улавливать нюансы, которых не должно быть? Она одинока, беззащитна, травмирована. Надо видеть в ней только спасительницу. Ему придется находиться рядом с ней, пока они не выберутся отсюда.

Подумай о чем‑нибудь другом. Быстро.

Рауль подобрал обломок доски с регистрационным номером «Роузбад», обдумывая, как отправить сообщение на Большую землю. Он очень старался не думать о женщине, стоявшей рядом, и своих чувствах.

— Хотите бросить в море бутылку с запиской?

Рауль быстро взглянул на нее. Лучше бы она не так успешно читала его мысли, где царила сумятица и вырисовывался образ Клэр, какой он увидел ее впервые, с мокрыми спутанными кудряшками, обрамлявшими лицо.

Клэр.

«Хватит. Не думай об этом». Что она сказала? Бутылка с запиской?

— Я подозреваю, что ваш катер дойдет быстрее.

— Вы правы. Ваши бабушка и дедушка очень испугаются?

И вместе с ними еще полмира.

— Они узнают, что я в самоволке.

Естественно, пойдут слухи. Еще недавно страну взбудоражили сообщения об опасности, угрожавшей трону. Считалось, что она исходит от какой‑то маргинальной группы негодяев. Маретал не относился к числу крупных игроков мировой сцены, однако исчезновение принца могло бы вызвать в прессе шквал самых безумных предположений. Король с королевой будут вне себя. А до прихода катера еще почти целая неделя.

— Вот был бы Интернет, мы бы попытались соорудить детекторный приемник. Один мой приятель так делал.

— Хорошая мысль. Однако у нас нет Интернета, а детекторный приемник умеет только принимать, но не передавать. При наличии Интернета мы бы просто отправили имейл.

— О!

— Однако мысль интересная.

— Не нуждаюсь в вашей снисходительности.

Рауль улыбнулся. Клэр действительно потрясающая. Он решил подыграть ее фантазиям.

— Могу предложить поджечь дом. Если сделать это днем, дым будет виден на много миль.

— Ну да. А если его никто не заметит?

— В этих скалах есть какие‑нибудь пещеры?

— Не знаю, солдат. Да и мы с Роки не согласны спать в пещерах. Нам нравятся удобные кровати. И потом, как объясняться с Мэриголд? Я ведь слежу за домом.

— Это просто шутка.

— Неудачная шутка.

— Согласен.

Они еще какое‑то время смотрели на море. Клэр стояла совсем близко. И очевидно, о чем‑то думала. А думать надо ему.

Его мысли занимала Клэр.

— А если написать SOS посреди острова?

— SOS?

— Например, выложить буквы камнями. Перед домом есть ровное плато. Там и выложим. Возможно, с завтрашнего дня возобновят обзорные полеты для туристов из Хобарта, и какой‑нибудь самолет пролетит мимо нас.

— А они здесь летают?

— Нечасто. Сейчас зима. Вряд ли найдется много желающих платить за полеты, тем более при непредсказуемой погоде это порой бессмысленно.

Рауль задумался. SOS. Насколько это оправданно?

У них все в порядке. Комфортный дом, запас продуктов, позволяющий без труда прокормиться, пока не придет катер.

— Только ради бабушки с дедушкой. Правда, вас могут обязать оплатить затраты по спасению.

Ну, это ему по силам.

Клэр пристально посмотрела на него.

— Вас тревожат не только родные?

Сказать ей правду?

«Я принц, и меня будут разыскивать по всему свету». «Нет, не сейчас», — взмолился внутренний голос.

Клэр считает его ровней. Ей досталось в жизни. С ней обходились как с грязью. Да, она смелая и энергичная, но ведь бежала же на остров. От обиды. Не хотелось бы, чтобы она бежала и от него. Объясниться надо, это ясно.