Наказание для продюсера - Анна Леманн

— Друг, — отвечает она.

Знаем мы таких друзей! И таких подруг, как ты тоже знаем!

— Хорошие друзья у тебя, Роксен, — не скрываю своего разочарования. — Заботливые. Познакомишь? Тоже хочу таких друзей.

— Чего вы добиваетесь? Задайте вопрос прямо и я на него отвечу, — девица начинает злиться. — Зачем крутиться вокруг да около?

— Хочешь прямой вопрос? — спрашиваю, выгнув бровь.

— Да!

Но что спрашивать, если все и так понятно? Спала ли с мужиком ради этого места? Да! Честно ли попала на этот конкурс? Нет!

— Насколько далеко ты готова пойти ради победы? — задаю, по моему мнению нейтральный вопрос, который заставит ее открыть свою личность чуть лучше.

— В рамках закона — на все! — твердо произносит и склоняет голову набок, глядя на меня с вызовом.

А ведь она играет со мной. Сумасшедшая! Я сильнее и опытнее ее. Даже имея смазливую мордочку и точеную фигурку, ей не тягаться со мной, как бы не тужилась.

— То есть и на…

— Нет! — прерывает она меня торопливо. — Я никогда не буду ни с кем спать ради того, чтобы выступать! Я и без постели талантлива, и вы скоро в этом убедитесь.

Самоуверенная, однако! Посмотрим завтра, как ты запоешь — во всех смыслах этого слова.

— Так уж и ни с кем? — во мне просыпается ехидна, что норовит уколоть нахалку.

— Ни с кем! — зло отвечает и смотрит на меня, как на врага народа. — Не спала и не буду!

— Занятно, — увы, но сдержать смешок не получается.

Не спала она… Ну, конечно. И ведь мои коллеги ведутся.

— Влад, прекрати! — недовольно произносит Лаура. — Что с тобой?

— Со мной все нормально, — отвечаю ей и, поднявшись со стула, направляюсь к выходу. — Дальше без меня! Не хочу в спектакле одной актрисы участвовать. Особенно, когда игра бездарна и не уместна.

— Это вы про меня? — спрашивает глупышка, догадавшись, что намекаю именно на нее.

Я уже говорил, что иногда она не глупышка? Если нет, то вот вам доказательство!

— А на кого еще, Роксен? — обернувшись с улыбкой, спрашиваю ее.

— На себя! — встав, произносит она. — Плохо играете нормального человека! Очень плохо! На единицу! Советую еще потренироваться.

— Ну, куда уж мне до твоей игры, о, Великая Рокси!

Ее глаза мгновенно наполняются гневом, буквально загораясь огнем. Маленькие ладошки сжимаются в кулачки, а пухлые губки превращаются в тонкую полоску, насколько это позволяет их объем.

Мягкие такие… Розовые… Интересно, сладкие?

Влад, черт, о чем ты думаешь? Она — любовница Воронцова. Он тебе ноги переломает за одни лишь эти мысли, если узнает о них. Дочь отберет! Центр отберет! Думай о ней, как о конкурсантке. А лучше — вообще не думай. Сейчас уместнее сконцентрироваться на Алиске, которая ждет тебя наверху.

— А мне до вашего высокомерия! Шишки себе смотрите не набейте, — ехидно отвечает, продолжая зловредно улыбаться.

— А ты у нас такая заботливая?

— Очень! Мы, девушки, любим заботиться о несчастных, одиноких и глупых!

— Ну да! Ну да! — откровенно рассмеявшись, соглашаюсь с ней. — Позаботилась уже об одном, — произношу напоследок и выхожу из зала.

Да, скучно не будет. Мне, по крайней мере. Я нашел себе занятие на время всего конкурса. Буду ее злить, наблюдая, как загораются пламенем эти карие глазки. И это рождает во мне ответный отклик, который заставляет присмотреться к ней внимательнее. Зрители любят горячих, эмоциональных певиц и в скором времени они получат одну такую. Главное, не позволять ей выводить меня из себя, а то еще непонятно будет, кто с кем играет. Но раз она хочет играть в игру «Я в конкурс попала честно», то я подыграю.