Опасные любовные связи - Ким Болдуин

Они о чем-то щебетали, а Хэйли то и дело поглядывала через плечо Камеи, как будто проверяя, не ушла ли Домино. Когда все прибывающая толпа гостей скрыла девушек от Домино, она подошла ближе, но теперь держалась сбоку, и наблюдала их в профиль. Похоже, Камее удалось заинтересовать Хэйли – рыжая то смеялась над каким-нибудь замечанием, то кивала и улыбалась.

Объявили о начале ужина, Домино подождала, пока эти двое займут места за одним из больших круглых столов, и села напротив них. Если у Хэйли и были какие-то «подозрения», Домино скоро во всем разберется.

На лице Хэйли было написано приятно удивление, а Домино начинала таять от удовольствия, когда рыжая бестия отвернулась от Камеи, на какие-то мгновения, сосредоточив все свое внимание на Луке.

– И снова здравствуй, – сказала Хэйли, улыбнувшись чуть насмешливо, – Рада, что ты смогла к нам присоединиться. Сделала то, что собиралась?

– Да, уже, – проговорила Домино с улыбкой, – Я не успела сказать: мне, кажется, знакомо твое лицо. Мы раньше не встречались?

– Очень вряд ли, – ответила Хэйли, – Я уверена, что запомнила бы.

И вдруг она, словно бы вспомнила о том, что рядом с ней сидела девушка:

– Лука, это Мишель.

Двое оперативников пожали руки, а Хэйли намеренно добавила:

– Мы только что познакомились.

Другие гости стали занимать оставшиеся за столом семь мест, но внимание Хэйли было приковано к Домино:

– А что привело тебя сюда сегодня?

– Хороший повод, кроме того, я знаю некоторых людей здесь. Я обычно не появляюсь на таких больших мероприятиях, но иногда тебя вот так вытащат, и ты уже сидишь напротив кого-нибудь очаровательного.

Хэйли – на лице ее блуждала довольная улыбка – подалась к ней навстречу через стол, и Домино сделала то же самое, словно желая сократить разделяющее их расстояние.

– Пожалуй, соглашусь с такой оценкой. Так ты реставратор? А с чем ты работаешь?

– Когда как, – сказала Домино, – делаю, что попадется, но чаще всего фрески в церквях и соборах. На самом деле, это моя любимая работа.

Официанты начали сновать, подавая ужин, но это не помешало их разговору. Краем глаза Домино заметила, что Пирс сидел за соседним столом, лицом к ним. Казалось, он увлечен беседой с кем-то, но Домино знала, что он следит за ними неусыпно.

Уже не первый раз за вечер она задавалась вопросом, что же он здесь делает. Он изредка играл какую-либо роль в выполнении задания, но в этот раз его участие казалось необъяснимым, чуть ли не за гранью реальности. Что поручили Камее насчет Хэйли? И почему Пирс не сказал ей, кого они должны встретить?

– Пожалуйста, скажи, что ты в Вашингтоне, потому что живешь здесь, а не просто приехала поесть на мероприятии, – сказала Хэйли между первым блюдом и вторым.

– Да, я живу здесь. Я, кстати, только что вернулась с Мальты, работала там.

– В какой газете ты работаешь? – спросила Камея, чтобы сломать ситуацию, заставляя Хэйли познакомиться с собой поближе.

– "The Baltimore Dispatch", – ответила она, больше для Домино, чем для той, что спросила.

– А что ты там делаешь? – спросила Домино.

– Я репортер.

Всплыли в памяти слова Пирса. Домино не могла понять, почему у журналистки могли быть относительно нее какие-то «подозрения»?

– Звучит заманчиво. А над чем ты сейчас работаешь?

– Ну, сейчас над статьей об этом вечере.

– Это многое объясняет, – Домино старалась казаться легкомысленной и кокетливой.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, все, о чем ты спросила, – объяснила она, – Я надеюсь, все эти вопросы были «не для протокола»? Если нет, то вот тебе стоящая цитата…

– О, я вся во внимании, когда у человека есть что-то интересное сказать. Ну, говори!

Домино помолчала недолго.

– Мечта художника – это чтобы вдохновение само на него снисходило.

Периферическим зрением Домино видела, что Камея смотрит на нее волком, основное внимание было направлено на Хэйли. Домино с удовольствием наблюдала, как та смеется над ее замечанием.

– И к тебе всегда вдохновение приходит именно так? – спросила Хэйли с кривой улыбочкой.

– Нет, это только в порядке исключения, – ответила Домино, – А где ты берешь вдохновение, Хэйли?

– Всегда и везде, – сказала она, – обычно оно приходит, когда меньше всего ждешь. Ну, вот, например, сегодня вечером…

– Что – «сегодня вечером»? Тебя вдохновило что-то особенное?

– Вот именно, – Хэйли улыбнулась чуть шире, и снова стали заметны прелестные ямочки на щеках.

Пока не последовал очередной вопрос, Камея попыталась встрять в разговор:

– А что ты напишешь о сегодняшнем вечере?

– Ты хочешь сказать, помимо интересной цитаты одного художника?… – Хэйли с Домино глаз не сводила, – Обычный скучный бред. Сколько было пожертвовано денег, назову спонсоров, VIP-гостей. Конечно, я бы хотела писать о чем-нибудь более «наваристом», какие-нибудь расследования, или политика, но это обычно уходит к более опытным коллегам. О чем угодно – мне приходится быть предприимчивой.

– А сейчас не работаешь над чем-нибудь в этом роде?

Домино задала бы тот же самый вопрос, если бы незаметный знак со стороны Пирса ее не отвлек. Он встал из- за стола и направился в сторону туалета.

– На самом деле, да. Мне может вот-вот перепасть достаточно крупная работа, – призналась Хэйли, – но пока еще слишком рано говорить.

– Я прошу прощения, – Домино поднялась и последовала за Пирсом. Он ждал ее вне видимости Хэйли.

– Ты ей нравишься. Используй это, – произнес он тихо, когда она была достаточно близко, чтобы расслышать, но он никак внешне не обнаружил, что знает ее, и прошел дальше своим курсом в туалет.

Прежде чем вернуться за стол, Домино подождала пару минут в женской комнате. Пирс скомандовал ей «включить очарование», заставить Хэйли запасть на нее. Домино делала это и раньше, много раз, она была обучена этому в совершенстве, и не нуждалась в пояснениях к таким поручениям. Но это конкретное задание совсем не казалось неприятным.

Официанты убрали посуду после десерта, заиграла музыка, свет был уже приглушен, и несколько парочек направились к танцполу. Камея встала из-за стола, явно намереваясь пригласить Хэйли потанцевать, но, не успела она и рта раскрыть, как Пирс подошел к ней.

– Мишель, это же ты, – воскликнул он, и положил руку ей на талию, – я едва узнал тебя! Сколько воды утекло. Как твой отец? Все еще проводит каждую свободную минуту за игрой в гольф?

– Кого я вижу! Как мы поживаем? – ответила она, и дружески потрепала его за щеку, – Я скажу отцу, что ты интересовался, как он. Знаешь, очень сдал с тех пор, как вышел на пенсию.