Время для нас - Виктория Лукьянова

– И меня ждет обалденная красотка. Правда, не в твоем вкусе. Черт, я даже без понятия какие у тебя вкусы, – я нервно рассмеялся, понимая, что начал переходить границы.

Герман отложил бумаги, аккуратно закрыл папку.

– Все мои вкусы здесь. В работе. И не беспокойся, успеешь на свое свидание. Мне нужно, чтобы ты подписал завтра три договора. После у тебя будет выездная встреча с новыми компаньонами.

Ну вот, он раздавал указания, а смиренно слушался, потому что знал, что кроме меня никто не мог представить компанию во внешнем мире. Германа даже под угрозой расстрела невозможно было вытащить на встречу. Он не любил людей. В прямом смысле. Сторонился, избегал. И лишь мне было дозволено находиться в его кабинете, бесцеремонно зевать и насмехаться над ним. По-доброму, конечно же.

– Я помню. И все сделаю. А вот ты не забудь, у тебя скоро встреча с семьей. Готов?

Герман нахмурился, и я мог поклясться, что заметил на его лице недовольство. Надо же, наконец-то его броня начинала рушиться. Но как бы он не хотел, но и в этом году ему придется поехать на встречу с родными.

– И я помню. Хочешь со мной?

Я резко и нервно хохотнул.

– Ну уж нет! Упаси меня еще раз переступить порог того дома! Меня же там съест дракониха. Прости, Гер, я не хотел говорить так о твоей матери.

– Ты же знаешь, я не обижусь.

– Значит, опять все будут в сборе. Невесту уже подобрали? Ничего не слышно? – я знал, что для Германа вот уже несколько лет мать отчаянно искала невесту. Состоятельную, из известной и влиятельной семьи. Слияние кошельков, не меньше. Но Гер отказывался от любого предложения матери, а Сара рассказывала мне про очередное поражение драконихи.

– Нет не слышно, – он даже не смутился. Принимал часть этого представления, благополучно избегая скандалов.

– Твои сестры тоже будут?

– Конечно, – Герман кивнул. – Но думаю, теперь я не буду темой номер один на семейной встрече. Сара умудрилась взять пальму первенства.

Услышав имя той, которая не покидала мои мысли, а во снах чаще всего приходила кошмаром, я внутри подобрался, сохраняя безмятежность на лице. Сара. Я ненавидел девушку за ее признание. За нашу фальшивую дружбу. Она все-таки оставила в моем сердце зияющую дыру.

– Сара? – лениво переспросил.

– Да, моя младшая сестра устроила дома скандал.

– Вот те на, – я улыбнулся и был по-настоящему счастлив, когда заметил, что Гер на меня не смотрел. Значит, не увидел, как дрогнули мускулы на лице, как сжались ладошки в кулаки. – И какой?

– Она расторгла помолвку.

Для Германа эти слова были нечто простым, обыденным, в которые он не вкладывал никакого смысла. Лишь очередная новость из дома Троицких. А вот я воспринял его слова иначе. Перестал дышать, забыл, как моргать и уставился в точку на стене.

Она расторгала помолвку. Не ее бросили. Ни по обоюдному согласию, а она.

Это шанс? Это возможность, что не все еще потеряно?

Я не верил своим ушам. И хотел попросить Германа еще раз повторить свои слова. А лучше выпытать у него все, что он знал, но тогда друг догадается о том, что Сара для меня даже больше, чем просто знакомая. Чем просто его сестра. Ведь он даже не знал о нашей фальшивой дружбе. О том, как часто мы обсуждали с Сарой его за спиной, делясь последними новостями и воспоминаниями. Он был связующей нитью в наших непростых отношениях. И лишь благодаря Герману мы все еще общались. Потому что больше было нечего и некого обсуждать. Чужие. Мы всегда были чужими друг для друга, но если я пытался сблизиться и узнать ее, то Сара не подпускала меня. А теперь у меня появилась надежда. Призрачная, почти неуловимая, но я верил, что все получится. Все должно получиться!