Только не плачь - Маргарита Дюжева

Он не отдал, сжал вещицу в кулак.

— Отдай, пожалуйста, — я проклинала себя за слабость, за дрожащий голос, за нервный румянец, растекающийся по щекам.

Кирилл отлично умел читать между строк.

— Что, хранишь здесь грязные секретики? Компромат? — хмыкнул муж, не догадываясь насколько близок он к правде.

По спине потек ледяной пот, сердце забилось на пределе своих возможностей.

— Нет. Просто не люблю, когда мои вещи трогают, — пропищала едва слышно.

— Ух ты какая. Недотрога, — хищная улыбка скривила красивые губы. Он раскрыл кулак, перехватил флешку за тоненькую цепочку и потряс ей перед моим носом, — может, посмотрим вместе?

— Кирилл, отдай! Меня Кузьмина убьет, если я не сдам ей эту проклятую сводку! Она мне и так житья не дает! Цепляется по каждому поводу! Из-за тебя, между прочим! — я несла всякую чушь, лишь бы сбить его с пути, — если ты ее сломаешь, мне придется все заново переделывать! Она и так все говорит, что у начальства бестолковая жена, которая только одним метом работать может!

Кир нахмурился. Уж чего-чего, а тщеславия в нем было хоть отбавляй. Мысль о том, что глупая жена может бросить тень на него такого распрекрасного, явно пришлась ему не по душе.

Он смерил меня недовольным взглядом и небрежно швырнул флешку на тумбочку:

— Я надеюсь, ты не лажаешь там на каждом шагу?

Я ничего не ответила, только начала судорожно собирать свое барахло. Руки тряслись как у пьяницы, зуб на зуб не попадал, и все тело гудело от напряжения.

— И кстати, тем самым местом ты хреново работаешь, — бросил ядовито и ушел на кухню, а я, еще не веря в свою удачу, поцеловала флешку и спрятала ее во внутренний карман, под молнию.

* * *

Я не знаю, как мне удалось добраться до работы и не спалиться. Казалось, что у меня на лбу горит неоновое табло «я вру», и под ногами кипит смертельная трясина. Один неверный шаг и провалюсь с головой.

Кирилл был молчалив. Впрочем, как и всегда, когда поблизости не было посторонних. Крутил руль, задумчиво переключал передачи, и только изредка смотрел на меня и хмурился. Чувствовал, что со мной что-то не так. У матерого вруна была отменная способность чуять чужое вранье. Наверное, именно поэтому, когда мы пришли на работу, он не уехал на лифте на свой этаж, а вышел вместе со мной.

Ноги меня едва слушались, щеки пылали, а сумка, зажатая подмышкой, превратилась в раскаленный кусок угля. Биение собственного сердца оглушало. Я все дурацкую флешку.

Возле входа в кабинет Кир притормозил, пропуская меня вперед, а сам остался за дверью.

— Вероника! — на меня тут же набросилась Юлия Николаевна, — где ты бродишь! Нам сегодня сводку сдавать, а от тебя еще до сих пор ничего нет!

Я впервые в жизни благодарила небеса за то, что меня ругают. Даже слезы навернулись от какого-то необъяснимого облегчения.

— Все готово. У меня на флешке. Сейчас отдам, — я бросилась к компьютеру и засуетилась.

— На флешке у нее! А должно быть у меня. Еще вчера! — продолжала лютовать Кузьмина, сама того не ведая, спасала от подозрений мужа, подтверждала мое утреннее вранье.

— Простите!

— Не работница, а не пойми что, — фыркнула она, не зная, что Барханов-младший стоит в коридоре и наблюдает за нашим разговором, — понаберут не понятно за какие заслуги, а нормальным людям потом мучайся!

Я плюхнулась на свой стул и боязливо посмотрела на дверь. Кирилл все еще стоял в коридоре, буравя меня тяжелым взглядом. Да-да, милый, у тебя не жена, а сплошное разочарование. Сам выбирал, так что не жалуйся. Он, видать, тоже об этом подумал, сердито ткнул в мою сторону пальцем, будто в чем-то обвиняя, и ушел, а я со стоном склонилась над клавиатурой.

— Спасибо, — вырвалось как-то само.

— За что? — Кузьмина тут же подозрительно подобралась, словно ждала от меня какой-то каверзы.

— За то, что спуску не даете и учите уму-разуму.

Она еще раз фыркнула и потеряла ко мне всяческий интерес. Тем временем, я достала из верхнего ящика стола вторую, рабочую флешку, с нее переправила начальнице все документы и, улучив момент, когда она полностью ушла в работу, остервенело клацая наращенными ногтями по клавишам, достала из сумочки свою «розовую панду», чтобы переслать информацию Артуру.

Рука замерла за миг до того, как флешка оказалась в разъеме, а в голове неприятно царапнула внезапная мысль. Кирилл ведь сисадмин, у него вся наша сеть, как на ладони. Есть доступ к любому компьютеру. И к моему в том числе. Что если он все равно не поверил, и прямо сейчас рыскает в поисках подвоха?

Я с сомнением посмотрела на экран, потом на тихо гудящий системный блок и опустила руку, так и не вставив флешку.

Наверное, от игры в партизанов у меня началась паранойя. Или нет?

Воруя файлы, я не думала о том, как отдам их Артуру. Была только одна цель: найти и скачать. А теперь…теперь я озадачилась, что же делать дальше. Вставлю флешку — наслежу, отправлю с работы файлы Артуру — наслежу. За любым действием потянется след, по которому Кир мигом поймет в чем дело.

Да и как отреагирует Артур если я ему вывалю «компромат» на брата? Опять не поверит! Разозлится! Да это и не компромат даже. Просто информация, которую Кир собрал, проанализировал и не собирался делиться с братьями. Технически-то у гаденыша руки чистые, и он запросто скажет, что хотел сам все отдать, но я опередила, влезла и пытаюсь его оклеветать. И Артур снова поверит ему. Не мне!

Флешка отправилась обратно в сумку, а я достала телефон и позвонила Ленке.

— Привет, дорогая! — тут же откликнулась она. На заднем фоне слышались чьи-то веселые голоса, музыка.

— Ленок, примешь меня в перерыв? — взмолилась я, — я ноготь сломала. Больно!

— Так мы же недавно маникюр делали, — удивилась она.

— Прости. Я очень неуклюжа.

— Ох, горе ты луковое. Подъезжай. У меня как раз там тётка одна противная придет, мне с ней совсем не хочется работать, я ее другому мастеру перекину.

— Спасибо огромное! — я поблагодарила и попрощалась, чувствуя, как Кузьмина на меня смотрит.

— Лучше бы о работе думала, а не о ногтях, — сердито припечатала она.

— Задела. Очень больно, — быстро помахала рукой, чтобы она не успела рассмотреть, что все ногти в порядке.

— Твои проблемы. У тебя перерыв — час. Не успеешь — премии лишу. И никакой муж не поможет.

— Успею, — пискнула я и для достоверности плотно обмотала палец лейкопластырем.

Такси приехало ровно к тому времени, когда начинался перерыв. Как только большая стрелка достигла двенадцати, я вскочила со своего места и бросилась бежать. Вниз по лестнице, не дожидаясь лифта. Галопом через весь холл. К стоянке, расталкивая неспешно бредущих людей.